– Да никак.
– Ну, ты не отчаивайся. Будет и на твоей улице праздник.
– Оль, ты хоть меня к вам в гости пригласи, а то столько не виделись. Я тортик прихвачу. Можно я к вам сегодня приеду?
– Ну, приезжай. – Я смутилась, но продиктовала Ксюхе свой новый адрес.
Этим вечером Фил задержался на работе, а мы с Ксюхой пили чай с тортом и беседовали о жизни, как в старые добрые времена.
– Послушай, а у него роскошная квартира. Чем он занимается?
– Бизнесом, – ответила я.
– Квартира говорит о том, что ее владелец при деньгах. Оля, что ни говори, а, в отличие от меня, к тебе мужики тянутся. Чувствуют они в тебе какую-то тайну. И все-таки твой пример поучителен. Он говорит о том, что мужики с деньгами тоже ищут любовь.
– Ксюша, но Фил совсем не олигарх. Он служащий в нефтяной компании, не может позволить себе виллу за рубежом, частный самолет и еще что-то в этом роде. До Петра ему далеко. Он просто целеустремленный мужчина.
– И еще очень красивый.
– С лица воду не пить.
– Не скажи. Вряд ли бы тебе захотелось постоянно жить с уродом. Кстати, а почему Фил не хочет свадьбы и официальной регистрации?
– Мы еще так мало вместе... У нас и так все развивалось слишком стремительно. Поживем, привыкнем друг к другу.
Я выдержала паузу и глухо произнесла:
– Ксюха, я рада, что ты опять ко мне вернулась. А то у нас в прошлый раз какая-то ерунда произошла. Поверь, я не виновата в том, что тебе в личной жизни не фартит.
– Я знаю. Я сама в этом виновата. Скованная я какая-то. Зажатая. Оля, ты меня за тот раз прости. Я ведь столько гадостей тебе наговорила. Повела себя как идиотка. Я себя за это целыми днями корила. Тысячу раз собиралась тебе позвонить и не решалась.
– Сама же говоришь, что была пьяная и дурная.
– Кстати, а как там «кролик» поживает?
От неожиданности меня бросило в жар, и я растерянно произнесла:
– А я даже не знаю. Я его как-то больше и не видела...
– А Фил о нем что-нибудь говорит?
– Да я не спрашивала.
– А он женат?
– Женат, – поспешила ответить я, чтобы Ксюха не питала иллюзий. Мне хотелось побыстрее закончить разговор на эту тему.
Впрочем, наша беседа все равно прервалась. Дверь распахнулась, и в квартиру ввалился вдрызг пьяный Фил. Не снимая обуви, заметно пошатываясь, он подошел к нам и, пристально посмотрев на Ксюшку, спросил заплетающимся языком:
– Где-то я тебя видел. Не напомнишь?
– Я Олина подруга. Мы в одном лимузине катались.
– Точно. А я смотрю, где-то я уже твой фэйс наблюдал. Ты же вроде с Ольгой поругалась?
– Как поругалась, так и помирилась.
– Ну да, у вас у баб это принято. Разосретесь вконец, потом выясняете отношения, а затем миритесь. И так до следующего скандала. Потом опять срачки...
Увидев, что Фил уставился на Ксюхин вырез на платье, а та кокетливо выпячивает свою грудь, я тут же помогла Филу сесть на стул и укоризненно взглянула на подругу:
– Ксюша, извини. В другой раз увидимся. Ты поезжай домой.
– Да я могу еще посидеть. – Ксюха и Фил не сводили друг с друга глаз.
– Нет. Езжай. – Я дала понять, что Ксюхе пора оставить нас одних.
Глава 3
– Ты почему напился? – спросила я Фила, как только за Ксюхой закрылась дверь. – Что-то случилось?
– Случилось.
Фил выглядел каким-то испуганным, был бледным, как смерть, и требовал еще выпить.
– Фил, да что случилось-то? – не на шутку встревожилась я.
– У меня друг сегодня погиб.
– Как погиб?
Я села перед Филом на корточки и обхватила его колени руками.
– Что с ним произошло?
– Его нашли в машине у дома с перерезанной шеей.
– О, боже...
– Он подъехал к своему дому поздно ночью. Припарковался, заглушил мотор, а дальше ничего неизвестно... Утром кто-то из соседей пошел гулять с собакой и обнаружил его уже мертвым.
– Прими мои соболезнования, – только и смогла сказать я. – А что говорят в милиции?
– А то и говорят – сидел в своей машине на водительском месте, откинув голову назад, а шея перерезана. Получается, что он не успел выйти из машины и кого-то в нее впустил.
– Странно. Вообще-то в наше время не режут, а стреляют. Может, просто не хотели, чтобы шум был. Это был твой очень близкий друг?
– Друг как друг. Обычный. Я не мог не приехать туда. Мы все с ребятами приехали. Знаешь, он так был похож на Лешку. Шею перерезали точь-в-точь. Он так же закинул голову...
Услышав это, я словно приросла к полу. Сидела как статуя, утратив не только способность двигаться, но и дышать.
– Фил, но ты же сам хорошо понимаешь, что это просто совпадение, – наконец смогла я выдавить из себя.
– Понимаю. Но когда я это увидел, меня будто ударило электрическим током. Мне показалось, что я вновь попал в тот лимузин и передо мной Лешка...
– Ты же сам говоришь, что тебе показалось.
Фил взял меня за подбородок и заглянул в глаза.
– Оля, скажи честно, ты считаешь, что это совпадение?
