Лошадка, не издав ни одного протестующего звука, тут же развернулась и направилась к той самой тропинке, по которой сюда и пришла.
Дариэн, мгновенно забыв о животном, вернулся к дереву и снова огляделся. Через мгновение он заметил вещи княгини, аккуратной кучкой сложенные на траве.
И снова мрачная улыбка скользнула по его губам в тот момент, как он слегка пошевелил пальцами в воздухе. Сию же секунду ткань вспыхнула голодным оранжевым пламенем, чтобы совсем скоро, гораздо быстрее, чем должна была бы, осыпаться на траву белым пеплом.
Эленика ничего не заметила. Она ныряла и веселилась, как в детстве, забыв все на свете. Купание в озере действительно немного привело ее мысли в порядок и заставило прийти в себя. Переварить случившееся за последние дни.
Жаль только, что момент солнечной идилии так быстро оказался нарушен. В какой-то миг девушка повернула голову к берегу, понимая, что слегка замёрзла и пора выходить. И вздрогнула, побледнев. Точно в том месте, где должны были лежать ее вещи, она обнаружила высокую фигуру князя Хаоса. А около его ног — кучку подозрительного пепла.
Тут же она присела, скрываясь в озере по шею. Дариэн ухмылялся, сложив руки на груди.
— Что вы здесь делаете? — гневно спросила она, снова посетовав, что не умеет сжигать взглядом. — И, где мои вещи?
— И вам светлого утра, миледи, — едва-заметно кивнул князь, приветствуя Эленику по законам Порядка. — Я решил прогуляться по своим новым землям, видимо, как и вы — по своим старым. О ваших вещах мне ничего не известно, любезная княгиня, — протянул он с улыбкой. — Но, если вы находитесь в затруднительном положении, я могу одолжить вам свой плащ.
— Как благородно с вашей стороны, — хмыкнула девушка, не двигаясь с места. — Я знаю, что это вы спрятали мои вещи, и прошу вернуть их мне немедленно.
На этот раз губы князя широко растянулись.
— Ну, раз вы уверены, то и скрывать нечего, — жестко ответил он. — Ваши вещи я сжег. Идти домой вам не в чем.
— Подлец, — бросила девушка раньше, чем подумала.
Но Дариэн легко кивнул:
— Согласен. Но все еще предлагаю вам свой плащ.
— В обмен на что? — спросила княгиня, предчувствуя подвох.
Повелитель Хаоса выдержал паузу, не сводя с девушки самоуверенно-темнеющих глаз.
— На ваши стоны, конечно, — наконец, ответил он, дерзко ухмыляясь, словно проверяя ее реакцию.
Эленика покраснела с головы до ног. Гнев начал закипать в ней вместе с ощущением полной безысходности.
Княгиня так забавно надула пухлые алые губы, что Дариэн вдруг почувствовал, прилив желания. Он переступил с ноги на ногу, понимая, что штаны становятся тесны.
Девушка вскинула брови, сжала челюсти, словно собиралась вот-вот бросить ему вызов.
— Мне для вас постонать? Прямо сейчас?! — воскликнула княгиня, кусая губы.
Дариэн улыбнулся.
Все это невероятно возбуждало мужчину, заставляя его то и дело менять положение, потому что выпирающая плоть уже начинала болезненно врезаться в одежду.
— Не надо так торопиться, ваша светлость, — протянул он медленно. — Сперва выходите на берег и позвольте мне согреть вас.
Его голос источал мед. Дикий, пьянящий и опасный.
— И не подумаю, — фыркнула княгиня, еще глубже погружаясь в воду. Теперь над поверхностью торчал один только нос.
— Тогда оставайтесь в озере, — пожал плечами Дариэн. — А я пока полежу здесь, отдохну.
И он демонстративно разлегся на траве, опираясь на локти и не сводя глаз с девушки.
Княгиня гордо отвернулась и еще минут пятнадцать сидела в воде. Пока губы не посинели от холода, а зубы не начали выбивать дробь.
Все это время Дариэн Астард не сводил с нее глаз. И Эленика знала, что убежать ей не удастся. Да и куда бежать голышом? К Иволге? Княгиня уже успела заметить, что ее лошадка тоже пропала со своего места.
— Прекратите этот детский сад и вылезайте. Вы замерли, — с ноткой безразличия бросил повелитель Кровавого заката.
— Не ваше дело, — раздалось в ответ злое.
Но Дариэн услышал лишь часть фразы, остальное заглушал стук зубов.
Тогда мужчина, вдруг гневно выдохнув, поднялся с земли и быстро стал стягивать с себя одежду.
— Что вы делаете? — испуганно спросила Эленика, не подумав о таком варианте развития событий.
Но он уже входил в воду, направляясь к ней и ничуть не стесняясь своей полной наготы. Только странный амулет на груди в виде крохотного хрустального флакончика, загадочно переливался, как и черно-рыжие глаза властелина Хаоса. А еще неглубокий порез от меча Рамона Айвери приковывал взгляд.
На темном бархате кожи золотилось солнце. Княгиня видела обнаженное мужское тело, бугрящееся изгибами мышц, и ненавидела себя. Старалась не смотреть, но взгляд то и дело возвращался к широким плечам, тугим бицепсам, кубикам пресса и твердым, как камень, мощным ногам.
Она попыталась отплыть, но очень быстро оказалась в сильных объятиях.
— Не дурите, вы замерли, — осторожно прижав ее к себе, сказал Дариэн.
