Наряду с делопроизводственными материалами Красной армии и Военно-морского флота использовались оперативные и боевые документы вермахта. Как правило, это материалы, хранящиеся в Национальном управлении архивов и документации (National Archives and Records Administration (NARA). Это распоряжения, сводки и отчеты немецкого Верховного главнокомандования вооруженных сил и 11-й армии, воевавшей в Крыму, оперативные карты. Для уточнения военно-политической обстановки в оккупированном Крыму во время войны использовались и опубликованные документы оккупационной власти[74].
При изучении начального этапа взаимодействия авиации и партизан важное значение имеют документальные материалы, хранящиеся в фондах Государственного архива в Республике Крым (ГАРК). Это напрямую касается и изучения роли советской авиации в различных видах обеспечения крымских партизан, в ходе которого используются многочисленные фактические материалы, извлеченные из нескольких фондов указанного архива (они указаны в списке использованных источников и литературы).
В городском архиве города-героя Севастополя также хранятся дела, позволившие уточнить некоторые вопросы по организации обороны города и действиям авиации в интересах десанта на востоке полуострова, партизанского движения в Крыму.
Однако проведенная работа по выявлению документов по теме исследования показала, что в центральных украинских архивах (г. Киев) источники о действиях авиации в Керченско-Феодосийской морской десантной операции и после ее проведения (при действиях на феодосийском плацдарме), а также в интересах партизан в Крыму представлены фрагментарно; как правило, они являются материалами (отчетами, справками и т. и.), которые дублируют первичные документы, находящиеся на хранении в ЦАМО и ГАРК[75]. Вместе с тем удалось выявить весьма важные источники, например микрофильмы документов вермахта, хранившиеся в Национальном архиве США и переданные Центральному государственному архиву высших органов власти и управления Украины (ЦГАВО Украины)[76].
Таким образом, комплекс архивных документов и материалов, которые находятся на хранении в центральных и крымских архивах, зарубежных архивных учреждениях, опубликованы в русскоязычных сборниках документов, дает определенную картину по действиям советской авиации в Керченско-Феодосийской морской десантной операции и после ее проведения на феодосийском плацдарме, а также в интересах партизан в Крыму.
Статистические источники представляют собой отдельную группу, которая включает сведения о составе частей и соединений, участвовавших в операциях авиации, их численности, понесенных потерях. Часть этих материалов опубликована в виде специальных сборников или приложений к директивным документам[77], другие представлены в виде обобщающих статистических сборников о боевом и численном составе, потерях личного состава и техники[78]. Анализ этого вида источников позволил оценить размах и значимость действий советской авиации как в период проведения десантов на Черном море, так и в интересах партизан в первом периоде Великой Отечественной войны.
К указанным источникам можно отнести и литературу справочного технического характера, которая использовалась для уточнения необходимых тактико-технических данных относительно авиационной техники, ее эксплуатации и боевого применения[79].
Важным источником являются картографические материалы, в частности сведенные в атласы и несущие не только наглядную информацию, но и значительные статистические цифровые данные. При этом к ним в Морском атласе даны подробные описания событий, в том числе и десантов в Крым во время Великой Отечественной войны[80]. Использовались также топографические карты, сберегаемые в центральных военных архивах России и несущие фактическую информацию по положению в Крыму в конце 1941 – начале 1942 г.[81] Сказанное относится и к ежедневным оперативным картам германского Генерального штаба сухопутных войск, хранящихся в Национальном управлении архивов и документации и использованных в настоящем исследовании[82].
В работе активно использовались и другие картографические материалы[83] и статистические публикации по административно-территориальным преобразованиям, обусловленные массовым переименованием населенных пунктов Крыма после войны[84]. Кстати, необходимо отметить, что в подавляющем большинстве исследований топонимы и названия населенных пунктов в Крыму периода военного времени часто искажены; в данной монографии названия проверены по картографическим материалам исследуемого времени и указанной справочной литературе.
