Не возвращаться же - меня как раз позвали на массаж, а Кира набрала Осе, и тот заверил, что все с моим телефоном в порядке. Решив, что ничего страшного, я сняла простыню и растянулась на массажном столе. Блаженство...
Но внутри все равно что-то тревожно натянулось и звенело-звенело-звенело...И даже волшебные руки массажиста до конца не помогли.
В СПА мы пробыли без малого четыре часа, записавшись на вообще все возможные процедуры. Тело ощущалось таким мягким, будто все кости растворились, и я ленивым куском желе еле доползла до номера в начале двенадцатого ночи.
Ариэль сразу занес телефон, учтиво поулыбался, многозначительно потоптался на пороге, но в номер я его не пустила, наверно не очень вежливо захлопнув дверь прямо перед самым его орлиным носом.
Рухнула на кровать и первым делом полезла в пропущенные. Так и есть. Сашка звонил. Несколько непринятых и один отвеченный. Я нахмурилась, прикусив губу.
Может Ося взял и сказал, где я? Наверно... Потому что после этого звонков не было.
Покосившись на время, решила все-таки сначала написать. Дети уже спят наверно, не хотелось их будить. Неожиданно Сашка отказался разговаривать, сославшись на то, что у них уже отбой.
Внутри опять потянуло тревожным холодом. По спине прошел озноб, поднимая волоски.
Ничто не мешало мужу просто выбраться из палатки и поболтать со мной снаружи. Раньше он всегда так и делал, а тут...
Маленькая месть за то, что вовремя трубку не взяла?
Как я устала уже играть в эти кошки - мышки!
Почему все так сложно, когда должно быть проще некуда? Он меня любит, я его люблю...
Да, люблю. Но когда в последний раз я это вслух говорила?
Поддавшись порыву, не стала настаивать на звонке, а набрала такие простые теплые слова про свою любовь. Про то, что скучаю по нему. Про то, что виновата перед ним. Не знаю откуда взялись слёзы, но они горячими солеными змейками заструились по моим щекам. Светящийся в темноте экран расплылся перед глазами.
Рвано всхлипнула громче, зажав рот рукой, когда прочла в ответ:
"Это ты меня прости. Кис, я люблю тебя".
Расплакалась окончательно. Сильно. Даже не знаю почему. Такая пронзительная тоска взяла. По нему, по нам. Просто смотрела на эту смску и ревела, пока не уснула.
17. Лиза
17. Лиза
После ночной непонятно чем вызванной истерики проснулась я в странном состоянии. Будто на меня нацепили кокон, напрочь обрубив остроту восприятия. Ни яркой радости, ни нервных переживаний. Только липкое равнодушное спокойствие.
Я знала, что Сашкина группа пошла дальше, к горному озеру, и связи там нет. Он наберет меня только завтра ближе к обеду, когда я уже буду садиться в самолет. Значит, нет смысла караулить телефон, нет смысла нервничать, ждать. И я успокоилась.
Ося с Ариэлем отправились на склон, мы же с Кирой погуляли по олимпийской деревне, спустились к морю, нашли уютный ресторанчик на набережной, потом неторопливо прошлись по центру, еще один ресторан, зашли в парк…
И болтали, болтали, болтали...
Обо всем и ни о чем. О мужьях, работе, доме, новостях, книгах, детях, прошлом и будущем.
Насмеялись до тянущего пресса и даже чуть-чуть поплакали. У каждой из нас были свои горести.
У Киры никак не получалось забеременеть, она больше не могла слышать про ЭКО, опробовав его недавно в пятый раз, и они с Осей начали подыскивать суррогатную маму. Я же вкратце рассказала про наши с Сашкой опять участившиеся ссоры и мое угнетающее пребывание в дне сурка. Кира на это настоятельно рекомендовала найти другую работу. Интересную, с удаленкой и командировками. Я, вздохнув, призналась, что у отца такая есть, я ведь уже работала у него, когда Алиска с Левкой были маленькие, но именно к папе проситься опять я не хочется.
В прошлый раз я сильно подвела его, все резко бросив через восемь месяцев. Страшно - вдруг снова не выдержу плотный график и редкие встречи с родными, и уйду прямо в разгар какого-нибудь проекта, как в прошлый раз.
Жутко неудобно будет перед отцом. Он мне потом и хлеб нарезать не доверит.
Кира на это предложила потрясти насчет работы Осю, заверив, что он мой внезапный уход, если что, переживет. Потом тема опять скакнула, переключившись на общих знакомых, потом еще на что-то и еще. Мы говорили так много и откровенно, столько гуляли, что к вечеру я была полностью опустошена и, пропустив совместный ужин с Осей и Ариэлем, вырубилась в своем номере часов в восемь вечера. То, что мне было надо - крепкий сон без сновидений.
А с утра опять накатила неясная, разъедающая насквозь тревога. Я написала Сашке смску, чтобы увидеть, когда у него появится связь и, заранее собрав свой маленький чемоданчик, отправилась на завтрак. Во время поедания блинчиков Ариэль неожиданно предложил мне работу в Москве.
Оказывается, они обсуждали мое еще совсем не оформившееся желание трудоустроиться вчера за ужином. Поначалу я восприняла предложение Коца в штыки, недовольно косясь на болтушку Киру, но, послушав Ариэля немного и узнав, что именно он предлагает, по-настоящему заинтересовалась. Так что весь оставшийся завтрак прикидывала - стоить попробовать или нет.
