Ельцин почувствовал себя более свободно, казалось, что пришло, наконец, время оглянуться на страну и заняться ее устройством. Но здоровье стремительно покидало президента, чему немало способствовало его чрезмерное увлечение спиртными напитками и тонизирующими препаратами. Неуравновешенный характер, подогретый алкоголем, нередко превращал державного повелителя во всеобщее посмешище в заграничных поездках. В поездках же по России, где не нужно было в точности выполнять протокол встреч, врачи и ближайшее окружение тщательно скрывали недуги своего шефа.
«Парад суверенитетов» в последние годы существования СССР, одним из инициаторов которого был Борис Ельцин, привел к росту сепаратистских настроений внутри Российской Федерации. Наиболее крайние формы этот процесс приобрел в Чеченской Республике, фактически отделившейся от России. В конце ноября 1994 года Ельцин санкционировал введение войск Чечню для восстановления «конституционного порядка». Президент самопровозглашенной Чеченской республики генерал Джохар Дудаев призвал к оказанию сопротивления федеральным войскам, что привело к первой Чеченской войне в 1994–1996 годах. Впоследствии Ельцин называл Чеченскую войну одним из самых тяжелых решений в своей жизни. Неудачи армии, неспособность государства сформулировать свои цели в этой войне отрицательно сказались на рейтинге президента.
Все чаще Ельцин проводил время в Центральной клинической больнице с диагнозом — ишемическая болезнь сердца, то есть ухудшение кровоснабжения сердечной мышцы. Обострение этой болезни ведет к инфаркту миокарда.
Юрий Скуратов вспоминал о своей встрече с Ельциным в начале октября 1995 года: «Принимал меня Борис Николаевич в Кремле, в своем рабочем кабинете. Что меня поразило? С Ельциным мне доводилось встречаться раньше, и не только в Москве, а, в первую очередь, в Свердловске. Поэтому первое, что бросилось в глаза, — это был очень нездоровый человек. Лицо расплывшееся, неживое. Было такое впечатление, что он в большом количестве употребляет медицинские препараты. Еще мне показалось, что он активно использует грим».
К началу 1996 года Ельцин из-за неудач экономической реформы, войны в Чечне и болезненного состояния потерял былую популярность, его рейтинг упал до 3 %. Тем не менее, он решил баллотироваться на второй срок. Несмотря на недуги, он с отчаянной смелостью бросился в бой. Его предвыборные поездки были нередко удачны — он умел обещать многое с чистосердечным выражением лица, как умел и стращать апоплексическими картинами, которые ожидают страну, если не он окажется у руля власти. Кроме того, он нужен был людям, поделившим богатства России между собой, и они не жалели не только государственных, но даже собственных средств на его предвыборную гонку.
16 июня 1996 года прошел первый тур президентских выборов. Он не выявил победителя, разрыв между Ельциным и лидером КПРФ Г.А. Зюгановым оказался минимальным. Третьим по набранным голосам был А.И. Лебедь, который был назначен секретарем Совета Безопасности по договоренности, чтобы он призвал голосовавших за него избирателей, во втором туре отдать свои голоса за Ельцина.
А.И. Лебедь
Ельцина 26 июня 1996 года в Барвихе разбил очередной инфаркт. Сюда на дачу была доставлена необходимая медицинская аппаратура, и его принялись лечить на дому. Намеченные предвыборные поездки пришлось отменить. Пресс-секретарь Сергей Медведев заявил журналистам, что у шефа «сел голос в связи с многочисленными публичными выступлениями».
Спальня в Барвихе 2 июля 1996 года, где лежал больной Ельцин, была задекорирована под его кремлевский кабинет. Несмотря на строгие запреты врачей, Бориса Николаевича подняли с кровати, помыли и причесали. Полуживой президент, сидя в кресле, обратился к народу. Он произнес несколько фраз в объектив телекамеры, читая по телесуфлеру.
На следующий день состоялся второй тур президентских выборов. Ельцина кое-как одели, загримировали и потащили в соседний с дачей санаторий «Барвиха» — голосовать. Он сумел лично опустить бюллетень в урну, но на этом силы его иссякли, и отвечать на вопросы журналистов он не смог.
Во втором туре Ельцин набрал 53,82 % голосов пришедших на выборы, опередив Зюганова, который получил 40,31 %.
После выборов Ельцин надолго отошел от управления страной по состоянию здоровья, появившись на публике лишь на церемонии инаугурации 9 августа, которая прошла по сокращенной программе из-за его болезни. Страной фактически стала руководить младшая дочь Ельцина — Татьяна Дьяченко, и ее друзья — Березовский, Юмашев, Абрамович, Чубайс.
Газета «Московский комсомолец» 1 ноября 1996 года сообщала: «Татьяна Дьяченко исполняет сегодня роль хранителя двери больного президента. Именно через свою дочь президент получает большую часть информации о внешнем мире. Именно через Татьяну Борисовну к президенту РФ ныне поступает основная масса государственных документов. И именно эта женщина консультирует Бориса Ельцина по поводу всех ключевых назначений в российском государстве».
В Кардиологическом научном центре (Рублевское шоссе, 135) Ельцину 5 ноября 1996 года сделали операцию — аорто-коронарное шунтирование сердца.
