А вот цари-мужчины не были замечены в любви к Боровицкому холму. Один только Александр I искренне обожал Кремль. Но ведь на то он и Освободитель Европы, победитель Наполеона. Видно, его энергетика, как и мощь его бабушки Екатерины Великой, была созвучна вековому Кремлю.
Пророчество отшельника БуколыУлица Боровицкая, Кремль
…и есть один из древнейших и достопамятнейших храмов Кремля, сохранивший свой первобытный вид почти всецело.
Была у московской энергетики и еще одна сторона. Мало того что эта сила требовала постоянных и больших дел, толкала живущих в Кремле на обустройство, расширение города. Энергия холма к тому же была кольцевой и предусматривала «собирание, а не разбрасывание камней», требовала все сложить в «един мешок», как мечтал «объединитель Московии» Иван Калита, а не растранжиривать насущное по другим местам. Не потому ли Кремль выгнал, исторг из Москвы реформатора Петра I? Старинная Москва, вбирающая, копящая, медленно, но верно переваривающая все на свой лад, не подходила для новых дел торопливого переустройства Петра, мечтающего о мгновенном результате.
Впрочем, и до него все властители желали бы переделать Москву на свой лад. Начали еще в XII веке с переделки старых языческих мест под христианские святыни. На самом деле и переделывать ничего не надо было – энергетика Москвы всегда была устремлена к божественному. Вот только люди видели эту божественность по-разному.
Известно, что еще в конце XII века (напомним, официальный год рождения Москвы – 1147-й) на месте давно уже не существующего Ведьминого капища поселился в скромнейшей хижине из прутьев христианский отшельник Букола (Букала). Откуда такое имя, точно неизвестно. Но есть версии. Может, он жил букой, то есть отшельничествовал, вдалеке от людей. А может, хижина его стояла на букале, то есть около мельницы, где был омут. Но возможно, он был грамотен и, как полагалось тогда грамотеям, знал греческий язык. Потому и назвал себя «буколом» – сельским жителем по-гречески.
Так или иначе, Букола стяжал себе славу праведного отшельника. К нему ходили люди за советом и помощью. А однажды отшельник предрек, что на месте его хижины будет возведен христианский храм – сначала деревянный, а потом, невиданное дело, из камня. И простоит каменное чудо шесть веков. А потом бесы поднимут голову и уничтожат храмину каменную.
Все сбылось по пророчеству отшельника. В 1272 году князь Даниил выстроил храм деревянный. Вдумайтесь: это было еще за пятьдесят четыре года до основания Успенского собора и за шестьдесят семь лет до обнесения Кремля, который тогда звали детинцем, стеной – еще не каменной, а только рубленой деревянной!
В 1330 году при Иване Калите деревянный храм был заменен на каменный, освящен 10 мая и получил название собора Спаса Преображения, что на Бору. Постепенно, как пишут историки, вокруг храма «образовался четвероугольник из княжеских палат», и сам он «оказался во дворе Большого императорского дворца». Саму церковь стали называть «Верховою или Спасскою на царском дворе». Башню же, на нее ориентированную, – Спасской. Вот откуда пошло название главной башни нашего Кремля.
Собор постоянно перестраивали, реставрировали, пристраивали приделы, но он, как скала, простоял предсказанные ему шесть веков. Стоял бы и дальше. Но в 1933 году его снесли! Все вышло по слову отшельника Буколы…
Не один храм Спаса Преображения был закрыт и разрушен в сердце Кремля. После Октябрьской революции из тридцати одного храма семнадцать были разрушены, тринадцать (включая Благовещенский и Архангельский соборы) закрыты. Главный собор России, Успенский, превратился в лубочную картинку для туристов. Последняя служба там прошла на Пасху в 1918 году. И для осознания необходимости великих служб в этом величайшем храме понадобился семьдесят один год. Только 13 октября 1989 года в Успенском соборе прошел первый молебен. Архангельский же собор открыли для богослужения только три года спустя – 28 мая 1991 года. А вот собор Спаса Преображения, давший имя Спасской башне, не откроется уже никогда.
Ниша в Кремлевской стенеКремль и Соборная площадь
Такая странная печать —
Как бы дарованная свыше —
Что кажется – в церковной нише
Тебе назначено стоять.
Как черный ангел на снегу…
Ну а что такое Кремль – откуда пошло название? Вначале он назывался просто детинцем, то есть той частью города, с которой все начинается. Впервые слово «кремль» появляется в летописи около 1317 года. И связано оно, как думают исследователи, опять же с Боровицким холмом. В «Толковом словаре» В. Даля прямо сказано: «Кремлевник – хвойный лес по моховому болоту». А кремнос – крутая гора над оврагом или берегом реки. Есть и другие версии происхождения названия. Кремник – значит крепость внутри города, то есть стоящая как кремень. Ну а кром – охраняемая внутренность. Сравните кром и храм – есть над чем задуматься.