И если да, то как преподнести Сашке новость о том, кто теперь будет моим новым непосредственным боссом. Плохо представляла, как такое сообщить мужу, чтобы моего Лютика не разорвало на целую цветочную полянку, и он меня отпустил.
В общем, я пообещала Ариэлю Гадовичу Коцу подумать...
Когда ехала в аэропорт, отписался Сашка. Как-то сухо, но информативно. Муж сообщил, что все хорошо, они направляются домой, планируют часа в четыре уже быть в нашем комплексе. Добавил, что сожалеет, что не сможет меня встретить. Не успеет никак.
Я ответила, что все ок. Казалось бы, после этого неприятное, нервное предчувствие должно было полностью рассеяться, но оно почему-то только возросло.
Внутри так звенело, что у меня стали подрагивать руки. Быстрей бы уже прилететь и оказаться дома...
Мой вылет в Ставрополь должен был быть в час дня, но, приехав в аэропорт, я узнала, что рейс перенесли на девять вечера из-за погодных условий. Пару минут я, опешив, бродила по залу ожидания, а потом, решив из аэропорта уже не уезжать, отправилась ждать вылет в какую -то кофейню на территории аэропорта. Дорого, невкусно, но зато хотя бы кресло, а не пластмассовое сидение, и относительная уединенность за самым дальним столиком, который я выбрала.
Заказав капучино, больше напоминающий порошковый кофе три в одном, написала мужу, что рейс задерживают. Сашка минут через десять ответил, что тогда он меня встретит. Слабо улыбнулась на это, по привычке гладя пальцами строчки его смс на экране. Ответила, что не надо, он ведь наверно устанет после похода, а до Ставрополя от нас еще рулить пять часов. И потом обратно столько же. Ночью.
"Я встречу тебя", - Сашка просто написал это еще раз.
Закусила губу, чувствуя, как внутри растекается иррациональное тепло. Упрямый. Сашка как всегда…
Мне было до чертиков приятно это его желание увидеться поскорее, и нервный звон в теле хоть чуть-чуть успокоился. Отправила мужу сердечко в ответ, и, постучав пальцами по столу, размышляя чем бы себя занять до самого вечера, написала Ариэлю, чтобы выслал для ознакомления рабочие материалы.
18. Лиза
18. Лиза
Колесики моего маленького чемодана ритмично стучат по гранитному полу Ставропольского аэропорта. Замедляю шаг под табличкой "Прибытие", озираюсь по сторонам, и взгляд практически сразу прикипает к высокой широкоплечей фигуре моего мужа.
Внутри сладко сжимается, пауза в пульсе, а потом сердце снова оживает, начиная частить.
Улыбаюсь, машу Сашке рукой, ускоряя шаг. Муж в ответ растягивает губы в кривой ухмылке, не задевающей взгляд. Коротко поднимает вверх руку. Наблюдает, как приближаюсь к нему, с каким-то странным выражением лица. Очень внимательным и очень задумчивым. Будто ему потом на допросе предстоит ответить, в чем я была и что делала посекундно. Пока иду, замечаю, что вид у Сашки замученный - глаза запали, тени вокруг, черты лица будто заострились и кажутся суровей. Мимические морщины на лбу прорезались.
Зря он все-таки поехал меня встречать. Лучше бы отдохнул...
- Привет, - чмокаю мужа куда-то в заросший подбородок, потому что Сашка не наклоняется навстречу, только внимательный взгляд скашивает на меня.
- Я же говорила, что устанешь. Вид у тебя ужасный, Лютик. Как у мертвеца. Хочешь, я поведу?
Привычным жестом обнимаю его за талию одной рукой и улыбаюсь, задирая к нему подбородок. Мужское тело, к которому прижимаюсь, на это странно каменеет, будто Сашку напрягает мое прикосновение. Скорее интуитивно, чем осознанно, отпускаю его, отступив на шаг.
- Зато ты как всегда очень красивая, Лиза, - дергается вверх уголок его губ, лишь обозначая ответную улыбку, - И нет, не хочу. Нормально все со мной. Давай чемодан.
И, выхватив у меня ручку сумки, муж уходит вперед, без слов предлагая следовать за ним.
***
- Как съездила? Отдохнула? - интересуется Сашка ровно, лавируя между машинами на парковке.
- В общем хорошо, - пожимаю плечами.
- Это хорошо, что хорошо...- бормочет муж себе под нос, пикая сигнализацией.
Его Тойота Тундра приветливо мигает в ответ. Сашка закидывает чемоданчик под тент пикапа и подает мне руку, помогая забраться в высокую машину.
- А вы как в поход сходили? - интересуюсь для галочки.
Но муж наверно не слышит, потому что не отвечает ничего. Только вдруг крепко, до боли стискивает мою ладонь. Так сильно, что я ойкаю.
- Извини, - сразу отпускает.
Встречаемся взглядами. У Сашки он странный, будто он испугался. Зрачки расширены так, что почти не видно серой радужки.
Это наверно всё ночь, в замешательстве думаю я.
Уже одиннадцатый час. Сашка устал. И признаваться в своей слабости не хочет. Как всегда.
- Ты все-таки скажи, если захочешь, чтобы я повела, - напоминаю, когда он, обогнув капот, занимает водительское сидение.