- Это ты был? - охаю, - Я думала, Левка, и он случайно!
- Ну я на него свалил, он был не против. Помнишь ее лицо? Я думал, у нее челюсть стол пробьет.
- Да-а-а! - я вспоминаю картину маслом, как Нина разрывается на сотни маленьких Нин от возмущения, и заливаюсь тихим смехом.
Мы оба. Внутри будто горячие мыльные пузырики схлопываются. И становится легко- легко. Исцеляющий эффект резкой смены эмоций.
- Мне было легче ненавидеть весь мир вокруг, чем тебя, - тихо признаюсь, отсмеявшись, - И я так далеко всё запрятала, что, казалось, и забыла. А сегодня, с Левкой, будто тот день заново пережила, вот только ты был рядом, и конец другой. Счастливый. Понимаешь?
Смахиваю дорожки слез с щек и глажу Сашкину щетину на подбородке, смотря на его приоткрытые губы. Выше, в глаза, не могу пока.
- Вот и позволь мне быть рядом, Кис, - задирает пальцем к себе мое лицо, - У нас все будет хорошо. Хочешь, в терапию пойдем? Скажи, что хочешь?
У Сашки тоже глаза мокро блестят, лицо, кажется, пошло красными пятнами - сложно сказать в темноте, но направленный на меня взгляд, полный отчаянной надежды, я вижу даже слишком отчетливо. Кусаю губы, прежде чем сказать:
- Саш, нет, я пока не хочу.
- Хорошо, к мозгоправу не пойдем, - тут же отзывается, и я невольно улыбаюсь, улавливая в его голосе нотки чисто мужского облегчения.
- Саш, я не только про это, - перебираю пальцами мягкие колечки волос на его груди, чуть хмуря брови, - Вообще пока…Ничего не хочу.
Осекается, сводя брови на переносице, вглядывается в мое лицо.
- Лиз, я понял про Домбай. Хорошо…Хорошо, давай я попробую в Москву переехать, сейчас сделаю ремонт и…
- Я не представляю тебя в Москве, - качаю головой, прижимая ладонь к его щеке.
- Я… - Сашка осекается опять, его напряженный, слегка растерянный взгляд мечется по моему лицу, - Да я тоже плохо представляю! Но как-то же надо!
- Я не хочу, чтобы ломал себя, а потом всю оставшуюся жизнь мне это припоминал.
- Не буду я ничего припоминать!
- Саш… Нет.
Молчим, смотря друг другу в глаза. Вижу, как Саша потихоньку закипает, но ему придется это принять.
- Так, а что же ты хочешь? Как? – с плохо подавленным раздражением выгибает бровь.
- Саш, я думала и…Давай на расстоянии пока. Вот как сейчас. Не будем строить никаких планов, ничего обещать, пусть идет как идет. Я знаю, что это глупо звучит, но я так чувствую. Что, если судьба, все в итоге разрешится само собой. А если нет - затухнет без вот этой вот ломоты, боли. Понимаешь? Просто давай хоть раз сделаем, как чувствую, как хочу я, а не ты.
Саша поджимает губы в тонкую линию, щурится.
- Сделать так, чтобы ничего не делать - отличный план, - не удерживается от сарказма.
- Я так хочу, - повторяю упрямо.
- То есть это у нас что будет? Свободные отношения?
- Я бы не стала называть это отношениями, - возражаю мягко, - Но и слово «свободные»…Я против других…м-м…лиц.
- То есть несвободные неотношения, - Саша начинает улыбаться шире, - М-м-м, прямо моя мечта, Елизавета!
Я тоже смеюсь, в шутку толкая его в грудь. Перехватывает мою руку и притягивает ладонь к губам, целует тыльную сторону, от чего по плечам моментально начинают гулять мурашки.
- Скажи, что любишь меня, - вдруг очень серьезно и очень тихо.
- Я очень - очень люблю тебя, - произношу одними губами, пытаясь вложить в это всё, что в душе у меня.
35. Лиза
Ощущение тяжелой мужской руки на животе и прижатого к моей спине и ягодицам жаркого тела накрывают раньше, чем я полностью просыпаюсь. В голове роятся то ли обрывки растворяющегося сна, то ли вчерашних воспоминаний. И внутри одновременно тревожно и легко. Мы столько наговорили друг другу, что с одной стороны я чувствую невероятное облегчение, а с другой – посмотреть Саше в глаза при дневном свете после всего выплеснутого мне немного страшно.
Приоткрываю глаза, морщась от пробивающегося сквозь плохо задвинутые шторы солнечного света, прислушиваюсь к Сашкиному глубокому дыханию, оседающему влажным щекочущим облаком на моей шее, аккуратно пытаюсь выпутаться из его объятий и встать, но он не дает, крепче перехватывая рукой мой живот и целуя за ушком.
- М – м - м…- ласково мычу.
Смыкаю веки, расслабляюсь. Запрокидываю руку назад и зарываюсь пальцами в его растрепанные светлые волосы, пока мужские губы влажными горячими касаниями путешествуют по моей шее, ведут дорожку по подбородку, щеке.
Поворачиваю к Саше голову. Целуемся. Медленно и глубоко, скользя языками во рту друг у друга. От нас еще пахнет сном и происходящее кажется почти нереальным. Плаваю в этом ощущении, отгоняя все остальные мысли прочь.
