— Почти пришли, — буркнула Далла.
А потом вдруг раздался глухой стук, и ладонь беты выскользнула из моей.
— Далла? — Тишина. — Далла, ты решила меня здесь оставить? — нервно хмыкнула я и потянулась к повязке, намереваясь хотя бы чуть сдвинуть ее и посмотреть, что происходит, но внезапно что-то тоненько звякнуло, а мои руки лицо и шею обожгла боль. Да такая, что я громко вскрикнула и упала. Словно кто-то включил душ с радиоактивным дождиком, струи которого полосовали незащищенные одеждой участки тела. Меня придавило к земле чем-то тяжелым.
— Заткнись, — угрожающе просипел голос, перед тем как удар по голове послал меня в небытие.
Глава 43
Я захлебываюсь?.. Никогда не любила воду… Хотя нет, полюбила после того, как познакомилась с Рэйнаром. Если я — воздух и камень, то он — лес и вода… Я закашлялась и резко села. Тело снова обожгло болью, перед глазами все плыло, по лицу стекали струйки воды. Надо мной стоял незнакомец. Именно он лил мне на лицо воду из небольшой фляжки.
Увидев, что я пришла в себя, он подхватил лежавшую около меня серебряную сеть — я отметила, что незнакомец в перчатках — и вышел, загромыхав замком. Я поморгала и прищурилась — зрение пока что не вернулось на сто процентов — и попыталась понять, куда попала и что, собственно, происходит.
Судя по каменным стенам, полу и потолку, мы где-то в глубине гор. Я различила звук монотонно капающей воды. Помещение делит пополам клетка, в которую меня и поместили. Я подползла к прутьям, пытаясь с помощью своей силы их разогнуть, но едва мои ладони сомкнулись на прутьях решетки, как дикая боль и запах горящей плоти вырвали из моего горла крик. Чистое серебро! Черт! Черт! Черт!
Незнакомец даже не обратил внимания на издаваемые мной звуки. Оказалось, что в пещере я не одна. Бесчувственная Далла лежала в другом углу. Сейчас незнакомец пытался привести ее в сознание точно таким же методом, как и меня пару минут назад. Вот бета-волчица застонала и открыла глаза. Она почти сразу же рванулась, но оказалось, что ее запястья, шея и щиколотки закованы в металлические кандалы, прикрученные длинной цепью к вбитому в стену крюку. Зарычав, она несколько раз дернулась и заскулила от боли, но лишь рассмешила незнакомца.
Тот наконец повернулся ко мне и, когда тусклая свеча в углу пещеры осветила его грубое лицо, я поняла, что оно мне знакомо.
— Я знаю тебя! — вырвалось у меня.
— Заткнись, иначе я обмотаю тебя вот этим, — лениво отозвался тот, погремев серебряной сетью. — Будешь визжать, как поросенок, уж поверь.
Я замолчала. Значит, именно этой сетью меня и поймали, будто глупую рыбину. Хороша из меня волчица — не почувствовала приближения чужака! Хотя теперь, сложив вместе все факты, я поняла, кто за всем этим стоит. Но зачем? Какой в этом смысл?
— Кто ты такой? Если об этом узнает Совет, тебе не уйти от наказания! — прорычала Далла. Только сейчас я заметила на ее белых волосах кровь. Видимо, она получила сильный удар.
Где-то громыхнула еще одна дверь, и в пещеру осторожно ступил… Хольд. Для меня его появление не стало неожиданностью, в отличие от Даллы, за чьей реакцией я внимательно следила. Сейчас это было самым важным. На лице бета-волчицы отразилось недоумение, а потом надежда.
— Хольд, быстрее! — надрывно выкрикнула она, громыхая цепью. — Нам грозит опасность! Хольд!
— Далла, он нам не поможет, — хрипло сказала я, следя за гамма-волком. Он осторожно вошел и посмотрел сначала на меня, потом на Даллу.
— Все выполнено. Жду оставшуюся часть оплаты, — тихо сказал наемник. Это его я видела с Хольдом в лесу вчера.
— Конечно-конечно, вот. Забирай и проваливай.
Гамма-волк держал в руках позвякивающий мешочек. Наемник приблизился, и Хольд одним быстрым движением — я даже моргнуть не успела — свернул ему шею. Наемник и мешочек с золотом упали на пол одновременно. Я зажмурилась и отвернулась, но слух все равно принес мне мягкий звук упавшего тела и звяканье мешочка с монетами.
— Хольд? — услышала я тонкий, жалобный голос Даллы.
— Любовь моя, прости за эту вынужденную меру. В кандалах есть малая часть серебра. Но без этого никак, ты же понимаешь. Мне не нужны неожиданные превращения. — Я открыла глаза и увидела, что Хольд перешагнул тело наемника и присел около Даллы, прикоснувшись к кандалам. — Как только я расправлюсь с Рэйнаром, я освобожу тебя.
Далла издала странный горловой звук. По ее телу пошла рябь, и я поняла, что она пытается перевоплотиться. Однако ничего не получилось. Видимо, серебро надежно блокировало силу оборотней. В глазах Даллы застыла смесь недоверия и изумления.
— Ты… расправишься… с Рэйнаром? — раздельно произнесла она.
Хольд уверенно кивнул.
— Это все время был ты, — услышала я свой голос. — Не миэри. Ты.
— Какая догадливая, — театральное похлопал в ладоши Хольд, вставая и подходя к моей клетке. — Жаль, что твоя догадливость тебе не помогла.
