Мия кивала, нетерпеливо ускоряя шаг.
Ниэль выбрал тихое место рядом с ручейком. Он вытоптал траву и соорудил лежанку из веток и листьев.
— Ложись сюда.
— А одежду снимать? — Мия слегка покраснела.
— Не надо, — Ниэль покачал головой. — Я тебе новую одежду сошью, намного лучше. Эту потом выкинем.
Затем он закинул себе в рот пилюлю, чтобы разбудить Хилдефона, и протянул сестре беозар. Мия не стала ничего спрашивать и уточнять. Она взяла из ладони брата маленькую блестящую сферу, улеглась поудобнее, проглотила её и зажмурила глаза в ожидании страшной боли. Но боль не приходила. Вместо неё по телу растеклось расслабляющее тепло.
Ниэль молча наблюдал за ней, ожидая пробуждения учителя.
— Зачем ты разбудил меня, недостойный!? — раздался громкий голос Хилдефона в голове Ниэля.
— Я дал сестре беозар, но моих знаний недостаточно, чтобы контролировать процесс! Вдруг что-то не так пойдет и понадобится твоя помощь... Я, кстати, стал Новиком! — не удержался и похвастался Ниэль.
— Кем?
— Новиком, — ответил Ниэль, — это в Республике такая система, тут тех, кто поднялся до первого ранга, зовут Новиком.
— Напридумывают же... В какой ты дыре живешь? Что за рыспублика? Я вообще про такую страну не слышал!
— Республика — это форма правления, а не название страны! О, смотри, началось!
Ниэль наблюдал, как Мию окутывает нежная, бежевая дымка. Её тело поднялось над землей, а вокруг, в пределах десяти метров, всё покрылось туманом.
— Сила тумана, неплохо, — прокомментировал Хилдефон.
Через некоторое время на её коже выступили белые вены, а глаза засияли бежевым цветом. Внутри тумана замелькали молнии.
— Опять пробуждение родословной! — воскликнул Хилдефон. — Что же за семейка у вас такая?! Вы же обычные люди!
А затем произошло то, что ошеломило и Ниэля, и Хилдефона. Мию окутал зелёный цвет, а между её бровей засиял изумрудный полумесяц. Молнии в тумане также окрасились в изумрудный.
— Отец-Хранитель, ещё один Избранный Неба! — изумился учитель. — Может, это новые свойства беозара? Или родословная у вас неправильная. Не должно же быть так!
Вскоре весь туман исчез, впитался в тело Мии. Она медленно опустилась на траву и уснула, а из её пор начала выделяться зловонная жидкость. Но радоваться было рано.
— Ниэль, ты совершил большую ошибку, — голос Хилдефона звучал мрачно. — Ты должен был со мной посоветоваться, перед тем как беозар ей давать!
— Что такое? — Ниэль напрягся.
— Девочку определённо заметили. Ты должен был привести её в мою гробницу, там стоит мощный скрывающий массив. Сейчас же её существование обнаружили и за ней придут.
— Кто? — Ниэль сжал кулаки.
— Если всё будет хорошо, то Храм Зелёного Неба, который ещё называют Храмом Жизни.
— Я не хочу её отдавать, — упрямо заявил Ниэль.
— Тебя и не спросят, вьюнош, — Хилдефон усмехнулся. — Лучше молись, чтобы это был Храм Жизни. Твоя сестра стала Избранной Неба, и лишь Храм сможет раскрыть все её таланты. Рядом с тобой же она угаснет.
— Тогда я пойду с ней!
— И зачем? Станешь обузой и ненужным балластом. Храм Жизни не поможет тебе, даже если его Старейшины пойдут на встречу и внемлют твоим просьбам. У тебя другой путь.
Ниэль глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он закрыл глаза и молча стоял, прислушиваясь к себе. Найдёт ли он силы и мужество отдать сестру? Он не хотел, но понимал, что не способен никак помешать этому.
— А кто ещё может за ней прийти? — наконец спросил он. — Неужели кто-то рискнёт поссориться с Храмом?
— Я не знаю кто, — Хилдефон вздохнул, — но во все времена у Храмов были враги. Если ничего не изменилось с момента моей смерти, то у Храма Жизни есть сильный соперник – Хвирды. Конечно, есть и верный союзник – Храм Красного Неба, который называют Храмом Войны. Всё сложнее, чем тебе кажется, вьюнош.
— Но я… — Ниэль сильно сомневался. Он не знал, что ему делать.
— Когда девочка проснётся, достань высшие кристаллы тумана и жизни из сундуков и гусеницу из естественных артефактов. Дальше сам знаешь, что нужно делать. Это сильно поможет ей в будущем.
Ниэль быстро сообразил, что имеет ввиду Хилдефон и пробормотал:
— Спасибо…
— У меня тоже была сестра… — голоса учителя был полон печали. — И мне в своё время тоже пришлось её отпустить далеко… Но это во благо, Ниэль. А сейчас мне пора, действие пилюли Подпитки Души почти прошло. У тебя осталось лишь две пилюли, в следующий раз хорошенько подумай, прежде чем будить меня…
— Стой! А какая раса у неё пробудилась?
— Из золотого списка Рённе. Три расы обладают подобной силой, что пробудила твоя сестра. Я не уверен, какая именно в ней проснулась... — голос Хилдефона смолк.
