Председатель завкома радушно улыбнулся.
— Я думаю, вам понравится у нас, — начал он. — Наш завод имеет богатые трудовые традиции. В грозные годы войны…
— Извините, — сказал Петров, — но нам не заказали пропуска. Мы потеряли сорок минут рабочего времени, а учитывая, что нас двое, — час двадцать минут. В денежном исчислении заводу это обошлось в двадцать четыре рубля.
— Мы это учтем на будущее, — улыбнулся Басов. — Моя машина в вашем распоряжении. Устраивайтесь, знакомьтесь с городом. А завтра начнете.
— Мы, собственно, уже начали, — заметил Петров. — А для продолжения нам нужна следующая документация… — Петров раскрыл свой блокнот: — Первое…
Ольга и Петров работали в соседнем с парткомом кабинете. Ольга просматривала папки и делала подсчеты на малой ЭВМ типа «Дакоты». Петров выписывал данные на большой лист бумаги.
— Все сходится на подготовительном, — сказала Ольга.
В дверь постучали.
— Пожалуйста, — сказал Петров.
Вошел Константинов.
— Моя помощь в чем-нибудь еще не требуется? — спросил он.
— Спасибо, пока не требуется, — улыбнулась Ольга.
Константинов не удержался и тоже улыбнулся.
— Ну, тогда пока, — сказал он и вышел.
— Пока, — сказал Петров. — Кажется, он на тебя положил глаз, — заметил он.
— Неужели ты замечаешь, когда на меня обращают внимание? — спросила Ольга.
— Учти, — сказал Петров, — так и до аморалки недалеко. А он человек наверняка семейный и положительный. Да, кстати! Раз уж ты так быстро и напрямую установила контакт с парторганизацией, может, посмотришь протоколы партийных собраний подготовительного? Они обычно хоть и эмпирически, но нащупывают самые горячие точки.
— Предложение дельное, — согласилась Ольга. — Ты это и сделаешь. Сегодня же. А завтра начнем с подготовительного…
Медленно полз конвейер. Сборщицы брали с ленты небольшие щиты, вкручивали детали, не глядя сдвигали щиты на ленту, чтобы спять следующий. Работали быстро и четко. На сборке были одни женщины, в основном молодые. И тут Петров увидел Татьяну, которую он заметил еще утром на проходной.
Петров наблюдал за работой сборщиц, а сборщицы наблюдали за ним. И вдруг Петров отметил, что сборщицы почему-то оживились.
К сидящей за стеклянной перегородкой женщине — мастеру цеха — подошла средних лет сборщица, что-то сказала ей, кивнул в сторону Петрова, та засмеялась, тоже кивнула, соглашаясь. Сборщица подошла к Татьяне, села на ее место, а Татьяна встала и пошла по проходу.
Петров не мог еще раз не отметить се стройную фигуру, но сейчас она шла по-особенному, покачивая бедрами, как ходят женщины, уверенные, что на них обязательно обратят внимание. На Татьяне был очень короткий халат, такой короткий, что больше напоминал курточку, чем халат, отчего ее длинные ноги казались еще длиннее.
Татьяна остановилась невдалеке от Петрова, приняла позу, мечтательно глядя в окно.
Сборщицы на конвейере, не прерывая работы, поглядывали в их сторону.
Петров продолжал следить за работой конвейера, совершенно не обращая внимания на Татьяну. По всем законам он должен был бы подойти, но он не подходил. Татьяна скосила глаза в его сторону и увидела, что Петров, даже не взглянув на нее, прошел мимо и сел рядом с пожилой сборщицей.
— К ней все подходят? — спросил Петров у сборщицы.
— Все, — подтвердила сборщица. — Мужик, он нынче какой? Помани его, и за любой юбкой побежит.
— А потом вы над ним всем участком смеетесь, — сказал Петров.
— А что, надо и посмеяться иногда, — ответила сборщица. — А то совсем отупеешь па этой сборке. А как ты догадался? — искренне удивилась она.
— У меня такая профессия, — ответил Петров.
— А про меня можешь угадать? — заинтересовалась сборщица.
— Могу, — сказал Петров. — Вам сорок… — он прищурился, — пять лет. Начали вы трудиться сразу после войны, но потом был значительный перерыв, — пожалуй, больше двадцати лет. Пока правильно?
— Да, — ошарашенно ответила сборщица.
— Начальник цеха вами не очень доволен: вы не всегда выполняете норму. У вас собственный дом, большой огород, сад. До свидания. — И Петров пошел. Он оглянулся уже на выходе из цеха и увидел, как девушки бросились к ошеломленной сборщице, а та, всплескивая руками, что-то начала им рассказывать.
Ольга пристроилась около инструментальной. Когда подошел рабочий, она включила секундомер.
А в инструментальной металась молодая инструментальщица Вера Кутейщикова.
— Нет этой формы, — сказала она рабочему, так и не найдя требуемого.
— Как же нет? — возразил рабочий. — Вчера я сам у Олимпиады брал.
— Что вы мне все тычете Олимпиадой! Нет, я тебе говорю! Нет! — И у инструментальщицы навернулись слезы.
Рабочий отошел, и Ольга выключила секундомер.
Петров шел по коридору. Увидал табличку «Прием и увольнение» и открыл дверь. В кабинете женщина средних лет Людмила Ивановна просматривала трудовую книжку сидевшего напротив нее молодого мужчины.
