«Правда, да. Ты можешь туда упасть»
– И убиться?
«Ты не убьешься. Но проиграешь»
Тем временем правила теста для десяти прибывших человек, пока стоящих вдоль стены, объяснял «ведущий» – очередной надзиратель в темной одежде и с надменно-прохладным лицом.
– У вас есть два пути: длинный и короткий. Короткий сразу ведет «домой», в нём пятнадцать квадратов. В длинном тридцать пять, и он оканчивается призом в сто тысяч долларов. Достигнете тридцать пятого – деньги ваши.
– А обратный путь? – пробасил из полумрака какой-то парень.
– По этому пути возвращаться не нужно. А короткий уже круговой. Итак, кто выбирает какой?
Шестеро человек, включая Ринку и Анжелу, без раздумий сразу встали к началу короткого пути. Трое двинулись вправо – охотники за деньгами. Тесса же никак не могла решить, куда ей двинуть. Сто тысяч манили, как сахарный торт осла. Все-таки деньги – радость, свобода и удовольствия, кто бы что ни говорил.
– Я хочу деньги. – Шепнула она информатору. – Какой шанс у меня дойти?
«Девяносто четыре процента»
– То есть, большой.
– Будьте внимательны, – пояснял, тем временем, ведущий, – следите за плитами на полу. Когда уверены, шагайте, не уверены, стойте. Провалиться могут и те, которые ведут к «дому».
– А есть система? – спросил другой парень. – Как распознать?
– Да, – вмешалась Лика, – может, какие-то знаки, оповещения?
Надзиратель усмехнулся.
– Это тест на вашу интуицию, на умение слушать и слышать себя. На умение доверять себе. Поехали?
Почти никто из присутствующих ничего не понял. Ясно было одно: перед всеми большая игра-бродилка без кубика. А-ля «Индиана Джонс» квест. Только все не в кино, а там, где под твоими ногами в полумраке зала может исчезнуть пол. И ты полетишь. Девчонка, стоящая следом за Анжелой, терла льющиеся по щекам слезы, руки у неё дрожали. Падать она боялась сильнее остальных.
– Там убиваются?
Наглый парень, вставший в короткому пути первым, жевал жвачку. Он напоминал быка, берущего разгон; в шанс своего падения он по-настоящему не верил.
– Проверишь.
Дерьмо. У Тессы взволнованно стучало сердце. Можно, конечно, по короткому, но деньги…
– Ты поможешь? – спросила она наушник.
«– Помогу. Но Комиссионный код меняется на ходу, его очень сложно просчитать наверняка в режиме реального времени»
– Ты сказал, девяносто четыре процента… – она шевелила одними губами. Иногда ей казалось, что Информатору вообще не требуется её голос. В любом случае, он распознавал и очень тихие фразы.
«– Помогу»
– Тогда, я к длинному.
«Вставай последней»
Она, как он и посоветовал, пристроилась к концу короткой очереди.
По сигналу начала на обе дорожки ступили люди. На длинную вышел «бык», и Тесса всерьез беспокоилась, что он заберет деньги.
«– Не дрейфь. Он в себя не верит»
– Упадет?
«– Наблюдай»
По соседней двигался другой парень – длинный, нескладный, но осторожный. Он щупал пол перед шагом, проверял его носком ботинка, иногда топал по нему силой.
«– Это не поможет, если что. Можешь переместить вес, и тогда уже получить дыру»
Отлично. Что за странные тесты в этом месте? Какие продюсеры хоррор фильмов их придумывают? Может, где-нибудь в невидимой комнате за зеркальной стеной сидят богатеи, делающие ставки, как в «Кальмаре»? Ставки на смерть.
В гарнитуре, кажется, усмехнулись, и это обнадежило.
«Бык» попёр без проверок. Он просто двинулся вперед, как барин, как глава шайки, знающий, что барыш принадлежит ему. С той же решимостью, с какой наступал на остальные, высокий незнакомец шагнул на четырнадцатую плиту. И она сначала чуть просела под ним – парень дернулся нервно, но поздно, – …и исчезла. Он падал с криками, с совершенно иным выражением лица. За секунду слетела спесь, в глазах возникла обреченность и детский ужас. Мгновение – и на дорожке больше никого. Плита не появлялась долго, откуда-то снизу бил довольно яркий золотой свет, будто где-то далеко располагался пустынный город, залитый солнечным светом. А плита открывала проход в облака чужого мира. Еще пара мгновений, свет пропал, пол стал цельным. Настала очередь второго участника. И на «охоту» он выходил куда менее уверенный, нежели первый…
Если бы было можно, Тереза бы переместилась за то стекло, откуда гипотетически наблюдали богатеи. Она бы лучше заказывала коктейли и делала ставки, чем шагать вот так с риском для жизни. Она, признаться, вообще не любила ни риск, ни связанный с ним шальной адреналин, но деваться было некуда.
По короткой дорожке за эти время добрались до «дома» уже двое.
Ей было муторно. Может, сменить позицию? Передумать?
Она отказалась от этой идеи, когда третий, выбравший путь «к дому», провалился на втором же шаге – как так? Значит, нет разницы… Теперь неуверенность и откровенное беспокойство читались и на лицах её соседок по комнате. Тереза бы порадовалась, если бы ни близившийся черед её собственного выхода на «поле».