Нарративные (повествовательные) источники. К особым видам относятся источники личного происхождения. Значительная часть их представлена советскими военными мемуарами. Большинство подобных работ об операциях авиации в годы войны в советский период вышла из-под пера военачальников и партийных деятелей. Вместе с этим мемуарам как нарративному источнику надлежит отвести соответствующее место – с присущим им особенностям субъективизма и ангажированности, тем не менее они показывают накал борьбы и объясняют многие моменты, в том числе по применению и роли авиации. Керченско-Феодосийской десантной операции посвящено несколько разноплановых произведений мемуарной литературы, в том числе и ветеранов-авиаторов, которые из-за их большого количества также указаны в списке использованных источников и литературы[85]. Особая ценность мемуаров выдающихся военачальников не исключает и не умаляет значения воспоминаний многих других участников Керченско-Феодосийской десантной операции. Десанту посвящено много страниц в мемуарах участников операций, описываемых в контексте участия в боевых действиях отдельных лиц, частей, родов войск или в описании операций, которые непосредственно связаны с десантами в Крым в 1941 и 1942 гг. В данном исследовании автором использованы десятки источников такого плана, причем не только моряков или пехотинцев, авиаторов и тыловиков, но и журналистов. Известно, что среди профессиональных журналистов, которые были непосредственными свидетелями Керченско-Феодосийской десантной операции и оставили свои собственные наблюдения и оценки событий, был известный советский публицист К.М. Симонов. Проницательность и литературный талант позволили ему с особой выразительностью и достоверностью оперативно воспроизвести военные события и портреты их участников[86].
Некоторые мемуары, написанные участниками событий, по форме представляют больше военно-исторические очерки, в которых также отражены события Керченско-Феодосийской десантной операции[87]. В основе этих изданий – кроме личного присутствия автора в данном месте и данное время – широкое привлечение архивных материалов, что поднимает на более высокий уровень достоверность таких мемуаров. Однако есть мемуары, которые опираются только на личное восприятие описываемых событий, что тоже само по себе интересно[88].
О своем видении крымских событий конца 1941 – начала 1942 г. в соответствующих мемуарах донесли немецкие авторы, такие как Э. фон Манштейн[89], Г. Бидерман[90] (в немецкоязычном оригинале это не только воспоминания, но и сборник различных материалов и документов по военной истории 132-й пехотной дивизии в Крыму). Весьма важными с точки зрения понимания сути принимаемых решений германским командованием, в том числе и по событиям в Крыму, считаются дневниковые записи начальника Генштаба сухопутных войск Ф. Гальдера; существуют немецкоязычный и англоязычный источники и переводное издание[91]. Мемуаров румынских участников событий в Крыму 1941–1942 гг. пока не выявлено.
Отдельно стоит остановиться на мемуарах крымских партизан и авиаторов, раскрывающих отдельные моменты начального этапа взаимодействия авиации и партизанских формирований. Однако, при всем широком количественном и качественном спектре таких воспоминаний, в контексте исследуемой проблемы можно говорить только об ограниченном их числе. Дело в том, что в рассматриваемый период – с декабря 1941 по февраль 1942 г. – на востоке горнолесной части Крыма действовали два партизанских района – 1-й и 2-й, которые оперативно подчинялись Военному совету Кавказского, затем Крымского фронтов. В указанное время в других районах базирования партизан (т. е. в центральной и западной частях Крымских гор) взаимодействие еще не было налажено, первые одиночные попытки этого процесса относятся к середине марта и более усиливаются с середины апреля, когда авиация из Севастопольского оборонительного района проложила в леса Крымского заповедника «воздушный мост». Именно поэтому в мемуарах многих известных партизан (вышедших как в советский период, так и в постперестроечное время) – И.А. Козлова, Е.П. Степанова, П.Н. Макарова, С.И. Становского, И.З. Вергасова, М.А. Македонского, А.А. Сермуля из 3-го и 4-го партизанских районов, – таких сведений нет.
Вместе с тем крайне важными источниками информации, особенно в условиях подчас отсутствия полноценного делопроизводства в партизанских отрядах (исходя из условий), могут являться мемуары партизанских командиров из 1-го и 2-го районов. Прежде всего, это книга «Дневник партизана», увидевшая свет в Симферополе в 1963 г.