Я проклинала свою забывчивость, из-за которой не рассказала Рэйнару об увиденном в лесу Хольде и наемнике. А все из-за этого чертового Совета! И как теперь Рэйнар меня отыщет? Ведь камни не пахнут.
«Рэйнар, — подумала я, пытаясь силой мысли призвать его. — Только не приходи один. Заклинаю тебя Богиней, не приходи один!»
Будто отвечая моим мыслям, Хольд улыбнулся, обнажив идеально ровные и белые зубы.
— Не беспокойся. Он найдет нас. Я об этом позаботился. И пойдет на все, чтобы спасти тебя.
— Хольд, что ты делаешь? — заговорила Далла. — Освободи нас немедленно! Ты просто устал, это временное помутнение. Оно пройдет. Слышишь? Мы вернем нашего волчонка, и все будет как прежде!
Хольд удивленно обернулся.
— Как прежде? А как было прежде, Далла? Жить под началом Рэйнара, подчиняться любому его приказу, тогда как я сам могу быть их источником? Нет, мне не нужно как прежде, Далла. Скоро я буду править стаей Багряных Гор, любовь моя. А ты станешь альфа-волчицей. Разве не об этом ты мечтала когда-то?
— Это было давно, Хольд! Мне тогда было совсем мало полнолуний, и я думала, что влюблена в Рэйнара! А когда я обрела тебя, мне и дела не стало до Рэйнара и роли альфа-волчицы!
Далла дернулась еще раз, но цепи держали крепко.
— Ты не понимаешь, — печально покачал головой Хольд. — Только представь себе — неограниченная власть над стаей, место в Совете, возможность самому принимать решения, с кем воевать, а с кем заключать мир. Говорят, что у Чарана полные кладовые серебра, что он не утопил его в водах Тиорейн, подобно другим альфам. Мы можем отвоевать серебро, и с его помощью заполучить власть над другими стаями! Альфы многих из них уже стары, а их сыновья далеко не так сильны, как отцы.
Видимо, перспективы заполучить власть над миром оборотней так поглотили мысли Хольда, что он уже почти кричал, рисуя перед нами картины своего воцарения во главе не только стаи Рэйнара, но и всего Атарнасса.
— А как же наш волчонок? — вторгся голос Даллы в полотно его идеального будущего.
— Он был необходимой жертвой, — развел руками гамма-волк. — Но у нас обязательно будут еще волчата.
— Жертвой? Он что, мертв? — закричала Далла.
— Далла, он жив! Я не обманывала тебя! Твой волчонок жив, и сегодня мы вернем его, обещаю, — твердо сказала я, глядя в побледневшее лицо волчицы. Мне было ее жаль. Все это время она ненавидела меня лишь по одной причине — она не верила, что я не причинила вреда ее волчонку.
Далла не успела ничего ответить, потому что снова заговорил Хольд.
— Я уверен, что он жив, любовь моя. Все-таки в нем течет наша кровь. Но портал мы не откроем. После смерти Рэйнара я объясню Совету, что это чрезвычайно опасно и не стоит того. Они лишь оценят мою жертвенность во имя всеобщего блага.
— Всеобщего блага? — непонимающе прошептала Далла. — Ценой жизни нашего сына?
— Пожертвуй малым, чтобы получить многое, — нравоучительно произнес Хольд, расхаживая по небольшому пространству пещеры.
— Многое? А в чем на самом деле состоял твой гениальный план? — Мне вдруг действительно стало интересно.
— Пока мы ждем Рэйнара, мне кажется, я могу удовлетворить твое любопытство, — милостиво кивнул Хольд. Прядь светлых волос упала ему на лоб, придав сходство с ангелами на средневековых гравюрах, что совершенно не вязалось с его демонической сущностью. Казалось, только этого вопроса он и ждал, чтобы похвастаться собственной гениальностью. Он продолжал расхаживать по пещере, его громкий голос оглушительно звучал в тесном пространстве: — Я долго вынашивал свой план. Мне даже пришлось отыскать последнего из живых волшебников…
— Подожди, я знаю, что последний волшебник утопился много сотен полнолуний назад, — перебила я, припомнив подслушанный разговор между Даллой и Хольдом в библиотеке.
— То был предпоследний, если тебе так важны детали, — отмахнулся Хольд. — А этот прятался, пока я его не нашел и не заставил рассказать мне все, что он знал о порталах. И он поделился со мной своим знанием. Оказалось, что открыть портал с помощью амулета может лишь ни разу не обращавшийся волк. По счастливой случайности, такой волчонок у меня был. Изначально мой план состоял в том, чтобы через открывшийся портал впустить в Атарнасс множество смертных, устроить небольшую встряску в нашем устоявшемся мире. В этом хаосе было бы проще простого организовать убийство Рэйнара. А если бы не получилось, Совет несомненно был бы взбешен и ополчился против нашего альфы.
Хольд замолчал, нахмурившись.
— Но у тебя не получилось, — поторопила я его.
— Все изначально пошло не так, — раздраженно откликнулся гамма-волк. — Я выкрал медальон и сделал вид, что отправился навестить сестру. Заранее я научил Бранда прийти ночью в лес и никому не говорить об этом. Он, как послушный сын, естественно, сделал так, как я ему говорил. Я надел ему на шею медальон, и портал открылся! Все шло по плану, пока Бранду не вздумалось обернуться и рвануть прямиком в портал. Удачно выбрал время, ничего не скажешь! Щенок даже укусил меня, своего отца!