Ельцину в ходе предвыборной борьбы пришлось расстаться с частью своего окружения, неугодного новым ближайшим соратникам. Был отлучен от президентского тела с мстительной злобой верный начальник президентской охраны Коржаков и все, кто был хоть как-то с ним связан.
Газета «Московский комсомолец» 6 марта 1997 года сообщала: «На прошлой неделе был уволен еще один сотрудник из ближайшего окружения президента Бориса Ельцина — его личный повар Дмитрий Самарин. Самарин готовил Борису Николаевичу еще со времен его работы в Политбюро ЦК КПСС. Он сопровождал главу государства во всех его поездках, где готовил ему любимые блюда из продуктов и воды, привозимых из Москвы. Причиной увольнения личного повара стало все то же имевшее печальные последствия застолье в Кремле, где будто бы отмечалась победа Александра Коржакова на выборах в депутаты Госдумы от Тульского избирательного округа… После вечеринки порядка десяти сотрудников СБП[8] были уволены президентом. Судя по всему, вина Самарина заключалась в том, что он резал салаты и бутерброды для закуски».
Из более заметных событий 1997 года можно выделить президентский указ о деноминации рубля, переговоры Ельцина в Москве с президентом Чеченской Республики А.А. Масхадовым, в ходе которых было подписано соглашение о мире и основных принципах взаимоотношений России и Чечни.
Второй срок президентства Ельцина отмечен сокращением непосредственного влияния президента на социально-экономическую жизнь страны, что было связано с частым ухудшением состояния его здоровья президента, а также поисками будущего преемника.
В этот последний период «правления» Ельцина страна пережила августовский экономический кризис 1998 года и дефолт (отказ государства платить по своим долговым обязательствам). Отдыхая на Валдае, Ельцин 14 августа 1998 года, за три дня до финансового кризиса, во всеуслышание заявил: «Твердо и четко заявляю: девальвации рубля в России не будет. Это просчитано, это моя работа и мой контроль».
После дефолта августа 1998 г.
Е.М. Примаков вспоминал: «К середине 1998 года стало ясно, что экономический курс “либералов” завел страну в тупик. Именно в таких условиях 17 августа был объявлен мораторий на выплаты держателям ГКО и облигаций федерального займа (ОФЗ). Этот шаг катастрофически усугубил многочисленные негативные процессы и явления в экономической, социальной и политической сферах России… Пожалуй, самым серьезным последствием решений 17 августа стал тотальный кризис доверия. Недоверием оказались поражены все звенья экономической системы: будь то отношения между поставщиками и потребителями, должниками и кредиторами, менеджерами и собственниками, населением и правоохранительными органами, между различными ветвями и “этажами” власти».
Конституционный суд 5 ноября 1998 года огласил решение, согласно которому Ельцин не мог выдвигать свою кандидатуру на третий президентский срок.
Радиостанция «Свобода» о состоянии здоровья Ельцина 23 января 1999 года сообщала: «Оживает ежемесячно на три дня». Он уже почти не вылезал из Центральной клинической больницы и санатория «Барвиха», перемежая их с отдыхом в сочинской резиденции «Бочаров ручей».
В 1999 году в Государственной Думе лишь около двух десятков голосов не хватило для того, чтобы начать процедуру отстранения президента от должности. Все больше людей начинали понимать, что эпоха Ельцина — один из самых нечистоплотных периодов российской истории, а сам Ельцин — мастер политической бутафории.
В августе 1999 году Борис Ельцин назначил исполняющим обязанности премьер-министра малоизвестного политика — руководителя ФСБ В.В. Путина. «Он нас не сдаст» — сказала Татьяна Дьяченко.
Ельцин, как и большинство других ответственных партийных работников, был добропорядочным семьянином. Жена, в отличие от супруги Горбачева, не лезла помогать ему в партийной, а потом в беспартийной государственной должности. Дочери, Елена и Татьяна, тоже поначалу придерживались линии матери. Когда Борис Николаевич был областным партийным лидером, он был полным хозяином и в семье. А.В. Коржаков писал: «Когда Ельцин приходил домой, дети и жена стояли навытяжку. К папочке кидались, раздевали его, переобували. Он только руки поднимал».
Ельцин в плену у дочерей
Но когда Ельцин стал руководить государством, и все его окружение стало усиленно набивать карманы деньгами, у детей Бориса Николаевича тоже появилось окружение, которое тоже желало стать богачами.
Муж старшей дочери Валерий Окулов, работавший штурманом в авиаотряде, вознесся до значимой и приносящей хороший доход должности генерального директора и члена совета директоров ОАО «Аэрофлот — российские международные авиалинии».
Младшая дочь Татьяна Дьяченко (она сохраняла фамилию второго мужа и после развода с ним) получила государственную должность при отце, и, пользуясь его постоянным болезненным состоянием, вошла во вкус власти, стала помыкать отцом в своих меркантильных интересах и в интересах близких знакомых, вроде Бориса Березовского, помогавших ей становиться миллионершей. Путин уже 3 января 2000 года освободил Татьяну Дьяченко от должности советника главы государства. Она потеряла политическое влияние.