Словом, получается, что хвойный непроходимый Бор защищает нечто внутри себя, построенное на крутом месте. Но с другой стороны, и сам Кремль стоит аки кремень, отражающий любую вражью атаку.
Как уверяют археологи, первое поселение на этом месте возникло еще во 2-м тысячелетии до нашей эры – аж в бронзовом веке. Но столь далеко нам углубляться ни к чему. Нашей отправной точкой станет 1339 год, когда при Иване Калите вокруг Кремля возвели деревянные рубленые стены и такие же башни. Но уже примерно через тридцать лет Москва оделась в более прочные – каменные наряды. В 1367 году Дмитрий Донской приказал обнести ее стенами и башнями из белого камня. Потому и стали называть Москву с тех пор Белокаменной.
К лету 1482 года великий князь московский Иван III решил защититься от будущих вражеских нашествий еще более мощными стенами. Для новой оборонительной постройки позвали из заграницы наилучших специалистов своего дела. Первую башню, которую выстроил итальянский архитектор и военный инженер Антонио Жилярди, назвали Тайницкой, и под ней прорыли тайный подземный ход, выходящий за пределы Кремля. Так – с тайн – и началась жизнь современного Кремля. И тайны эти были весьма не романтичными, а зловещими.
Говорят, для того, чтобы колокол стал защитником своей церкви, в кипящий металл для его отливки нужно бросить живого человека. А вот чтобы крепость стояла твердо, в ее стену надо заживо замуровать человека. Тогда он и станет вечным защитником живущих. Верил ли великий князь Иван III в такие суеверия, неизвестно. Зато известно иное – создатель величайшего храма Кремля, собора Успения Богородицы, знаменитый архитектор из итальянского города Болоньи Аристотель Фиораванти, после работы в Московском Кремле сгинул неизвестно куда.
Московский Кремль при Дмитрии Донском. Художник А.М. Васнецов
Вообще-то итальянцы считают, что наш Кремль строил не Фиораванти, а его учитель – сам великий Леонардо да Винчи, решивший не разглашать своего отъезда из Италии и скрывшийся под именем ученика. Действительно, в судьбе Леонардо есть несколько лет, рассказывая о которых искусствоведы не могут объяснить точно, где он находился в то время. Конечно, местонахождение гения в Москве – из разряда таинственных легенд, но некоторые фортификационные и военные открытия, отмеченные в дневниках Леонардо как его новейшие изобретения, действительно применены при постройке Московского Кремля.
Впрочем, отчего бы Аристотелю Фиораванти, жившему примерно в то же время, потомственному строителю, инженеру, механику, не сделать идентичные изобретения? Он был прекрасно образован, славился на родине как зодчий и фортификатор, однако приобрел в Италии и еще одну известность – в качестве… черного мага. Жизнь его вообще была бурной. Когда он родился в Болонье в 1416 году, отец-архитектор думал, что сын пойдет по его стопам. Ну а работа найдется – люди ведь всегда будут строить дома. Однако Аристотель не только освоил азы строительного дела, но и научился механике, инженерии, литью, чеканке. Его пытливый ум требовал новых и новых знаний. Тогда он изучил алхимию с магией и, говорят, превзошел учителей. Строить простые дома и роскошные дворцы ему стало неинтересно. Его привлекали сложные проекты. В 1452 году в Риме он выкопал и перевез на новое место огромные монолитные колонны, чудом сохранившиеся от античного храма Афины (Минервы). Через год в Болонье отлил невероятной величины колокол и сконструировал абсолютно революционную лебедку для поднятия тяжестей. В 1455 году он сумел передвинуть огромную болонскую колокольню со всеми колоколами. Немудрено, что люди шептались: Фиораванти помогает сам дьявол! Не потому ли, когда произошла трагедия и при перемещении башни в Венеции погибло несколько человек, никто не вступился за архитектора и ему пришлось тайно бежать из города.
Ну а потом выяснилось, что Фиораванти – масон и даже занимает в ложе высокую должность. Масонов римские власти воспринимали как пособников Сатаны. Ну а уж когда папа Сикст VI (тот самый, чье имя связано с заказом Рафаэля по росписи Сикстинской капеллы) узнал, что будучи на службе у венгерского короля Аристотель Фиораванти занимался магией и поисками эликсира жизни, архитектор быстро попал в списки инквизиции как неблагонадежный. В 1473 году Фиораванти арестовали в Риме, обвинив в чеканке фальшивых денег. Его не казнили только чудом, а впоследствии ему удалось бежать от преследования инквизиции ко двору герцога Миланского. Но долго скрываться там было невозможно, герцог не собирался ссориться с папой из-за какого-то камнетеса. И тут как чудесное спасение возникло приглашение приехать в Москву. И не на постройку опостылевших домов, а на возведение крупнейшего оборонительно-фортификационного сооружения мира – Московского Кремля. Это была та самая грандиозная работа, которую Фиораванти ждал всю жизнь. Не потому ли он отдал ей всю душу?