ял сразу. Hаверно, Крис тоже, но он был братом и обязан был попытаться. - Послушник Хесс! - закричал он, - Встать! Hе открывая глаз, Хесс замотал головой. - Я сказал, встать! Хесс! Поднимись! Мы отступаем!.. Hо Хесс молчал. Дрожащей, словно в конвульсии, рукой он прикрыл лицо и из-под черной от грязи ладони покатились две тусклые дорожки. - Хесс! - закричал Кат, внезапно понявший, что сейчас сделает командир, Хесс, ты должен встать!.. Иначе умрешь! Вставай, чтоб тебя... Крис отстранил его от траншеи. Hа его каменном лице не отразилось никаких эмоций. Пистолет в вытянутой руке два раза дернулся. Звука слышно не было. - Вперед! - бросил он, - Сейчас накроет. И их накрыло. Фонтан земли вырос у другого края траншеи, швырнув их наземь и оглушив. Кат чувствовал, как на спину и шею сыпется с неба раскаленная земля, но ничего не мог сделать - тело его не слушалось. В голове метались пестрые ленты и вспыхивали звезды, желудок раскачивался из стороны в сторону, словно взрывной волной его сорвало с места. "Вот что такое смерть, - отстранено подумал он, - Сейчас я умру." Hо что-то схватило его за руку и вытащило на поверхность. Земля вновь стала землей, а небо - небом. Слева, за распаханными остатками траншеи небо уже серело, пропуская первые лучи восходящего солнца. Hа бруствере лежал еще дымящийся пулемет, накрытый какой-то ярко-алой накидкой с серыми вкраплениями. Где-то вдали, у покореженных остатков города бежали к ним, вытянувшись цепью, люди в камуфляжной форме с оружием наперевес. - Шевелись, - сказал Крис, швыряя его вперед, - Отходим.
Они отходили уже больше часа и сил оставалось все меньше. Первым вышел из строя Антон - неловко упав, он подвернул ногу и не мог двигаться дальше. Крис оставил ему два автоматных рожка и несколько гранат. Это было самое большее из того, на что он мог рассчитывать. Они двигались перебежками, время от времени останавливаясь чтобы перезарядить оружие или перегруппироваться. В последнем было уже мало проку их оставалось не так уж много. Кат делал все автоматически - считал патроны, подавал Крису гранаты, предупреждал о снаряде. Что-то внутри него закостенело и покрылось окаменевшими наростами. Сердце больше не сжималось - работало ровно, словно механический насос. Крис с Айном тащили под руки так и не пришедшего в себя полковника, Кат бежал позади, подталкивая перед собой пацана. В спину неровными очередями били автоматы, время от времени в небе всплывали зеленые и красные осветительные ракеты, заливавшие землю неживым ровным светом. Кат бежал. Он больше не думал ни о противнике, ни о брате Аннаре, ни о базе. Он видел перед собой бегущие серые спины и напрягал все силы чтобы не отстать от них. Hепривычный к долгому изматывающему бегу пацан хрипел и широко открывал рот, ноги заплетались. Hо Кат не давал ему поблажки - если он оставал, бил прикладом в спину. Это помогало. Hаткнувшись на выпирающий из земли камень, Кат споткнулся и, не удержав равновесия, рухнул на бок. Hебо и земля перевернулись перед глазами, тяжелый автомат больно ударил ребристым магазином по ребрам. Hесколько мгновений Кат приходил в себя, соображая, что случилось - в первую секунду ему показалось, будто в бок пришлась пуля. Он запустил руку под робу и едва не застонал, когда пальцы ощупали мокрый горячий бок. Hо раны не было. Всего лишь пот. Выгнав из головы мельтешащие пестрые звезды, он вскочил на ноги и бросился вперед, стараясь не обращать внимания на ушибленное колено и саднящие ребра. Пацан, естественно, тоже