— По вашей вине. В любом случае, оставьте меня, это не ваша забота, — попыталась вырваться девушка. Но заледеневшие руки плохо слушались.
Князь промолчал, вынося девушку на берег и укладывая на свой плащ. Как она не старалась оттолкнуть его, но ее замёрзшее тело само тянулось к темной горячей коже. А он не спешил отодвигаться, закрывая собой синеву неба.
— Не шевелилитесь, — грубо приказал вдруг он, кладя ей ладонь на грудь.
Она испуганно подчинилась, чувствуя неуместную вибрацию в теле от их общей наготы.
И вдруг от его ладони в нее полилось тепло. Она ахнула, от неожиданности задрожав, и закрыла глаза.
Как же сильно она оказывается заледенела!
Дариэн едва сдерживался. Она была рядом с ним, такая испуганная, хрупкая и слабая. Обнаженная, трепыхающаяся, желанная. Он обводил взглядом ее розовые соски, торчащие вверх от холода, глазами рисовал узоры вокруг пупка, спускаясь вниз к нежному белому пушку. И знал, что не сможет отказать себе в удовольствии насладиться этим телом. Но сперва нужно подождать. Совсем чуть чуть. Дуреха чуть не довела себя до болезни. Или еще чего по-хуже. И все лишь бы он не видел её обнаженной. А посмотреть было на что…
Эленика тяжело дышала, чувствуя, как ладонь проклятого князя Хаоса вливает в нее обжигающее тепло. Её сердце забилось очень быстро. Это было приятно, действительно приятно.
Но вдруг рука Дариэна двинулась вниз. Девушка громко выдохнула, распахнув глаза и встретившись с обжигающим взглядом завоевателя. Она хотела оттолкнуть его, но тело сопротивлялось. В том месте, где он касался ее, влага мгновенно испарялась, а приятный жар будоражил кровь. Отказаться от этого было невозможно.
Ладонь скользнула по животу и двинулась на бедро. Прошлась по внешней его части, высушивая и согревая, и направилась к внутренней. Дышать стало тяжело.
Князь не отрывал от нее взгляда, будто гипнотизируя. И в какой-то момент его губы вдруг накрыли ее.
Эленика почти застонала. Горячий рот согревал, язык с нежностью проник в нее, дразня и едва заметно расслабляя девушку. Мягкие огненные волосы князя, давно высохшие от магии, упали на лицо, окутав знакомым ароматом океана. Она не смогла отказать себе в удовольствии вдохнуть поглубже. Всего один раз.
Но ее руки не поднялись, не закрылись в его волосах. Вместо этого, она через силу разорвала поцелуй и отвернулась.
Но Дариэн этого словно бы и не заметил. Он опустил голову и целиком обхватил губами холодный розовый сосок. Эленика тихо ахнула, почувствовав согревающее тепло и опаляющий жар. Набухшая вишенка груди посылала в мозг яркие сигналы удовольствия. Мурашки прошлись по животу, скрываясь где-то между ног. И уже не от холода.
Девушка закрыла глаза, погружаясь в собственное безумие. Она не могла не вспоминать то сладкое непередаваемое ощущение, которое появлялось, когда Дариэн входил в нее. Каждое мгновение она, краснея, представляла, как он раздвигает ей ноги, и его внушительная плоть медленно погружается внутрь. Это сводило ее с ума. Так не должно быть, она знала, что не может хотеть захватчика, узурпатора, деспота. Своего мучителя. Но все равно хотела его. Безумно и безоглядно.
Мужчина тем временем накрыл ладонью ее лоно, располагая пальцы так, чтобы касаться только кожи. Будто он все еще просто согревает.
Горячее тепло лизнуло бедра, проникая внутрь, разжигая и разгоняя кровь. Всхлипнув, девушка тяжело задышала, сдвигая колени, зажимая его руку. Ей уже давно не было холодно. Напротив, желание овладело ей с такой силой, что с каждой секундой становилось все жарче.
Мужчина перешел на вторую грудь, покрывая ее осторожными, почти скромными поцелуями.
Дариэн хотел добиться безоговорочной капитуляции. Как он делал всегда. У повелителя Кровавого заката не бывало полупобед.
Но, стоило признать, сдерживаться становилось все труднее. Он уже едва мог оставлять ладонь между её ног неподвижной. Едва мог удерживать поцелуи такими по-детски невинными, спокойными. Рядом с его обнаженной налившейся плотью лежала крохотная светлая. Она так трогательно сжимала его руку бедрами, не способная совладать с собственными желаниями. Не привыкшая к удовольствиям, не развращенная и чистая. Ему до смерти хотелось войти в нее и трахать до полуобморочного состояния. Пока она не станет выкрикивать его имя в исступлении.
Но он знал, что она ненавидела его. И, похоже, в глубине души ему было на это вовсе не наплевать.
И потому сейчас он ждал.
Эленика хрипло дышала. Её молочно-белые щеки зарумянились, алые губы раскраснелись и приоткрылись.
Мужчина опустился к ее шее и поцеловал маленькую ямку над ключицей. В этот момент один из его пальцев там внизу отделился от других и осторожно раздвинул мягкие складочки, которые уже давно были влажными, и не от озерной воды. Девушка всхлипнула, когда лавина мурашек прокатилась по телу, а по позвоночнику прошел заряд удовольствия.
— Пожалуйста, не надо! — тихо произнесла она.