Этой же группе – быть готовой к действиям в направлении на Салы или Феодосию по особому приказу. В упорные бои с противником не вступать. Встретив превосходящие силы врага, отвлекать их от Феодосии и уходить в горы на соединение с партизанами, но не терять связи с флотом и морем. Начальнику тыла фронта ставилась задача обеспечить десант боеприпасами и продфуражом на 5–8 дней и нужным количеством лошадей и повозок[446].
Командующий Черноморским флотом приказал начальнику штаба флота, находившемуся в Новороссийске, доложить командующему Кавказским фронтом, что в ночь на 23 января десант высадить нельзя, так как только на его переход требовалось 15 часов. Командующий флотом считал, что десант можно высадить в ночь на 24 января, если позволит погода, и поручил начальнику штаба сделать необходимые распоряжения[447]. В эти дни на море был сильный шторм. И вообще необходимо отметить крайне тяжелые погодные условия середины января 1942 г.: повсеместно по Крыму отмечались сильные морозы с ветром, в горах – высокий снежный покров, на море – шторм, сильный накат на берег[448].
Были и удачные попытки установить положение дел. С 23 часов 50 минут 22 января до 5 часов 10 минут 23 января эскадренный миноносец «Бодрый» установил связь с 226-м горнострелковым полком, действовавшим в районе Судака, и выгрузил для него (корабельными шлюпками) боезапас и продовольствие, приняв до 40 раненых[449].
Операция по высадке десанта 24–25 января 1942 г. – по сути, заключительная часть судакского десанта. Для проведения этой операции был выделен отряд кораблей в составе крейсера «Красный Крым», эскадренных миноносцев «Сообразительный», «Безупречный» и «Шаумян» и отряд высадочных средств в составе базового тральщика № 412 и шести сторожевых катеров типа МО. Для обеспечения подхода кораблей к берегу в районе Судака были развернуты подводные лодки Щ-201 и М-55. Корабли отряда, как указано выше, находились в Туапсе, а отряд высадочных средств – в Новороссийске.
Крейсер «Красный Крым» и эскадренный миноносец «Шаумян» приняли на борт личный состав 554-го горнострелкового полка в количестве 1576 человек. После этого крейсер «Красный Крым» с эскадренными миноносцами «Сообразительный» и «Безупречный» в 16 часов 00 минут 23 января вышли из Туапсе в Новороссийск. «Шаумян», получивший в Туапсе во время шторма незначительные повреждения, совершал переход самостоятельно[450].
К 7 часам 00 минутам 24 января все корабли, участвовавшие в операции, сосредоточились в Новороссийске. Не зная точно, где находится противник и где наш 226-й горнострелковый полк, высаженный в Судаке 16 января, не зная, в чьих руках находится Судак и прилегающее к нему побережье[451], командир высадки решил: 24 января в 13 часов 00 минут десантному отряду кораблей выйти из Новороссийска и в 23 часа 00 минут с подходом к берегу открыть мощный артиллерийский огонь по Судаку и по скоплениям войск противника. В 23 часа 30 минут перенести огонь на второй рубеж и начать высадку десанта. Отряду высадочных средств надлежало выходить самостоятельно в 10 часов 00 минут 24 января и присоединиться к десантному отряду в 22 часа 00 минут.
Но 24 января в штабе флота были получены данные о месте нахождения 226-го горнострелкового полка и о расположении противника в районе Судака (из доклада с эсминца «Бодрый»). В связи с этими данными командир высадки В.А. Андреев изменил свой первоначальный план и принял следующее решение: выход отряда кораблей с десантом – в 12 часов 00 минут 24 января; рандеву с отрядом высадочных средств – в 21 час 30 минут; скрытный подход к Судаку и начало высадки десанта – в 22 часа 00 минут. При внезапном противодействии артиллерии противника кораблям десантного отряда надлежало открыть артиллерийский огонь, согласно первоначальному плану.
В 10 часов 40 минут 24 января из Новороссийска вышел отряд высадочных средств, а в 12 часов 00 минут – отряд кораблей с десантом. В 22 часа 15 минут с крейсера «Красный Крым» был замечен красный огонь подводной лодки Щ-201, и вскоре был обнаружен отряд высадочных средств. «Красный Крым» и «Шаумян», став на якорь и спустив шлюпки и баркасы, в 23 часа 30 минут начали высадку десанта. В это время эскадренные миноносцы «Безупречный» и «Сообразительный» отошли – первый к весту, а второй к осту от места высадки десанта, чтобы немедленно подавить огневые точки противника, если они откроют огонь по десанту с флангов. При этом «Безупречный» спустил свои шлюпки и отослал их для помощи «Шаумяну» в высадке десанта. Сторожевые катера МО, переправив отряд моряков с тральщика № 412 на берег, тоже подошли к «Шаумяну» и к «Красному Крыму», чтобы помочь им высаживать десант. Катера в первую очередь перевозили с «Красного Крыма» на берег боезапас и продовольствие, а баркасы высаживали личный состав десанта. Противник никаких помех не оказывал. Однако высадка затянулась, так как высадочных средств было мало и работали они в тяжелых условиях. На море было значительное волнение, катера и шлюпки быстро подвергались обледенению, разгрузка на берегу шла медленно, так как там была одна небольшая пристань, у которой катера разгружались только по одному[452].