– Конечно, – не раздумывая, ответила я. – Тем более, этой ночью ты был дома.
– Это ты к чему говоришь?
– К тому, что ты все время был со мной и у тебя есть твердое алиби. Я не знаю, по какой причине ты избавился от Лешки, но к смерти этого своего друга ты не имеешь никакого отношения, даже несмотря на то, что почерк у убийств одинаковый.
– Дура ты, – только и смог сказать Фил. – Я и Лешку-то не убивал. Ты свою мокруху на других не вешай. Просто смерть Толика меня как-то напрягла...
– Всегда горько, когда погибает друг.
Этой ночью я положила голову на грудь Фила и прошептала:
– Зачем ты пялился сегодня на Ксюху? Я так неудобно себя чувствовала... Это оскорбительно. Она, наверное, злорадствовала, ведь я убеждала ее, что у нас с тобой все очень серьезно.
– У вас, у баб, такая дружба странная, как у гадюк. Одна другую на груди пригреет, пока та ее не укусит, и называет это дружбой. На хрен ты, вообще, эту истеричную дуру притащила?
– Ты говоришь про баб, а я не баба и никакого отношения к ним не имею. Кстати, ты не ответил на мой вопрос. Зачем ты смотрел на Ксюхину грудь? Ты хоть понимаешь, как унизил меня?
– А почему я не могу смотреть на чужие сиськи? Я что, не мужик, что ли?!
Ответ Фила поверг меня в шок.
– Фил, ты что говоришь?
– То, что я устал гасить в себе нормальные мужские инстинкты! Тебе кто-нибудь говорил, что все мужики полигамны и что одной женщины им всегда мало?
– А для чего же тогда на свете существует любовь?
– Для собственного успокоения! – неожиданно рассмеялся Фил.
– Ты просто пьян, – пыталась я не принимать близко к сердцу слова Фила.
– Я пьян, но я еще очень сильно от тебя устал.
– Я что-то сделала не так? – спросила я, задыхаясь от душевной боли.
– Меня начинает напрягать твое присутствие.
– Фил, ну что ты несешь? Я же люблю тебя. Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю!!!
– Ольга, я начал уставать от твоей любви. Она меня давит! Мне реально тяжело тащить этот груз. Не делай из меня идола. Пойми, я нормальный мужик, и мне, как любому нормальному мужику, хочется разнообразия. Ну не может мужик всю жизнь трахаться с одной и той же женщиной. Не может! У него тогда все функции просто угаснут, и он станет импотентом!
– Фил, но ведь и в сексе с одним партнером можно искать что-то новое, постоянно открывать друг друга.
– Оля, ну что там можно открывать, если я знаю твое тело вдоль и поперек?! Ты хоть звездочкой ляг, но ничего нового я у тебя не найду. Те же сиськи, та же задница...
Эти слова прозвучали словно пощечина, и я сжалась от обиды.
– Фил, ну а как же любовь? – задала я вопрос, с трудом сдерживаясь от рыданий.
– Оля, да ты сама хоть знаешь, что это за чувство?
– Конечно, знаю. Я же тебя люблю.
– Все вокруг твердят: любовь, любовь, а сами ни хрена не знают, что это такое. Люди прикрываются этим красивым словом, как ширмой, чтобы спрятать однообразие, предсказуемость и скуку своей жизни.
– Когда любишь, то никто больше не нужен. Просто я люблю тебя больше, чем ты меня, – сделала я суровый, но честный вывод.
– Оля, это твои проблемы. Когда любишь, ничего не требуешь от объекта любви. Поэтому люби себе на здоровье, только ничего от меня не требуй.
Фил слегка от меня отстранился, потянулся за сигаретой и закурил прямо в кровати.
– Мне постоянно приходится врать, чтобы тебя не обидеть и не сделать больно.
– И в чем же заключается твое вранье?
– В том, что я не могу посвятить себя одному человеку. Я не могу любить одну и ту же женщину всю жизнь. Для меня это противоестественно. Мне нужна постоянная острота чувств, новизна ощущений. Понимаешь, от долгих отношений я выть начинаю от скуки. Думал, с тобой что-то изменится, но нет – все повторилось. Мне нравится азарт погони, непредсказуемость, секс с разными женщинами, наконец. Ну не создан я для любви до гроба! С постоянной партнершей все слишком обыденно. Я хочу свободы, а ты меня все время ограничиваешь. Ну что ты мне названиваешь каждый час?
– Я просто очень скучаю.
– Что ты вечно прислушиваешься и замираешь, как только зазвонит мой мобильный? А если поймешь, что звонила девушка, то начинаешь допытываться, кто она такая, дуться и грузить меня подозрениями. Ты достала до самых печенок, считая, что у меня должен вставать только на тебя и я всю жизнь должен тобой восхищаться.
– Фил, какие жуткие вещи ты говоришь... Дай бог, чтобы никто и никогда не сказал тебе подобного.
– Если хочешь, то люби меня таким, как я есть, только не дави на меня своими понятиями о любви и вытекающими отсюда запретами, – не слушал меня Фил и говорил дальше:
– Мне, честно говоря, насрать на эти твои романтические бредни. Я буду трахать кого мне хочется и когда мне хочется, радоваться жизни, пока я молод.
– Я думала, ты нагулялся.
– Когда мне будет пятьдесят, тогда, может быть, нагуляюсь. Твой богатый козел не успокоился, когда ему было под семьдесят, и изменял жене с тобой. А ты хочешь, чтобы я нагулялся тогда, когда мне нет еще и тридцати...