Мы подождали, когда прозвенит звонок на урок, и вернулись в школу.
Всю биологию я думала о Стасе. Раньше ему не нужно было идти со мной на контакт. Он уничтожал меня на расстоянии. Правила игры изменились. С этого дня мне нужно быть осторожнее и как можно реже попадаться ему на глаза.
После последнего урока я тихо и незаметно, как мышка, выбежала из школы. Шла домой обходной дорогой, чтобы не попасться на глаза Стасу. Я вышла из переулка на свою улицу… и в ужасе отпрыгнула назад. Возле моей калитки кто-то стоял! Я сделала шаг на дорогу, чтобы рассмотреть незнакомцев.
Светлую шевелюру я разглядела издалека. Стас. И его компания. Они караулили меня у калитки. Что же делать? Идти к Роме, подождать, пока они уйдут? Или подождать дедушку с работы и зайти в дом вместе с ним? Нет уж. Надо как-то самой решать проблему. Но как? Я снова свернула в переулок и вышла на параллельную улицу. Подошла к дому моих соседей, за которым стоял мой дом. Неуверенно потопталась на месте. Всего-то и надо пробежать соседским огородом – и я попаду к себе в сад, появлюсь с обратной стороны дома.
Я просунула руку между решетками калитки и открыла засов. Тихо вошла, закрыла за собой калитку. Быстро обежала дом и очутилась в соседском огороде. Надеясь, что соседи на работе и не видят, как у них по саду бегает кто-то чужой. Я ушла подальше от окон и побежала вдоль забора к концу огорода. Вот и мой забор! Я встала на ржавый бак, схватилась за забор, подтянулась и быстро перепрыгнула на свой участок. Вот и все.
Конечно же, такой способ попадания в дом был временным. Если я буду лазить так постоянно, соседи обязательно увидят меня. Но что же делать? Подумаю об этом в следующий раз. В конце концов у меня много соседей.
Я вошла в дом и поднялась к себе в комнату. Осторожно выглянула из окна. Они все еще стояли у калитки. Что за черт? Что им нужно? Я наблюдала за ними. Они постояли еще минут пять и ушли. Я ликовала. Так вам! Валите прочь! Я умнее вас!
В пятницу они поймали Серегу и заперлись с ним в раздевалке. Я не знала, что они сделали с ним, но потом весь оставшийся день он заикался. Серега так и не признался, что произошло в раздевалке. О некоторых вещах иногда не хочется рассказывать. Мне стало страшно, но Антон с Ромой отнеслись к этому со смехом.
Я с тоской ждала своей очереди. Страх неизвестности – хуже всего. До этого Стас никогда не делал мне по-настоящему больно. И я не знала, на что он способен. Накручивала себе всякие ужасы. Меня даже стали посещать мысли, что лучше бы побыстрее он так же схватил меня и утащил в раздевалку. Чтобы узнать наконец, что значит быть его жертвой.
Но Ромка всегда уводил меня от Стаса и его стаи. Ромка был более продвинутым, чем Антон и Серега. Он знал все запасные выходы. Знал все двери, которые можно открыть, окна, в которые можно залезть. Все места, в которых можно спрятаться.
В пятницу мы с Ромкой снова бежали от них. Я опять слышала за спиной рев Стаса, который звал меня по имени.
– Не оглядывайся! – крикнул Ромка.
Мы побежали в столовую и юркнули на кухню. Ромка жестом приказал мне пригнуться, и мы ползли мимо кухарок, скрытые от них рядами покосившихся шкафов. Мы ползли по кафельному полу под столами и плитами, огибая железные полки с огромными кастрюлями. Мы ползли проторенной Ромкиной тропой, было ясно, что он спасался таким образом не один раз. Наконец, перед нами оказалась рабочая дверь, через которую в столовую вносили продукты. Ромка толкнул ее, и мы вышли наружу. И оказались с обратной стороны школьного двора.
Я в очередной раз восхитилась мастерством Ромки. Он научился ловко прятаться.
Наступила суббота. Я пришла после школы и была благодарна всем вокруг за то, что смогла пережить эту неделю. В эту секунду я любила всех, абсолютно всех. Я восхищалась мокрыми снежными хлопьями, которые сыпались с неба уже третий день. Восхищалась грязными лужами и покрывавшей их коркой льда. Восхищалась хмурыми тучами. Ледяным ветром. Голыми деревьями. Я была абсолютно счастлива.
На этот день у меня были большие планы. Я хотела провести в комнате генеральную уборку, а то уровень разбросанных по полу вещей уже достиг стратосферы. Бабушка ругала меня за бардак.
Бабушка куда-то уехала, оставив меня за главную. Надо было помыть посуду и приготовить ужин – вечером должны были при ехать мама с дядей Костей. А еще я хотела позаниматься геометрией – нам дали возможность переписать контрольную в понедельник после урока.
Я начала не спеша разбирать пол. Вешала в шкаф разбросанную одежду. На комоде мигал телефон. Я посмотрела – двадцать семь пропущенных вызовов! И все звонки от мальчишек. Я позвонила им. Они собирались в «Макдональдс» и звали меня. Я заныла: но почему именно сегодня, когда столько дел? Как все успеть? Парни умоляли меня поехать, пообещав помочь мне убраться. От помощи я отказалась и сказала, что мне нужно полтора часа.