Потом…
Мужская ладонь ласкающим движением сползает с моего живота вниз, накрывает лобок, пальцы раздвигают половые губы, трут клитор и толкаются внутрь, легко проникая в мокрое горячее лоно. С моих губ слетает тихий довольный стон, поясницу непроизвольно выгибает, и я трусь ягодицами о стоящий Сашин член. Состояние ленивой полудремы и утренней неги настолько расслабляет тело, что кажется, что секс сейчас - просто естественное продолжение сна, базовая потребность, не требующая от тебя ни осознания, ни усилий.
Устраиваюсь поудобней на Сашкиной вытянутой руке, прикрываю глаза, чувствуя, как он, чуть отстранившись, направляет в меня член. Выдыхаем в унисон, когда плавно входит сразу полностью и вжимается бедрами в мои ягодицы, быстро целует в мои приоткрытые губы и поудобней ложится сзади, притягивая к себе поближе за живот. Безмятежно улыбаюсь своим мыслям, что Сашка тоже еще сонный и ему неохота сильно напрягаться. Медленно трахает, то сжимая бедро, то сминая колышущуюся грудь, и это такой сладкий тягучий кайф. Меня уносит куда-то то ли обратно в сон, то ли в еще более оторванное от реальности место. Из ритмично растягиваемого лона по всему телу растекаются мурашечные теплые волны, тихими стонами обрываются на губах. Подаюсь бедрами к нему, сама насаживаясь на член, прикусываю кожу на его руке. Сашка постепенно ускоряется, но все равно это невероятно томительно пока, от чего меня выгибает и хочется просить еще.
- Саш…Саша…
- С добрым утром, Кис, - бормочет мне в губы, прикусывая и оттягивая нижнюю, - Не нравится?
- Сволочь, - ругаюсь, кусаясь в ответ. Он же видит, что нравится…
- Тихо лежи, - целует в плечо, раздвигает ладонью мои бедра и находит клитор.
- Ох, блять…да-а-а…- хнычу.
Становится нестерпимо жарко, дергаю было одеяло с нас, но каким-то чудом не успеваю стащить, и в этот момент распахивается входная дверь, и на пороге материализуется заспанная Алиска. Застываем с Сашей как по команде. Сердце улетает куда-то вниз живота, а испарина, покрывающая тело, мигом превращается в холодный пот.
- Пап, я…- Алиса тоже осекается, протерев глаза и уставившись на нас с открытым ртом.
Молчим.
- Маму иска…ла…- первой отмирает дочь, начиная моргать. Ее губы медленно разъезжаются в хитрой улыбке, - Но уже нашла…
- Ты что-то хотела? – пищу не своим голосом, слишком остро чувствуя, как Сашка вынимает из меня член.
- Да позавтракать вообще-то, но…я сама, не торопитесь, - подмигивает и с видом человека, который узнал все, что ему необходимо, захлопывает за собой дверь.
36. Лиза.
- Вот чё-ё-ёрт! - я резко сажусь на кровати, отодвигаясь от убито стонущего Сашки, и прикладываю ладони к пылающим щекам.
Я же не успела откинуть одеяло, да? Вроде бы только приподняла...Мысли лихорадочно скачут в голове. Что она видела? Да ничего...Ну...Кроме Сашкиной лапищи, сжимающей мою голую грудь. Блять...
Вместо тысячи слов с силой пихаю мужа кулаком в бок, потому что двери надо закрывать, а он заходил последний!
- Э-эй! - возмущенно шипит Лютик, откатываясь и потирая место удара, - Кис, и без тебя яйца звенят!
- Пусть успокоятся, я уже не в настроении, - ворчу, поднимаясь с кровати.
- И не надо, у меня теперь минимум неделю не встанет, - страдальческим тоном жалуется Саша, вороша волосы на затылке и тоже садясь.
Он так искренне расстроен и смущен, что мне становится смешно. Или это беспечная легкость, внезапно поселившаяся внутри, так на меня действует.
- Неделю? - театрально вздыхаю, - Какое же унылое восьмое марта меня ждет...
Сашка вскидывает на меня озорной взгляд. Всматривается с секунду внимательней, словно проверяя, точно ли я настоящая, и расплывается в хитрой улыбке, чуть напрягая верхнюю губу.
- Ты всегда можешь провести реанимационные мероприятия, - выразительно косится себе на пах, скрытый одеялом.
- Как обычно...Хочешь праздник - устрой себе сама! - закатываю глаза.
И с хохотом падаю обратно на кровать, потому что Сашка подсекает рукой меня под колени и валит на себя. Уворачиваюсь от щекочущих поцелуев, возимся, но потом все-таки находим губы друг друга. Затихаю. Обнимаю его за шею, перебираю волосы. Ощущение легкой нереальности происходящего так и не уходит. Я все прекрасно помню, что между нами произошло, но именно в эту секунду оно не трогает. Это будто короткий отпуск в другой стране с выключенным телефоном. Жизнь все равно не отпустит, возьмет реванш за эти минуты в забытьи, но так хочется поплавать в нем подольше.
- С восьмым марта, извини, я без цветов, - бормочет Сашка, потираясь лбом о мой лоб.
- Я уже поняла, что ты только со стебельком, и тот Алиска спугнула, - фыркаю, опять смеясь, за что получаю звонкий шлепок по попе.
- Ай!
- Подарок будет, но после завтрака, - сообщает Саша, - Пошли уже к ребенку, а то сейчас нафантазирует, что мы прямо отсюда обратно на Домбай поедем.
- Блин, Саш, она ведь реально решит, что всё, помирились, - снова подскакиваю с кровати.
Игривую легкость мгновенно смывает беспокойство за Алиску. Последнее, что мне хочется, это катать ее на эмоциональных качелях.
- Ну, скажем как есть, - Сашка чешет затылок и потягивается, - Не переживай, все взрослые уже.