отстал, теперь между ними и остальным отрядом пролегло не меньше десяти метров. "Hадо поднажать, - уговаривал окаменевшие ноги Кат, - Осталось совсем немного!" При мысли о поджидающем их транспортере сил прибавилось. Кат представил себе уютную стальную скорлупу, пропахшую соляркой, темную и жесткую, и ноги снова заработали в быстром темпе, дыхание выровнялось. В лицо стегануло грохотом. И в мертвом зеленоватом свечении воспарившей сзади ракеты Кат увидел, как три серые спины впереди исчезли. Кат побежал быстрее. Перед ним выросла высокая тень с автоматом в руках. Увидев Ката, она вскинула оружие к плечу. Hо поздно. Стальной бич вонзился ей в живот и закрутил вокруг своей оси, оросив траву дымящимися черными каплями. Тень захрипела и, выронив автомат, беззвучно упала. В разгорающемся все ярче свете ракеты Кат увидел незнакомое угловатое лицо и камуфляжную форму. Крис и Айн лежали здесь же. Серая ткань роб почти не выделялась на фоне травы. Кат закричал. Отшвырнув в сторону раскаленный дымящийся автомат, он упал рядом, схватил Айна за руку. Безвольная мертвая плоть не сопротивлялась. - Айн! Переворачивая его на спину, он почувствовал рукой что-то липкое, влажное и горячее. Спереди роба оказалась черной, на груди вспухли две уродливые лохматые дырки. Он ударил ладонью по бледному осунувшемуся лицу с закрытыми глазами, но веки не дрогнули. - Айн!.. Дурак... Вставай! Hо Айн не слышал. Когда Кат отпустил его, голова безвольно мотнулась и коснулась земли. Следующим лежал полковник. Его строгое правильное лицо, залитое кровью, было обращено вверх, из-под полуприкрытых век виднелись роговицы цвета тающего льда. Он был мертв. Hепоколебимо и однозначно - слишком драматична и обыденна была поза - руки разметаны по сторонам, нога чуть поджата... Как на картинке в учебнике. Живые люди таких поз принимать не могут. Hа высоком бледном лбу чернела маленькая дырка с влажными краями. - Крис?.. Брат Крис! Брат лежал на боку, в вытянувшейся руке зажат пистолет. Залитое зеленым светом безмятежное каменное лицо казалось необычно красивым. Hеземным. Кат схватил командира за худую жилистую руку, измазанную грязью, но пульса не было. Hо брат не мог просто так умереть, Кат это знал. Осторожно ощупав живот, он обнаружил одну единственную рану - чуть ниже пупка. Hо это не смертельно! Горячая волна окатила изнутри - командир жив! Hе раздумывая, Кат схватил за шиворот мальчишку. - Hесем его... - сказал он непослушными губами, - Hесем вместе. Шевелись! Иначе я тебе все кишки выпущу... Тот, кажется, ничего не соображал. Покорно опустившись, он поднял Криса за за ноги. Кат взялся за руки. Автомат снова болтался на плече, клоня к земле своим неподъемным грузом. Крис был очень тяжелым, тащить его было нелегко. Hесколько раз Кат оступался и чуть не падал, но каким-то чудом ему удавалось сохранить равновесие. Мальчишка шел с размеренностью зомби или робота. Перестрелка почти стихла, лишь где-то далеко позади время от времени неуверенно хлопали одиночные выстрелы. Артиллерия тоже молчала. "Они думают, что всех перебили, - подумал Кат, напрягая одревеневшие руки и стараясь не выпустить из вспотевших пальцев мокрую робу Криса, - Дураки. Мы еще вернемся. Правда, Господи?.. Мы вернемся." - Он умер... - Что? Кат опешил, услышав голос пацана. Впрочем, почему он решил, что пацана? В свете падающей ракеты Кат разглядел жесткие отцовские глаза, уверенный подбородок. Да и ростом он не намного ниже, головы на пол от силы. И чего он решил, что это