Я кое-как распихала вещи и пропылесосила – комната приобрела вполне приличный вид. Глянула на комод – на нем тоже не мешало бы убраться. Разбросанная косметика, ватные диски и палочки… я открыла верхний ящик – там обычно хранилась всякая мелочовка – и быстрым движением смахнула весь хлам с комода туда. Быстро протерла пыль. Ну все. Бабушка будет довольна. Пошла на кухню, стала резать замороженное мясо. Оно было очень твердым – я резала его минут сорок, ручка ножа больно вдавливалась в ладонь. У меня даже мозоли появились. Я кинула мясо жариться. Пока оно жарилось, быстро почистила и порезала картошку и кинула на вторую сковородку.
Села возле плиты с учебником по геометрии, читала правила, время от времени помешивая мясо и картошку.
Потом быстро помыла голову, оделась и причесалась. Я уложилась в полтора часа. Надела новую куртку – стало совсем холодно, и наступило ее время.
До «Макдональдса» ехали на автобусе. Серега все рвался спереть аварийный молоток со стены, а я била его по рукам. Это, по-моему, единственный автобус в стране, где до сих пор никто не спер этот молоток.
В «Макдональдсе» набрали кучу всего. Весело болтали и смеялись. Иногда даже смеялись слишком громко – нам несколько раз делали замечания:
– Мальчики, потише!
– Тс-с! Парни, на полтона тише!
– Мальчишки, хватит баловаться!
– Томас, ты пацан! – смеялся Рома. Я забрала у него шапку, надела и забрала волосы под нее. Все оставшееся время просидела так.
Мы не смогли доесть все, что набрали, и остатки забрали с собой. А Серега почему-то выкинул свой недогрызенный чизбургер.
Мы пошли в кино смотреть, какие фильмы сейчас идут. Стали спорить. Я хотела пойти на «Телекинез», Ромка – на «Грязь», Серега выбрал фильм «Курьер из рая», а Антону приглянулся «Последний рубеж». Пока спорили, профукали ближайшие сеансы. Передумали идти.
Пошли слоняться по улицам. Серега вдруг завел какую-то грустную тему. Стал рассказывать нам о своем сводном брате по маме, который, когда пришел с войны, не узнавал никого из родных. В конце концов он свихнулся и загремел в психушку. Серега сказал, что его тогда еще не было, поэтому он этого брата ни разу в жизни не видел.
Потом мы придумали игру – кто первый заметит крутую тачку на дороге. Выиграл Антон, он первым разглядел мчащийся по дороге «кадиллак».
Вечером приехали мама с дядей Костей. Дед снова напился. Он здорово на меня обиделся, потому что я встала на сторону бабушки и тоже стала его ругать. Он сказал, что уедет от нас всех в свою каморку охранника и будет там жить. Ночью я не могла заснуть. Бабушка с дедушкой долго ругались.
Наступило воскресенье, восьмое декабря. День рождения Стаса. Ему исполнилось шестнадцать лет.
За день выпала целая гора снега. Настроение стало праздничным, новогодним – вид замерзшей грязи уже поднадоел.
Ближе к вечеру, сидя в комнате, я услышала музыку – очевидно, Стас созвал друзей на праздник. Я надела свитер и домашние угги и вылезла на крышу. Всмотрелась вдаль – в окнах его дома горел свет. Музыка играла очень громко. Где, интересно, его мать и сестра?
Я вернулась в комнату. Села на кровать и стала читать книжку. Книжка меня очень увлекла, и я не сразу услышала странный шум. Как будто кто-то кидал в окно снежками. Я выключила свет и подошла к окну. Может быть, это мальчишки? Это в их духе – припереться без предупреждения под ночь. Но я никого не увидела. Я отошла от окна, включила свет, и почти сразу же послышался удар в окно. Я открыла окно и осмотрела крышу.
– Кто здесь? – спросила я нервно. Если это ребята, ух, я им покажу!
Но в ответ – тишина. Я закрыла окно, и снова послышался удар снежком. Я разозлилась. Оделась потеплее, перелезла на крышу. Под ногами хрустнул снег. Я прошлась по крыше и никого не увидела. Подошла к самому краю. Всмотрелась вдаль – в доме Стаса по-прежнему громко играла музыка. И тут услышала за спиной странный звук – как будто кто-то чиркнул зажигалкой.
Сердце сжалось от страха. Я обернулась и увидела Стаса. Он стоял прямо возле окна, перегораживая мне путь к спасению. Спрыгнуть с крыши. Бежать, бежать без оглядки! С этими мыслями я дернулась в сторону, но спокойный голос остановил меня:
– Спокойно, я пришел с миром. Расслабься. Я не трону тебя… Сегодня.
И я осталась. Поверила ему. Мне так хотелось ему верить. Я взяла себя в руки, глубоко вздохнула и ответила:
– Звучит успокаивающе. Зачем ты пришел?
Я старалась, чтобы голос не дрогнул. Кажется, мне это удалось.
В его руках была зажигалка. Он чиркнул ей. Желтое пламя осветило его лицо. В голубых глазах отражался огонек. Светлые волосы уложены в небрежную прическу. Стас был одет теплее, чем я, на нем была куртка, правда, расстегнутая. На мне же были домашние штаны и свитер. Он смотрел на огонек в руке. Ухмылялся.
– Не хочешь поздравить меня с днем рождения? – его насмешливый голос неприятно резанул слух.
Я покачала головой.
– Нет ни малейшего желания.
Пламя потухло. Мы оказались в темноте. Стас снова чиркнул зажигалкой.