— Внимание, курсанты! Оставалось шесть отжиманий, но благодаря вашему товарищу Хонде вы станете сильнее, чем предполагалось! Теперь отжиманий стало шестнадцать! Поехали! Раз!
Все согнули руки в локтях и зависли в одном положении, явно ненавидя толстяка.
— Будете стоять в позиции неопределённости, именуемой «полтора», пока ваш товарищ Хонда не начнёт счёт! — ухмыльнулась блондинка.
— Грёбанная садистка… — тихо выдавил монах.
Беата неподалёку выглядела ещё довольно бодро. Марианна хватала воздух, каштановые волосы растрепались и намокли от пота. Даже жалко её стало. У Йонаса, кажись из-за давления, капнула из носа кровь, да и, вообще, он был похож на замученную мумию. Сам же я едва держался, чтобы не разлечься на полу. Тяжко. Рядом кто-то рухнул на живот, но пинок от инструктора живо поднял того в стойку.
— Жирдяй… — прохрипел негритос, бросив взгляд на корейца.
Его возмущение подхватил другой:
— Начинай счёт, падла! — прохрипел тот от перенапряжения.
— Считай уже, толстяк!
— Ну, же!
И Хонда, сглотнув, больше не выдержал всеобщего возмущения.
— Д-два…
Послышались выдохи. Курсанты отжались от пола. Находиться на выгнутых руках было куда приятней.
— Продолжай, — хмыкнула Франческа, добившись своего.
— Р-раз…
— Два…
— Раз…
— Два…
Чувствую по тихим переговорам, ночь у Хонды выйдет тяжёлой…
После мотивационной программы по поиску кубка Альбатроса, а также физического укрепления нашего подразделения, наступил перекур. Сходить в туалет, почистить зубы, ноги помыть, подмышки. И никакого душа.
Потных и загрёбанных нас снова выстроили перед отбоем, но уже в коридоре второго этажа. Две шеренги растянулись от мужского жилого блока до женского. Человек четыреста, не меньше. Такой вот большой курс.
— Потеря кубка, — усталым голосом сказал Саттана, объявившийся недавно. — Не повод не дежурить у стеллажа! — он был в курсе, что поиски кубков не увенчались успехом.
— Но ведь… все стеллажи пустые, — произнёс один умник из бригады по ремонту забора, худющий парень в очках. — В чём смысл их охраны?
Выглядит умным, но какой же он тупой! Нет бы молчать.
— И у нас доброволец! — Саттана показал на него. — Поздравляю с первой сменой, курсант! Это очень ответственное задание. Самое главное: не покидай пост, понял? В общем, сержант Дробилов проинструктирует.
— Даже в туалет?
— Особенно в туалет! — взревел Сержант, но вдруг улыбнулся чему-то. — Хотя. До отбоя полчаса, так что можешь туда сходить.
— Правда? — обрадовался глупенький пацан, не понимая, в какую ловушку угодил.
— Да, — почти отечески произнёс Сержант. — У тебя полчаса до дежурства, так что успеешь отодрать толчки так, чтобы блестели! БЕГОМ! — взревел он и повернулся уже к нам: — У кого-то есть ещё вопросы?!
Остальные умные — вопросов никто не задавал. Сержант это отметил:
— Да вы прям растёте над собой! Ну, ничего-ничего, у нас с вами впереди целый год. Ещё повеселимся. Разойтись, — махнул он рукой.
И мы разошлись по комнатам.
Спать я не стал. Когда объявили отбой, просто валялся на кровати и читал записную книжку Брюса.
Всякая ерунда. Я пролистывал страницы, тайком светя на них маленьким фонариком, который одолжил у невнимательного сержанта на входе. Не, я не воровал. Просто взял, утром верну, если не забуду.
Вот жалоба на преподавателя, который не допускал Брюса к экзамену за пропуски и грозился пожаловаться старику Арчибальду. Тут жалоба на сестру Лину, которую этот мелкий придурок почему-то недолюбливал. Идиот он, что сказать, сестра у Брюса крутая. И присматривала за ним, чтобы кретин не залез в очередную жопу, только не особо это помогало.
А потом он начал писать о каком-то деле с Толстым Джо, но без деталей. И кто этот толстый Джо? Никаких пометок не было. Потом Брюс опять жаловался на какую-то тёлку, которая ему не дала, хотя обещала. Потом на другую. Эх, пацан, жалуешься, как старый пердун, на всё и всех.
Дальше опять о Толстом Джо и каком-то друге, но глаза устали разбираться в корявом почерке, и я закрыл книжку, после чего на мгновение замер.
Время! Два часа ночи ровно!
Я, как ходячий будильник, мне не нужны часы. Не, иногда, конечно, нужны, чтобы синхронизироваться с другими членами группы посекундно. Но время я угадывал точно, всегда. Будто срабатывала интуиция. Ещё перед отбоем решил, что идти нужно в два часа ночи. Пока подкрадусь в зал, будет уже половина третьего, и дежурный курсант начнёт дремать. К тому же, он тот ещё простак. Обвести такого вокруг пальца не составит труда.
Я поднялся так тихо, чтобы не скрипнули пружины матраса. Мой сосед-маньяк уже спал… нет, он пялился на меня! Лежал на боку, положив ладонь под голову, и смотрел прямо на мою тушку!
А если у него сейчас в голове роятся мысли, типа: «убить, убить, убить» или ещё чего-нибудь подобного?