Второй охотник за деньгами двигался очень осторожно, иногда на корточках, иногда почти ползком. Утомив мышцы довольно быстро, он сменил тактику, поднялся, принялся прыгать через плиту. Ведь не возбранялось? Даже надзиратель смотрел с любопытством, насмешливо.
Очередной прыжок – и провал в бездну.
Девка перед Тессой ссыканула в последний момент, сдала позиции и пристроилась в длинную очередь слева.
«– Наш выход»
Почему ей казалось, что Информатор забавляется? Но нет, она не ссыкло, она сделала шаг вперед; теперь именно по ней ползал липкий и заинтересованный в хороших зрелищах взгляд ведущего.
– Жду подсказок.
Она приучилась говорить, как чревовещатель, почти не шевеля губами. Наверное, еще не скоро избавится от этой привычки.
«– Если я говорю «можно» – ты делаешь шаг вперед. Значит, у тебя в запасе как минимум десять секунд, пока я просчитываю дальше…»
Вместо ответа Тереза кивнула. Ей казалось, она собирается прыгнуть с парашютом.
«– Можно»
У неё так сильно колотилось теперь сердце, что Тесса прокляла собственную жадность. А может, вовсе не жадность ей двигала, а, чтобы, наконец, заметили? В хорошем смысле этого слова. За умение, за смелость.
Первый шаг. Пол казался целым, неподвижным. Три секунды, четыре. Если замолчит Информатор, если засбоит гарнитура… Таких дурацких совпадений ведь не бывает?
«– Можно»
Шаг номер два. Лучше бы она выпила перед этим тестом для храбрости. Лететь со склона на лыжах было куда легче.
«– Стой» – долгие секунды тишины. Возможно, по короткой дорожке кто-то двигался, возможно, нет – ей теперь было все равно. Единственное, что видела Тесса – следующую плиту. И ощущала гирями, приклеившимися к бетону, ступни собственных ног. «– Можно»
Не верилось, но они прошли почти половину пути без «сбоев». А после Терезу, которая всё это время силилась отключать тревожные мысли, вдруг обуял страх. А, если свалится? Далеко ли лететь? Куда? Она попадет обратно в родной мир, в ту подворотню? Снова будет умирать? Придет ли человек-поле?…
«– Тереза, уйми беспокойство… Шагай»
А ей тяжело. Вперед – почти невозможно. Почему-то казалось, что сейчас, вот прямо сейчас, она рухнет в бездну, как все на этом пути до нее.
«– Ты перестраиваешь комиссионный код своими страхами. Пойми это… Шагай… Нет, стой!»
Она качнулась вперед, как пьяная, и осталась на месте.
– Я боюсь…
«– Думай о деньгах»
– Я уже не хочу деньги. Я хочу жить.
«– Ты будешь жить»
Так или иначе. Вот только иначе ей уже не хотелось. Ей нравилась ситуация здесь, в Монтане, с гарнитурой на ухе, с другом.
– Ты уверен?
«Шагай! У тебя две секунды. И со следующей сразу вперед…»
Она подчинялась, но ей начинало казаться, что с ней говорит не Информатор, но играет шутки испуганное сознание.
«– Стоим… Стоим… Если ты не успокоишься, они провалятся все…»
Даже он, человек на том конце, который не человек, стал серьезен.
– Как мне успокоиться? Дай… Возьми меня за руку! – она, невзирая на окружение, заговорила громче.
«– У меня нет руки»
– Возьми понарошку, виртуально…
Ей уже чудилось, что плита растворяется, что она держится неплотно. Не верилось, что Информатор что-то сделает, но она вдруг ощутила его поддержку. Настоящую. Как будто он не взял за руку, но обнял за плечи, и стало стабильно в мире, стало хорошо. Возвращалась ясность.
«– Шагай… У тебя две секунды… Шагай… Стой…»
Осталось шесть гребаных плит.
Несмотря на частично вернувшуюся храбрость, всё более ватными становились ноги.
«– Дальше два прыжка… Стабильными остались две плиты. Одна через одну… Вторая у самого парапета… Сможешь допрыгнуть?» – пауза. Тишина. «– Да?»
– Да…
Она наметила их себе мысленно, как светящиеся. Ей, кажется, никогда не было так тяжело, даже, когда на физре их заставляли прыгать через «козла», когда она запнулась об него, отбила себе ногу…
Мысленно обзывая себя гребаной Ларой Крофт, Тесса совершила два перелета – один на первую указанную точку, второй на вторую. И впервые по-настоящему ощутила стабильную почву под ногами.
И перестал существовать мир, потому что пальцы легли на тугие пачки денег. Отличный куш, просто отличный! Ей кто-то аплодировал от стены, кто-то шептался, кто-то вздохнул с завистью.
«Теперь назад. Быстро»
– Почему быстро? Ведь пол стабильный.
«– Есть подвох»
Она сунула деньги за отворот майки, заправленной в джинсы, с проворностью профессионального вора. Развернулась, под одобрительным взглядом надзирателя зашагала назад. Почти дошла до «берега», ступила одной ногой на бетон, уже не расчерченный плитами, когда под пяткой провалился весь игровой пол. Растворились «клетки» – оттуда сияло марево.
Она успела, но качнулась, подумала, что сейчас упадет…
Её руку схватили пальцы Анжелы, дернули вперед.
Почти уткнувшись в русскую, Тесса, испытавшая ворох чувств, выдернула руку.