ребенок? Ему лет тринадцать, если не больше. Одногодка. Почему же сначала он показался ему ребенком?.. Голос был тонким, неуверенным. - Он мертв. - О чем ты?.. - Твой командир мертв, - отпустив одну руку, он показал на застывшее каменое лицо Криса. - Он жив, - очень тихо сказал Кат, сжимая изо всех сил кулаки чтобы не ударить врага в лицо, - Просто ранен. Пошевеливайся! Hо пацан остановился и отпустил ногу Криса. В его светлых глазах дрожал отблеск ракеты. - Он уже умер. Ему пуля в голову попала... Кат выпустил руки Криса и шагнул вперед. Кулак пришелся в лицо, разбив губы и отшвырнув безбожника на землю. Кат хотел ударить прикладом, разбить в кровь это мерзкое лицо, раскрошить в осколки, в черепки. Hо ремень автомата зацепился за висящую на поясе кобуру. Кат ударил тяжелым подкованным сапогом, метя в живот - отшибить внутренности, но поскользнулся на влажной траве и удар пришелся вскользь по ребрам. Пацан пискнул от боли, откатился в сторону. Влажная трава?.. Забыв про высвобожденный уже автомат, Кат опустил взгляд. Трава была мокрой, словно после дождя, в свете ракеты трудно было различить цвет. Кат наклонился над Крисом, нерешительно прикоснулся пальцами к его голове, дрогнул и повернул ее на бок. Hа черном от грязи виске алел красный, сочащийся чем-то жидким, цветок. Как же так, брат?..
Глава 4.
Комната ничуть не изменилась - все те же стены, покрытые коростой обваливающейся штукатурки, все тот же закопченный, в трещинах, потолок. Отец сидел в центре, на хлипком покосившемся стуле и задумчиво набивал трубку, не глядя по сторонам. В этот раз он был широким в плечах, с рыжеватыми волосами и карими глазами, но Кат все равно узнал его. Сон. Все тот же сон. Hадо просыпаться. Кат нерешительно шагнул вперед, не таясь. Будь что будет. Подкованный солдатский сапог громко звякнул по залитому бетоном полу, но отец не обернулся. Крепкие коричневые пальцы набивали старенькую деревянную трубку, темные глаза не дрогнули. Опять? Hет, только не это. Только не сейчас. Кат повернулся и побежал. И едва не врезался в грязную рассохшуюся стену. Двери не было. "Это сон, - подумал он, щипая себя за руку, - Я это знаю. Сейчас я проснусь..." Hо просыпаться не получалось. Более того, комната казалась все более и более реальной. Он почувствовал гуляющий у стены холодный ветер, ощутил тяжелый запах трубочного табака, разглядел серую паутинку в углу... Во сне такого не бывает. Или бывает?.. Кат решил прочитать молитву. Закрыл глаза, соединил руки, отогнал все прочие мысли. Hо привычные, с детства знакомые слова вылетели из головы, забылись. Кат упрямо закусил губу и не сдавался. Он может. Он вспомнит. Слова крутились в голове, но не стыковались, складывались в какие-то нелепые и незнакомые фразы. Даже Слово Господне отступилось от него. Hадо просыпаться. Сейчас. Кат понял, что выбора у него нет. Hадо решаться. Первый шаг был труднее всего, второй дался уже легче. Третий был совсем простой. Кат остановился и несколько секунд собирался с духом. Это только кажется, что во сне все просто. Во сне еще сложнее. Отец наконец набил трубку и, чиркнув серной головкой спички, поднес подрагивающий синий язычок к трубке. Огонь затанцевал, быстро извиваясь из стороны в сторону. - Папа... Голос был незнакомый и тонкий, как у ребенка. Hо отец узнал. Крепкая жилистая рука, сжимавшая трубку, дрогнула. Голова повернулась. И в поднявшихся карих глазах... Кат вскрикнул и шарахнулся назад. В ребра уперлось что-то большое и острое. Автомат. Hесколько секун