Я пригляделся. Он похрапывал. Эй, он спит с открытыми глазами! Слишком жуткий.
Ладно, пусть дрыхнет, я его предупреждал, что хочу отнести кубок на место. Так что если проснётся, то додумается, что я пропал из комнаты не просто так. Поднявшись с кровати, увидел, как по пыльному грязному полу гордо шествовал длинный чёрный таракан. Насекомое сначала повернулось ко мне, потом раскрыло крылья и улетело под шкаф. Меня это уже не удивило.
Но да, в комнате грязно. А кто здесь, в академии, убирается? Подозреваю, что сами курсанты. Но ни тряпок, ни чистящих средств нам не выдавали. В общем, надо что-то с этим придумать. И желательно так, чтобы не заниматься такой работой самому. Не люблю что-то отмывать. Только если наличку, хе-хе.
Я потянулся за одеждой. Сходить и надеть офицерскую форму? Или обычную? Одинокий офицер может напугать того курсантика на дежурстве в актовом зале, но вызовет много подозрений, если будет разгуливать ночью по казармам. В отличие от курсанта, который заблудился, пока искал сортир.
Решено, иду так. Надел новенькие кроссовки, которые, действительно, оказались удобными, и чёрную форму для спортивных занятий. После убедился, что маньяк дрыхнет и не ударит меня топором по затылку, а затем осторожно вышел.
В коридоре пусто и тихо. Одна лампочка потрескивала. В соседней комнате кто-то храпел. Помню, что за углом стоял стол со светильником, где ночью находился дежурный. Тихо пробрался по деревянному полу, покрытому облупившейся жёлтой краской. Ничего не скрипнуло. Я уже привык к новому телу и не был таким неуклюжим.
Выглянул за угол. Дежурный сержант дремал, положив голову на руки. Фуражка лежала на столе, наверное, свалилась. Это не Саттана. Саттана, наверняка, наорался, наелся и теперь спит у себя в кроватке.
Спящий даже не поднял голову, когда я подошёл ближе и осторожно снял с его шеи вязочку с ключом. Пришлось развязывать узел, но тут новые пальцы справились на отлично.
Одно дело сделано.
Пока спускался по лестнице, намазал ключ капелькой масла, позаимствованной ещё днём. Так, вот и дверь в актовый зал. Теперь осторожно снять печать, которую прикрепили к двери, и бесшумно открыть замок.
Печать пластилиновая, с оттиском, тут просто. Я срезал верхний слой тонким острым лезвием складного ножика, убрал нити, а потом прилепил назад. Не заметят, если не будут всматриваться, да и на обратном пути всё сделаю, как надо. Теперь путь к залу открыт. Повезло, что пока никто не встретился.
Часовой в зале спал. Причём стоя. Глаза закрыты, на них надвинута курсантская фуражка. Он громко сопел носом, оперевшись на стеллаж, и иногда вздыхал.
Я тихо прошёл мимо, обошёл недавно выкрашенный участок на полу, и добрался до искомой двери. Отвёртка при себе. Ею снова вдавил отломанный ключ кладовой внутрь. Лёгкий щелчок, почти не слышно. И приоткрыл дверь.
Вошёл внутрь и прикрыл обратно, чтобы меня никто не увидел. Паука не было, так что я без особых опасений подобрался к шкафу. Верну кубок, потом отправлюсь дрыхнуть. И буду героем, которого они не заслуживали.
Внезапно дверной замок провернулся. За мной следили?! Нет. Я действовал чисто. Это вор! Пришёл забрать украденное!
Я вырубил фонарик и прижался к шершавой холодной стене кладовой. Ну что же. Засаду я делать не собирался, но она всё равно удалась. Сейчас узнаем, кто своровал кубок…
Глава 11
Вор пробрался в кладовую, прикрыл дверь и тихим шагом направился к шкафу. Походка лёгкая. Через решётчатое окошко проникал лунный свет, благодаря чему я увидел очертания тела. Это не вор, а воровка. Она прошла совсем рядом со мной. Ясно. Девчонка из моей группы. Та самая рыжеволосая милашка, что всё время жаловалась о том, что мы никогда не найдём вора. Кажется, её имя Сара. На ней тоже чёрная спортивная форма, которая сильно обтягивала зад. Сама худая, но жопастенькая.
Она прошла мимо моей тушки. Не заподозрив слежки, открыла дверь шкафа, вынула кубок Альбатроса и начала быстро счищать с него паутину.
— Вот же ты гадина, павук, — прозвучал её недовольный шёпот. — Это не твоя добыча, а моя. Зачем тебе, вообще, этот кубок?
«Павук» не отозвался. Но пришло моё время выйти из тени.
— И что это мы тут делаем? — спросил я громко у неё за спиной. — Пришла за украденным?
Девушка замерла.
Я же ухмыльнулся. Впервые встретил свою коллегу женского пола. Украла дорогущий кубок и спрятала так, что найти его смог только другой вор. Умудрилась прокрасться через валькирий на входе в женскую общагу. Да у неё талант. Что можно сказать в таком случае, кроме «несите кольцо»? Если бы не разбойное нападение на копа-охранника, она бы сработала неплохо. Дать ей пару уроков? Посмотрим.
Преградил ей выход и нацепил на лицо одну из своих фирменных улыбочек в стиле «детектив раскрыл преступление». Надеюсь, на новой роже они выглядят так же эффектно, как на старой.
— Да тут у нас как-никак кто-то попался на горячем? — продолжил издеваться я. — Здесь преступница.