«Уважаемая редакция! Спасибо вам за совет. Мы сделали все так, как вы посоветовали. Я легла на спину, а мой муж, Анатолий, сел верхом. Но у нас так почему-то ничего не получалось. То ли мой радикулит мешал, то ли мы уже привыкли за тридцать лет. Ведь мы до этого знали всего две позы: стоя, когда стояли в очереди за квартирой, и лежа, когда эту квартиру получили. Где-то через полчаса у мужа уже и по-старому тоже перестало получаться. Тогда мы на другой день попробовали, как вы советовали. Муж, Анатолий, опустил одну ногу на пол, чтобы разгрузить мой радикулит. И что-то даже начало получаться. Поскольку на тот момент у мужа со здоровьем было лучше, чем у меня, то все толчки и фрикции, как вы советовали, совершал именно он, до тех пор, пока не поскользнулся. А поскользнулся он потому, что кошка наша, Муська, стала тереться о его ногу, и он, не прекращая толчков и фрикций, попытался ее той же ногой отогнать. Но сделал это так неудачно, что полетел с кровати, потянув за собой меня с моим радикулитом. Мы оба грохнулись на пол и долго не могли разнять объятий, хотя было уже не до толчков и фрикций. Сейчас муж, Анатолий, уже выздоравливает. При падении его от напряжения так скрючило, что теперь у него радикулит сильнее, чем у меня, и на ногу наложили гипс. Но, несмотря на то что он теперь ходит с костылем, мы от секса отказываться не собираемся и просим вас все же подсказать нам, какая еще поза теперь, учитывая костыль, могла бы нам подойти. Ведь мы еще не старые и хотим полноценно участвовать в общественно-сексуальной жизни страны.
А. и В. Хохловы. Москва».
«Дорогие А. и В. Хохловы! Приятно узнать, что жизненные невзгоды не отбили у вас тяги к сексуальным композициям. Что касается позы, то при ослабленном здоровье самое простое, что можно вам порекомендовать, это чтобы мужчина сидел на стуле, а партнерша была сверху, стимулируя друг друга по мере возможности. Желаем успеха.
Редакция».
«Дорогая редакция! Спасибо вам за вашу заботу. Мы все сделали так, как вы написали. Муж мой, Анатолий, сел на стул, а я попыталась сесть сверху, для чего придвинула к стулу стол и уже с него стала спускаться, скользя по телу мужа. Он в это время пытался стимулировать, готовясь проводить толчки и фрикции. Но именно в это время наша кошка Муська, видно, испугавшись нашей композиции, кинулась нас разнимать и при этом вцепилась когтями в живот мужа. Муж рванулся, и мы оба грохнулись на пол. Сейчас, когда я пишу вам это письмо, мы оба находимся в гипсе. Однако мы еще не старые, но отказываться от секса не собираемся и просим вас: подскажите нам позу, при которой и мы могли бы получать наслаждение, а кошка наша, Муська, не очень пугалась.
А. и В. Хохловы. Москва».
«Уважаемые А. и В. Хохловы! Приятно, что вы снова нам написали. Значит, жизненные невзгоды не смогли сломить вашего духа и тяги к сексу. Что касается позы, то, поскольку вы уже имеете немалый опыт, можем порекомендовать вам позу “водопад”, которая, мы уверены, доставит вам массу удовольствия. Это наиболее экзотический и легкий вариант позы 69. (Схема прилагается.) А что касается вашей кошки Муськи, налейте ей в блюдце молока, чтобы она вам больше не мешала.
С приветом, редакция».
«Уважаемая редакция! Проклинаем тот день, когда подписались на ваш журнал. Лучше бы мы вас не знали, ни вас, ни ваших сексуальных поз. Мы сделали все, как вы посоветовали. Муж стал надо мной, я обняла его ногами за шею. Он отбросил костыль и поднял меня. Я, естественно, дернулась, а он от тяжести моего веса попятился вместе со мной задом, а тут – блюдце с молоком, которое мы, по вашему совету, налили кошке Муське. Муж, Анатолий, наступил ногой в блюдце и стал заваливаться. Я стала хвататься рукой за первое, что мне попалось под руку. Но удержаться за это первое и последнее попавшееся не смогла и штопором врезалась головой в пол, а Анатолий, падая назад, треснулся головой об стол и вырубился. В результате мы сейчас оба лежим в клинике. Но, как только выздоровеем, приедем к вам в редакцию и устроим вам такие толчки и фрикции, что вы навсегда забудете все свои позы и композиции, потому что мы хоть и слабые здоровьем, но от секса отказываться не собираемся!»
Приметы
Не знаю, как вы, а я в приметы больше не верю, а то больно накладно.
А раньше – как дурак. Помню, поженились мы с моей Настенкой. Из ЗАГСа домой приехали, хотели в квартиру зайти, как теща говорит, что примета такая есть, кто первым в квартиру войдет, тот и будет в семейной жизни главным. Жена как услышала про это, как рванет вперед, а я ее как схвачу за платье, да как назад дерну. Она мне как раз локтем в физиономию и заехала, то есть первый раунд у нас закончился вничью. Она с платьем разорванным, я с носом разбитым.
Теща говорит: «Вы так до семейной жизни не доживете. Ты, – говорит, – лучше возьми ее на руки, вместе и войдете».