— Подождите в коридоре, — сказала Людмила Ивановна Петрову.
— Я подожду здесь. — Петров сел у двери.
— А почему это вы должны ждать здесь?
— В коридоре нет стульев.
— Вы сюда пришли устраиваться на работу или сидеть на стуле? — ехидно поинтересовалась Людмила Ивановна.
— Я хотел бы совместить и то и другое.
— Ладно, — сказала Людмила Ивановна многозначительно. — Посидите, посидите, — и снова начала листать трудовую книжку. — А чего это вы, Прохоров, скачете с места на место? Пятое место, между прочим, меняете. У нас коллектив стабильный. Вчера мы двум товарищам значки ветеранов вручили. Двадцать лет в одном цехе проработали.
— Чего только не бывает! — Прохоров был олимпийски спокоен.
— Что значит — не бывает! Это должно быть нормой. Значит, вы хотите фрезеровщиком? А если наладчиком?
— Я по специальности хочу, — сказал Прохоров.
— Подумайте.
— Я уже подумал.
— Я же вам добра желаю.
— А мне не надо чужого добра. Оформляйте фрезеровщиком, — вдруг заявил со злостью Прохоров, — или давайте книжку обратно.
— Ладно, — сказала Людмила Ивановна. — Идите. Оформим… Ну, что же, молодой человек, — обратилась она к Петрову, — давайте документы, посмотрим на ваш жизненный путь…
Ольга подходила к станочникам и задавала вопросы.
— Скажите, у вас всегда такие очереди в инструменталке?
— А где это вы видели, чтобы нужную вещь — и без очереди? — засмеялся Байков.
— Сколько времени уходит на получение инструмента? — спрашивала Ольга у молодого станочника.
— Когда Олимпиада в смене — мало, — отвечал рабочий. — Минуты три. Очень хорошая работница.
Ольга подошла к пожилому станочнику.
— Сколько уходит времени на получение инструмента?
— Когда Олимпиада в смене — еще ничего, — ответил станочник. — Но когда Верка — не приведи господь. Очень стервозная баба, извините, женщина, — поправился он.
Ольга перешла к следующему рабочему. За ней из окошка инструментальной наблюдала Вера Кутейщикова.
Теперь Петров сидел за столом Людмилы Ивановны и просматривал бумаги.
— Людмила Ивановна, в чем вы видите свою главную задачу? — вдруг спросил Петров.
— Помочь человеку найти свое место в жизни, — ответила Людмила Ивановна.
— Нет, — сказал Петров, и Людмила Ивановна настороженно сощурилась. — Главная ваша задача — помочь заводу найти наладчиков, а пока завод в лице гражданина Прохорова лишился именно наладчика.
— Ну, не думаю, — протянула Людмила Ивановна снисходительно.
— А вы подумайте. — Петров взял документы Прохорова. — В свое время он окончил техническое училище. Радиомонтажник. А станки с программным управлением — та же электроника, с которой он знаком. За время переквалификации ему будут платить среднюю. Это ему выгодно. Надо было только ему все хорошо объяснить… И ещё. Его лучше направить не в пятый, а в подготовительный цех,
— Это почему же? — насторожилась Людмила Ивановна.
— Он не женат. А в подготовительном цехе больше половины женщин. Может, и найдет там свое счастье. Мужчина я его возрасте должен и хочет быть женатым.
— Я что, и о его женитьбе должна думать? — спросила Людмила Ивановна.
— Обязательно, — подтвердил Петров. — Что есть женщина? — И сам же ответил: — Женщина есть стабилизирующий фактор. А нам нужны стабильные работники. К тому же давно замечено: при приеме па работу особое внимание следует уделять женатым, а для тех, которые не женаты, надо создать благоприятные условия, чтобы они в юнце юнцов женились. Для завода это прямая выгода.
— Ну, не знаю, — обиделась Людмила Ивановна. — Наверное, я не гожусь для этой работы.
— Я так не думаю, — сказал Петров. — Во-первых, вы женщина неглупая.
Ну, спасибо, еще больше обиделась Людмила Ивановна.
— А чего вы обижаетесь? — удивился Петров. — Очень много есть глупых женщин. А во-вторых, вы человек неравнодушный, а это уже многое. Некоторое время мы с вами поработаем вместе и должны будем разрешить следующую задачу: судя по сводкам, из подготовительного слишком часто увольняются рабочие.
К сожалению, это так, подтвердила Людмила Ивановне,
— Так вот, нам и надо выяснить — почему?
Ольга была около инструментальной с секундомером. Но ситуация разительно изменилась. Если молодая инструментальщица искала подолгу, то ее сменщица Олимпиада находила любой инструмент мгновенно. Она не ходила, она буквально летала по инструментальной кладовой. Рабочие подходили, получали требуемое и отходили. Один из резцов Олимпиада нашла буквально в секунду и победно взглянула на Ольгу. Ольга выключила секундомер.
Петров шел через цех сборки. Его заметили. Мастер цеха подошла к Татьяне, что-то ей сказала, и Татьяна направилась к Петрову.
— Извините меня за гот розыгрыш, — сказала она.
Петров молчал,
— Извините, — снова начала она.
— А я тебя заметил еще у проходной, сказал Петров. — Ты шла с такой рыжей интересной женщиной.