[299]. Оказавшись достаточно близко, он накинул на коня уздечку и повернул его мордой к солнцу, подальше от тени. Понадобилось немного времени, чтобы конь успокоился. Александр следил за его движениями, некоторое время бежал рядом, говорил нежные слова и поглаживал, что охлаждало разгоряченный дух жеребца. Осторожно откинув в сторону плащ-хламиду, Александр выжидал подходящего момента. Затем одним быстрым, легким движением он вскочил на коня и натянул повод, постоянно следя за тем, чтобы конь не перекусил удила. Убедившись, что завоевал доверие жеребца, он повысил голос и погнал его быстрее, сжимая бока. Мальчик и конь совершили первый совместный выезд. Филипп и его сподвижники были обеспокоены, боясь за юного всадника, чье падение могло не только подорвать его уверенность в себе, но и стать причиной травмы. Их страх улетучился, когда они увидели, что Александр с большим искусством управляет конем, а затем, сделав нужные повороты, мчится обратно к ожидающей его толпе. Все приветствовали молодого царевича, и, говорят, Филипп даже плакал от радости. Когда Александр спешился, царь поцеловал сына и сказал пророческие слова: «Мой мальчик, ты должен найти царство по себе. Македония слишком мала для тебя».
Пари было выиграно, Филоник получил деньги за коня, причем плату, видимо, внес не Филипп, а Демарат из Коринфа, аристократ, приехавший с Пелопоннеса и друживший как с отцом, так и с сыном[300]. Фессалийских коней помечали тавром в зависимости от места, из которого они прибыли. Кентавр был на клейме тех, кого вырастили в окрестностях Ларисы, топор – на конях из Фер. Жеребец Александра, вероятно, был назван в честь фарсальского тавра в виде головы быка, выжженного на бедре, – Буцефал (дословно «бычья голова»)[301]. Он оставался у Александра на протяжении всей жизни, и начало их отношений было таким же невероятным, как и последующие совместные приключения. Это было уникальное животное. Украшенный царственным одеянием, он позволял садиться на себя только Александру[302]. Когда его похитили враждебные племена у Каспийского моря, Александр пригрозил уничтожить все население, если коня не вернут целым и невредимым. Все закончилось благополучно, коня вернули[303]. Как сообщается в источниках, Буцефал прожил 30 лет, перенося тяготы походов и сражений и унося хозяина на край известного мира. Он умер в 326 году до н. э. на берегу реки Гидасп (Джелам) на территории современного Пакистана, измученный возрастом и тяжелыми трудами[304]. Александр был глубоко опечален утратой. Он устроил похороны своего любимца и сам возглавил процессию. Вокруг могилы заложили город, названный в честь животного, – Александрия Буцефала[305].
Эта история многое говорит нам о молодом Александре: он с раннего возраста демонстрирует непревзойденные способности к верховой езде и понимание психологии животных, огромную веру в себя и готовность идти на риск на глазах публики. Это также дает редкое представление об отношениях Филиппа и Александра: юношеская пылкость вознаграждается отцовской гордостью. Пожалуй, перед нами первое свидетельство в пользу того, что Александр не был обычным ребенком. Плутарх пишет, что Филипп, увидев его потенциал, «не решался полностью доверить обучение и воспитание сына учителям музыки и других наук, входящих в круг общего образования, считая, что дело это чрезвычайно сложное»[306][307]. Александр получил исключительного коня, а отец предоставил ему исключительного учителя.
Стагира (или Стагир) на Халкидики занимает скалистый мыс с двумя холмами на восточной стороне полуострова, к северу от Афона. Город был основан переселенцами с острова Андрос в VII веке до н. э. и процветал в архаическую и классическую эпохи[308]. Место это обращено к морю, главному пути сообщения и торговли между многочисленными греческими колониями региона, и со всех сторон окружено каскадами лесной зелени, сбегающими по крутым склонам в Эгейское море с несколькими раскаленными от солнца песчаными пляжами между ними. Облака темнокрылых бабочек населяют затененные опушки леса, соловьи поют в зарослях, и трудно не поддаться очарованию этого уголка. Густая растительность затрудняла археологические работы, обширные раскопки не проводились вплоть до 1990-х годов. Однако затем в ходе девяти последовательных сезонов были обнаружены основные постройки и инфраструктура поселения. Теперь это место комфортно обустроено для туристов, над руинами пролегли дорожки из пропитанного креозотом дерева, установлены информационные щиты.
