Это уж точно не повод для гордости!
Глава 12. Мы – Motörhead
Как вы заметили, я не очень-то расстроился, потеряв контракт с Sony. Бывало и хуже. Такое меня вообще не беспокоит – надо просто продолжать работать, и все само собой устроится. Все всегда устраивается само собой. Нельзя метаться в панике и опускать руки; надо полагаться на свои убеждения; надо знать, что кто-то обязательно признает твою ценность и что ты не пропадешь. Если ты выглядишь проигравшим, кто выступит на твоей стороне?
Так что пока разворачивались последние события нашей бесславной истории с Sony, мы занимались тем же, чем всегда: играли концерты. Незадолго до расторжения контракта мы сыграли пять концертов с Оззи Осборном и Alice in Chains. Оззи был в одном из своих так называемых «прощальных» туров – как будто однажды он и в самом деле уйдет на покой! Да если он это сделает, у него крыша поедет! Оззи один из самых харизматичных певцов в мире; это дело его жизни. Отнимите у него это, и он бесповоротно спятит. Если бы он мог увидеть себя таким, каким его видят все остальные, он бы уже никогда не заикнулся об отставке. Наверное, однажды он будет вынужден уйти на покой, но это когда он уже и ходить не сможет. Вот, но мы сыграли только на нескольких его «прощальных» датах, а потом нас убрали, потому что в свободные дни мы играли совместные концерты с Guns N’ Roses и Metallica. Это было не очень-то по-рок-н-ролльному, на мой взгляд, но так как мы все равно стояли на афише третьими, после Alice in Chains, я особо не переживал.
Еще мы записывались. Несколько наших песен попали в фильм «Восставший из ада 3: ад на земле» Клайва Баркера[73] – Hellraiser (неудивительно) и Hell on Earth, которые были записаны на одной сессии. Кроме того мы записали песню Born to Raise Hell, где я пою вместе с Ice-T и Уитфилдом Крейном, вокалистом Ugly Kid Joe (приятный парень… то есть теперь он приятный парень! Привет, Уит!). Эту третью песню мы сделали в последнюю минуту – ее поставили на финальные титры, и она не вошла в альбом-саундтрек. Мы даже сняли клип на Hellraiser, но Sony его, конечно, не финансировали – кажется, деньги дала кинокомпания, сделавшая фильм. Так что, как видите, наша карьера не всецело зависела от капризов Sony (и слава Богу!).
Позже мы сыграли несколько концертов в Аргентине и Бразилии, а на разогреве у нас были Alice in Chains. В некоторых южноамериканских странах закон ни черта не значит, и там нужно не расслабляться и беречь свою задницу. Однажды в Бразилии нас пригласил к себе в гости сын президента, а по дороге к нему копы попытались засадить нас за решетку. Это для них хлебное занятие – арестовывать людей вроде нас и затем требовать огромный выкуп. Разумеется, ведь все рокеры ужасно богатые – ха-ха! В тот раз мы делили афишу с Iron Maiden и Skid Row, и после концерта мы пошли на парковку и вокруг автобуса, который должен был везти нас обратно в отель, увидели охранников, а один из них зашел внутрь и ковырялся в одном из пассажирских сидений. Когда он вышел из автобуса, его вид мне очень не понравился. «Вот же херня!» – подумал я, пошел к нашим и скомандовал:
– В автобус не залезать! – и потребовал, чтобы нам дали другой транспорт. Парень, который всем этим заведовал, пытался мне возражать:
– Больше автобусов нет.
Я говорю:
– Тогда мы заночуем здесь, делов-то. Я лично буду спать в гримерке. Окей?
Каким-то образом нам нашли другой автобус, мы завезли часть нашей команды в отель и отправились в дом президентского сына. Мы успели проехать метров десять, как вдруг откуда ни возьмись к нам привязался коп. Он заставил нас выйти из автобуса, а сам направился прямиком к тому сиденью. В сиденье, конечно, ничего не было, и он не знал, что делать! Он задал нам несколько беспомощных вопросов («сколько лет этим девушкам?» и тому подобное), но он и сам понимал, что его поимели. Потом он сказал, что наш автобус «переполнен» и нам придется подождать другой автобус, и я решил, что они хотят снова устроить подставу. Я пошел пешком обратно к отелю, за мной Тодд: совершенно незачем самому класть голову на плаху! Но вскоре нас догнал наш автобус, полицейские его уже не преследовали, и нам сказали: «Забирайтесь». Мы так и сделали и наконец прибыли в дом президентского сына. Это было вообще что-то! Подъезжаешь к воротам, и тут же из-за деревьев появляются солдаты со стволами на изготовку, спрашивают пароль и все такое. Мы приехали по приглашению, так что нас без лишней мороки проводили внутрь. Мы неплохо провели время, хотя, на мой взгляд, было маловато девушек. Фил Кэмпбелл нажрался и носился туда-сюда в компании с президентским сыном и его бугаями-охранниками, они были словно лучшие приятели – хотя, конечно, о дружбе на всю жизнь речь не шла.