В 23 часа 45 минут с берега прибыл представитель 226-го горнострелкового полка, который сообщил, что бои идут в районе селения Биюк-Таракташ, и просил поддержать полк огнем корабельной артиллерии. Для более точного выяснения обстановки на берег был послан представитель флота, который возвратился с берега в 3 часа 30 минут 25 января. В 5 часов 17 минут 25 января эскадренный миноносец «Сообразительный» открыл артиллерийский огонь по противнику[453].
В 6 часов 00 минут 25 января высадка десанта в основном была закончена; лишь на крейсере «Красный Крым» оставалось невысаженных 250 человек. Для высадки их при все усиливавшемся волнении моря потребовалось бы еще более часа, а близость рассвета не позволяла кораблям задерживаться у места высадки. Все советские исследования говорят об авиационной опасности со стороны немцев… Поэтому в 6 часов 05 минут десантный отряд кораблей снялся с якоря и пошел в Новороссийск. Сторожевым катерам МО было приказано: выгрузить с базового тральщика № 412 весь боезапас, принять с берега раненых и с наступлением светлого времени отходить также в Новороссийск. В 16 часов 30 минут десантный отряд кораблей прибыл в Новороссийск.
В 8 часов 30 минут базовый тральщик № 412, полностью выгрузив боезапас и приняв на борт 200 раненых, вышел из района Судака и в 17 часов 05 минут тоже прибыл в Новороссийск. В 22 часа 00 минут в Новороссийске ошвартовался последний сторожевой катер из отряда высадочных средств[454].
Это подкрепление явно запоздало и не могло изменить обстановку. 26 января противник (немецкие части общей численностью до 2 пехотных полков, 4-я румынская горная бригада) перешел в решительное наступление[455]. Десант понес большие потери. Никаких действий по эвакуации десайта командование флота и фронта не предпринимало. 27 января был оставлен Судак. Уцелеть и уйти к партизанам удалось только около 350 (по другим данным – не более 310)[456] человекам, в том числе раненому командиру группы десантников Н.Г. Селихову[457]. Согласно немецкому донесению, при ликвидации десанта по состоянию на 28 января собрано 770 трупов убитых красноармейцев, захвачено в плен 876 красноармейцев, значительная часть из них – раненые. Все они были расстреляны. Несколько последующих дней противником также захватывались или уничтожались разрозненные мелкие группы десантников[458].
Противник потерял в боях против Судакского десанта 874 человека немцев и румын убитыми. Известны потери румынской бригады – 260 убитых, 63 пропавших без вести, 571 раненый. Немецкие потери ранеными неизвестны. В боях против десанта, кроме немецких и румынских войск, принимали участие и созданные оккупантами крымско-татарские роты самообороны (до 1000 человек), потерявшие до 400 человек убитыми и ранеными. Впрочем, некоторые крымские татары с оружием в руках присоединились к десанту, а затем вывели его остатки к партизанам[459].
И тут возникает законный вопрос: «А где же советская авиация и какова ее роль?» Увы, все не так просто… Погодные условия и действительно отдаленность района боевых действий от основных аэродромов на Таманском полуострове и в Краснодарском крае вообще наложили свой отпечаток.
Но прежде всего видятся две другие причины: во-первых, в этот период идут интенсивные боевые действия в районе Феодосии и силы авиации скованы там, во-вторых, активное использование авиационных частей в период высадки в Феодосии и в районе Керчи могло резко уменьшить моторесурс самолетов, запасы топлива, боезапаса и МТО, а разнообразное снабжение в зимних условиях было затруднено. И все же авиация действовала – конечно, эпизодически и не всегда результативно; старались уничтожить части противника, выдвигавшиеся к плацдарму, и их тылы. Тем не менее авиационная поддержка десантным частям оказывалась (правда, более системно – уже после ожесточенных боев в окрестностях Феодосии и на Ак-Монайском перешейке с 15 по 20 января). Судите сами, выяснив только хронологические факты[460].
В ночь на 21 января 2 МБР-2 бомбардировали скопления неприятельских войск в Феодосии. 7 МБР-2 Геленджикской авиагруппы бомбили скопление до 80 немецких автомашин на северной окраине Капсихор и уничтожили 12 машин; эти же самолеты обстреляли группу до 200 всадников на юго-западной окраине селения Кутлак. 16 МБР-2 из-за облаков бомбили дороги Судак – Таракташ и Коктебель – Отузы. Здесь же было сброшено 111 тысяч листовок. Один МБР-2 при взлете врезался в берег и разбился; экипаж погиб.