Взял я Настюшку на руки, но она вверху не проходила, я ее поперек положил, только вперед пошел, как о платье ее длинное споткнулся и хрясь ее башкой об косяк.
И целую неделю я главным был в доме, пока она в себя не пришла.
Потом, конечно, помирились, забыли все это. Причем она быстрее забыла, у нее после удара об косяк вообще память на три месяца отшибло.
И вот живем мы семейной жизнью, хорошо живем, но чего-то не хватает.
И вот как-то я с утра по шел на работу и вдруг вспоминаю, что мобильник дома забыл, а она еще дверь за мной не успела закрыть, а примета есть, что возвращаться нельзя, а то дороги не будет.
Я говорю жене: «Принеси мобилу».
Она приносит и дает мне через порог, а есть примета – нельзя через порог ничего брать, это к ругани.
Я ее, чтобы в коридор вытащить, за руку как дерну, она как об косяк врежется башкой, и опять с катушек. Ну дался ей этот косяк.
В больнице потом, конечно, отлежала, но зато же не поругались.
А если бы вернулся, верняк дороги бы не было. А так на «скорой» домчались, всюду зеленый свет.
Но ничего, живем потихоньку, в театр где-то на третий год пошли. Идем, опаздываем уже, и на тебе, кошка черная дорогу перебежала. Я жену за руку, разворачиваюсь, и в обход, к другому метро, километра два лишних протопали, но зато никаких неприятностей. Только с контролером в театре подрались. Он после третьего звонка не пускал в зал. Так что жена одна балет досматривала, а я в отделении милиции в «обезьяннике» танцевал.
А если бы пошли на черную кошку, вообще неизвестно чем кончилось. А так десять суток отсидел и на свободу с чистой совестью.
А тут на работу опаздываю, а дорогу тетка переходит с пустыми ведрами. Где она их взяла-то в городе? Может, купила, домой несла, но не донесла. Я как дуну ей наперерез. Она, видно, подумала, что я ее грабить собираюсь, и еще быстрее вперед кинулась. А мне ведь ее обогнать да оббежать надо. Она до подъезда добежала, дверь открыла, но я успел ногой по двери врезать. Дверь ей по башке, она с ведрами загремела, я ее так аккуратненько обошел, а тут как раз из двери два амбала на шум выскочили. Один ее муж, другой – сын, и так меня отметелили, но не насмерть. А если бы она успела мне дорогу с ведрами перейти – все, конец, вообще бы убили.
Оклемался я, из больницы вышел, прихожу, а жена вещи собирает.
– Ухожу, – говорит, – от тебя. Плохая примета – с дураком жить.
– Иди, – говорю, – я же у тебя первый муж, а это верная примета, первый блин комом.
В общем, я у нее первый, а она у меня, даст Бог, не последняя.
Но уже без примет.
Какая женщина!
Она была в Москве проездом. А познакомились мы с ней в метро. Погуляли по Тверской, потом пошли в кафе «Пушкин». Там в этот вечер было полно знаменитостей. Она с любопытством расспрашивала: «Кто это? С кем, когда, от кого».
Мы вышли на улицу, и я пригласил ее к себе на чашку кофе.
– Нет, – сказала она, – я кофе на ночь не пью, потом не засну.
Я сказал:
– Можно выпить кофе утром.
– Это что же, утром надо к вам приезжать?
– Ну почему утром? – возразил я. – Можно остаться с вечера и утром выпить со мной кофе.
– Ну да, как же! Вы что?! Выходит, мне придется ночевать с вами в одной квартире?
– Выходит, так.
– Да вы что? Вы же меня после этого уважать перестанете!
– С чего это я вас перестану уважать?
– Ну как же, в первый же раз осталась у вас ночевать.
– Хорошо, – согласился я. – Давайте приедем ко мне, попьем кофе, потом выйдем на улицу, вернемся домой, и вы останетесь, можно сказать, во второй раз.
– Это другое дело, – сказала она.
Мы поехали ко мне. По дороге она спросила:
– Надеюсь, у вас дома есть вторая кровать?
– А как же! – поспешил ответить я.
– Обещайте, что будете себя вести прилично.
– Обещаю.
– И не будете приставать ко мне.
– Не буду.
Мы приехали ко мне. Вошли в квартиру. Она увидела, что в моей однокомнатной квартире всего один двуспальный диван.
– А где же вторая кровать?
– Так вот же она, – показал я на диван, – это и есть моя вторая кровать. У меня первой нет, а вторая – пожалуйста.
Она засмеялась и пошла в ванную.
Когда мы укладывались спать, она напомнила мне:
– Вы обещали вести себя прилично и не приставать.
Я не приставал к ней целый час. Она жутко обиделась и сказала:
– Вы не даете мне спать.
– Но я обещал вести себя прилично.
– А ведете себя неприлично, – сказала она и засмеялась.
Смех у нее был как колокольчик. Этот колокольчик я потом слышал целых три года, каждый вечер, когда мы укладывались на нашу вторую кровать. А первой у нас как не было, так и нет.
Мужчины и женщины
Я в санатории отдыхал – «Марьино». И однажды объявили, что в 15 часов состоится лекция о простатите. На лекцию пришли всего два человека – обе женщины.
О чем это говорит? О том, что женщины любознательнее, чем мужчины. У них есть это здоровое любопытство к мужским болезням.