Мы снова съездили в тур по Штатам, на этот раз с Black Sabbath. У них была забавная привычка: каждый день они устраивали обязательный перерыв на сон. Все дела прекращались, в гримерке гасили свет, и они все трое садились рядышком на диван и дремали, словно маленькие крольчата. Бобби Рондинелли на самом деле не хотел спать, но послушно дремал вместе с Гизером и Тони! В Милуоки нам пришлось поскучать, потому что там у нас с ними была общая гримерка – большая комната, разделенная пополам занавеской. В определенный момент весь свет выключили, и нам пришлось час сидеть в темноте. Это было вообще очень странно. Даже если Motörhead просуществуют до 2035 года, не думаю, что нам когда-нибудь понадобится тихий час. С другой стороны, необходимо отметить, что Black Sabbath каждый вечер выкладывались по полной. Они были неизменно хороши на протяжении всего тура.
Год закончился на довольно неприятной ноте. Мы собирались в тур по Англии, но, как я уже упоминал, тур отменили, потому что промоутеры не хотели гарантировать нам гонорар, а мы вовсе не собирались вкладывать собственные деньги – ну, вы знаете эту историю. Зато мы съездили по Европе и, как всегда, имели большой успех. Видите, во всей этой сложной схеме только на нас можно спокойно положиться: мы всегда приходим куда надо и играем, мы всегда приезжаем вовремя, и мы всегда (ну хорошо – как правило) ведем себя разумно. Если бы промоутеры делали свою работу хоть вполовину так же хорошо, как мы делаем свою, мы все были бы довольны.
В начале 93-го года мы провели неделю в Анахайме, где без особой помпы сыграли несколько концертов в заведении под названием California Dreams (с тех пор оно закрылось), а также думали, что нам дальше делать с лейблами. Конечно, нам нужен был контракт, и в конце концов мы подписались на немецкий лейбл ZYX, что обернулось катастрофой. Но они предложили нам больше денег, чем все остальные – сразу выдали на руки безумную сумму, – и мы приняли эти деньги. Мы тогда сидели без гроша, а если у тебя пусто в карманах, ты не отказываешься от денег. Должен признать, поначалу все выглядело многообещающе. Например, уже много лет Германия была нашим главным рынком сбыта, так что заключить контракт с немецким лейблом было совершенно логично. И они нам наобещали всякого и постоянно летали через океан, чтобы встречаться с нами. Так как ZYX в первую очередь занимались танцевальной музыкой (вот это должно было нас сразу насторожить), они предлагали нам самим заниматься дистрибуцией, открыть дочерний лейбл и так далее. Но в конце концов они настояли на том, что будут все делать сами, из чего получился натуральный кошмар. Они ничего не знали об американском рынке. К тому же мужик, возглавлявший лейбл, сам его основал в 1926, что ли, году[74]. Он был такой старый, что Ноев ковчег, вероятно, строили по его образу и подобию, и он единолично принимал все решения. Не помню уже, сколько раз Тодд летал через Атлантику на встречи с ними, но он точно ездил к ним еще чаще, чем они ездили к нам! Когда велись все эти переговоры, Тодд был нашим менеджером всего год с небольшим, и эти месяцы стали для него настоящим боевым крещением. Впрочем, он оказался на высоте.
Как бы то ни было, мы понятия не имели, во что ввязались, и просто принялись работать над новым альбомом, что мы всегда и делаем. Микки впервые работал над альбомом Motörhead с самого начала и проявил себя еще лучше, чем мы ожидали. Он принимал деятельнейшее участие в подготовке материала для этой пластинки (она в результате получила название Bastards) – не то что Фил Тейлор, который уже задолго до своего увольнения перестал интересоваться сочинением песен. И с самой записью Микки тоже прекрасно справился. Он настучал свои партии в рекордно короткий срок. Удивительный чувак, что тогда, что сейчас… и уморительный тоже!
Мы нашли нового продюсера. До сих пор мы меняли продюсеров через альбом: Джимми Миллер, Вик Мейл, Питер Солли – каждый из них сделал с нами по две пластинки. Больше чем на два альбома их не хватает. Видимо, мы выжимаем из них все соки! На этот раз мы выбирали между двумя чуваками – не помню, как звали первого, а вторым был Говард Бенсон, и мы выбрали Говарда. Говард заслужил эту работу: у него был живой интерес к проекту, и он ходил на все репетиции (хотя, должен сказать, этот подвиг он уж больше не повторял!). Говард все время был рядом с нами, Говард был полон решимости во что бы то ни стало работать над нашим альбомом. Он просто мозолил нам глаза, пока мы не дали свое согласие. Именно так все и было, однажды мы просто решили: хер с ним, пусть продюсирует! Он очень хотел делать этот альбом, и мы дали ему эту возможность, и, что совершенно поразительно, он в результате сделал с нами целых четыре пластинки. Не знаю, как ему удалось преодолеть правило двух альбомов, но он это сделал, и мы были в общем и целом вполне им довольны, несмотря на некоторые его странности (я скоро расскажу о них, но ничего особенно шокирующего не ждите). Он замечательно выполнил свою работу на Bastards – думаю, это один из лучших альбомов Motörhead на сегодняшний день. Там все песни сильные. Мои любимые, наверное, Death or Glory и I Am the Sword, а еще Lost in the Ozone. К тому же там есть Don’t Let Daddy Kiss Me, песня о сексуальном насилии над ребенком. Я написал ее сам, и она ждала своего часа три года. Я предлагал ее разным певицам – Лите Форд, Джоан Джетт: я считал, что эту песню должна петь девушка, – но ее так никто и не взял. Я показывал им песню, они говорили: «Мне очень нравится! Я должна ее спеть, ты должен дать мне спеть эту песню!», но всякий раз недели через три мне звонили их менеджеры и говорили «нет». Так что я спел ее сам.