Ниэль глубоко вздохнул и вытащил из кольца брошь в виде бронзовой гусеницы, которая на первый взгляд казалась симпатичной, но самой заурядной вещицей. Он активировал свой правый глаз и попытался увидеть энергию или состав гусеницы. Но ничего, обычная металлическая брошь. Однако Ниэль знал, что это очень ценный естественный артефакт седьмого ранга – гусеница, которая могла поглотить и хранить в себе множество вещей, даже другие пространственные артефакты. И никто не способен отследить, что именно хранится в ней. Но всё имело стоимость, и артефакт нужно было кормить. Любимое лакомство гусеницы – кровь Избранного Неба, уже ставшего одарённым первого ранга.
Ниэль вынул все кристаллы жизни и тумана, сложил их на землю в виде горки и поднеся к ней гусеницу, прошептал:
— Поглоти!.. — а затем резанул себе по руке.
Бронзовая брошь тут же пошевелилась, раскрыла пасть и начала всасывать кровь и кристаллы внутрь. Через пару минут Ниэль обессилено опёрся спиной о дерево и посмотрел на свою рану. Он перемотал её чистой тряпкой, перед этим выдавив на неё сок особой травы, которая помогала заживлять раны. Крови он потерял многовато, но не критично. Это и есть главная слабость артефакта – чем больше нужно поглотить, тем больше требуется крови.
Немного отдохнув, Ниэль порылся в одежде Хилдефона, радуясь, что тот уже заснул. Он вытащил шикарный синий плащ и белую шёлковую рубашку. После достал сапфировый нож, иголки с нитками и принялся шить одежду сестре. В процессе он прерывался и иногда протирал лицо и руки Мии от нечистот.
Когда на коже сестры перестала скапливаться зловонная жидкость, уже наступил вечер. Ниэль, чтобы не терять время, изучал базовую алхимию. Заметив, что очищение организма сестры закончилось, он взял Мию на руки и пошёл с ней к ручью, разглядывая её побелевшие ресницы. Там помыл её, перед этим выкинув старое платье. Затем, переодев сестру в новую одежду, Ниэль уложил её на сооружённую неподалёку лежанку из трав и веток.
Ниэль сидел, облокотившись о дерево, ковырял палочкой в земле и разглядывал Мию. Он был уверен, что у неё с детства не было такого безмятежного выражения на лице. Она полностью расслабилась, все тревоги и заботы покинули её, освободив от тягот сиротской жизни. Её кожа была гладкой, белой и идеально чистой, будто фарфор лучшего качества. Тёмные, как ночь, иссиня-чёрные волосы, шёлковыми прядями падали на лицо, поблескивая под лунным светом, а тонкая, бледная полоска шрама пересекала правую чёрную бровь, красиво сочетаясь с белыми ресницами.
Ниэль не видел глаза сестры, но почему-то был уверен, что они тоже поменяли цвет. Сейчас она стала по настоящему красивой, словно маленькая волшебница из сказки.
Ниэль отложил палочку, взял в руки книгу с базовой алхимией и продолжил её изучение. Он заметил, что с каждым разом может запоминать всё больше растений.
Утром следующего дня Мия проснулась. Она открыла глаза, разглядывая голубое небо и лениво плывущие пушистые облака. Мия никогда ещё не чувствовала себя так легко и свободно. Она подняла руку и приблизила её к глазам.
— Гладкая… — прошептала Мия. И дотронулась до лица. Она с наслаждением ощупала свою новую чистую кожу.
Мия закусила губу, в уголках её глаз начали скапливаться слёзы, но она быстро взяла себя в руки, глубоко вздохнула, вытерла рукавом мокрые щёки и села. Краем глаза она что-то заметила и, повернув голову, увидела мирно спящего на земле брата. Её сердце наполнилось теплотой и любовью.
Она поднялась на ноги и с удивлением обнаружила на себе платье-рубашку, неумело сшитую из синей гладкой ткани, и симпатичный белый пояс, связанный бантиком и подчёркивающий талию.
С улыбкой поглаживая мягкую ткань, Мия вдруг замерла. Её лицо налилось краской. Она поняла, что платье не могло само переместиться на неё, его должен был кто-то надеть. Возмущённо смотря на брата, она собралась было подойти к нему, но затем передумала, решив, что не стоит ему мешать.
Ниэль проснулся чуть позже и обнаружил сестру у ручья. Она пыталась в водной глади рассмотреть своё отражение. С улыбкой понаблюдав за ней, Ниэль не смог сдержаться и решил, что обязательно позволит ей вдоволь налюбоваться собой.
— Мия, иди сюда, я тебе покажу кое-что, — крикнул он.
Она вздрогнула от неожиданности и чуть не упала в воду.
— Ах ты, мелкий... — рассердилась Мия.
— У меня есть большое зеркало! — поспешно заявил Ниэль.
— Правда? Не верю! — она с подозрением посмотрела на него, но её глаза выдавали сильное любопытство.
— Иди за мной, — Ниэль быстро зашёл за дерево, вытащил зеркало и повернулся к спешащей за ним Мие.
— Вот, — показал он пальцем.
Мия нахмурилась, с сомнением глядя на него.
— Не хочешь?
Она фыркнула и подошла к гладкой поверхности зеркала.
Следующие полчаса Ниэль ждал её, сидя у дерева и мысленным восприятием осматривая округу. После принятия беозара радиус его способности сильно увеличился. Скорость осмотра тоже возросла.
Ниэль услышал шум и посмотрел на Мию. Она подходила к нему, и в её взгляде горел скрытый восторг. Глаза Мии так и остались серыми, что сильно удивило Ниэля. Хоть они и стали намного насыщеннее, но цвет не поменяли. Мия улыбнулась ему, отошла подальше, скрестила руки на груди и демонстративно отвернулась.