Старинные постройки поджидают за каждым углом среди кустов, гудящих от стрекота цикад. Планировка поселения напоминает современные деревни и города греческих островов: стены домов прижимаются к скале, вымощенные камнем улочки прихотливо извиваются, отовсюду открываются невероятные морские виды, – цивилизация пребывает в гармонии с природой. Некоторые античные дома стояли к востоку от агоры, занимая террасы на склоне, между которыми вниз по скале тянулась узкая дорожка, а над домами возвышались раскидистые оливковые деревья. В наиболее сохранившемся доме был закрытый внутренний двор, куда вели двери из кухни и мужской столовой. С верхнего этажа открывался великолепный вид на юг вдоль дикой береговой линии, некогда кипевшей жизнью: женщины молятся в святилищах, расположенных на краю мыса, рыбаки вытаскивают ежедневный улов, горожане спешат на заседания совета, дети играют в одной из многих тихих бухт, где водятся морские ежи и крабы. Именно в таком доме в 384 году до н. э. родился Аристотель.
Аристотель. Афинский археологический музей. Agefotostock / Alamy Stock Photo
Аристотель был одним из самых блестящих умов античного мира. Он написал более 150 трактатов обо всем – от космологии до политики, от метеорологии до свойств души, от животных до искусства. Он анализировал суть трагедии с тем же пониманием дела, как и внутренности каракатицы. Он был третьим звеном в цепи великих умов классической эпохи (Сократ, Платон, Аристотель), и среди его наиболее известных учений – идея о стремлении к умеренности во всем, к «золотой середине», как ее назовут позже. Однажды он написал, что «все люди по своей природе жаждут знания», но его от мудрых предшественников отличает эмпирический подход[309]. Он собирал огромные объемы данных, каталогизировал и классифицировал все, что видел в окружающем мире. Философия переводится как «любовь к мудрости», и Аристотель был ее воплощением[310].
Он провел ранние годы в Стагире, возможно, посещал Пеллу, где его отец, Никомах, известный врач, служил при дворе Аминты III. Жизнь Аристотеля была тесно связана с положением дел в Македонии. Не исключено, что именно отец, работавший с кровью и внутренними органами, лихорадками и припадками, пробудил в сыне страсть к познанию мира. Но Аристотелю не суждено было пойти по пути Никомаха, его родители умерли, когда он был еще молод, и его опекуном стал Проксен из Атарнеи. В возрасте 17 лет Аристотеля отправили в Афины, в Академию – необыкновенное сообщество людей, занимавшееся образованием и науками, во главе с известным философом Платоном. Это определило всю дальнейшую жизнь Аристотеля. Он остался в Афинах еще на 20 лет, прославившись ненасытной жаждой к познанию, за что получил прозвище Читатель[311]. На первых порах он увлекался естествознанием, астрономией и собиранием пословиц; ближе к концу своего пребывания в Академии он стал преподавать риторику.
Но в 348–347 годах до н. э. все изменилось. Халкидская война наводнила Афины беженцами, что вызвало враждебность к македонцам. Стагира участвовала в боевых действиях и была разграблена Филиппом в 349 году до н. э.: во время раскопок там были найдены пращи с его именем и именами его военачальников[312]. Для Аристотеля, человека, имевшего семейные связи с Аргеадами, Афины стали опасным местом. Примерно в то же время умер Платон, и Аристотеля больше ничто не удерживало в городе, поэтому он решил переехать. Он перебрался ко двору Гермия, тирана Атарнеи и Ассоса, городов на побережье Малой Азии (в современной Турции), с которым познакомился в Академии, где они стали близкими друзьями. Позже Аристотель женился на его приемной дочери или племяннице Пифиаде. После длительного обучения в Академии наступило время активной работы. Он присоединился к сообществу философов в Ассосе и, возможно, помогал разрабатывать новые законы. На расположенном неподалеку острове Лесбос Аристотель останавливался у другого интеллектуала, Теофраста, который разделял его увлечение миром природы. Во внутренней лагуне города Пирра (современный Калони) они совместно проводили исследования, опрашивая местных рыбаков, анализируя ежедневный улов и бродя по берегам в поисках образцов растений. Эти труды легли в основу их будущих работ по зоологии и ботанике[313]. В 343 или 342 году до н. э. из Македонии Аристотелю пришло приглашение стать учителем Александра.
Филипп был не чужд философии. По рассказам, находясь в заложниках в Фивах, он познакомился с принципами учения Пифагора[314]. Платон посылал одного из своих учеников, Евфрая, ко двору Пердикки III – старшего брата Филиппа, чтобы помочь ему в первые годы царствования. Однако присутствие человека из Академии большинству местных пришлось не по нраву. Говорили, что он педантично организовал жизнь в ближайшем окружении царя: обедать с правителем дозволялось лишь тем, кто разбирался в геометрии и философии. Однако для Филиппа приезд этого философа имел большое значение. Евфрай убедил Пердикку отдать под контроль младшего брата определенную территорию, вероятно вокруг Амфиполя. Именно это позволило Филиппу утвердиться в качестве лидера и заслужить верность войск. Таким образом, он был идеально подготовлен, чтобы взять на себя управление, когда Пердикка погиб в битве с иллирийцами