— Если это мой естественный вид, то почему я не помню как был им?
— Кто знает, — пожал он плечами. — Твое прошлое, оно только твое. Кстати о прошлом. Пока я был за Вратами Ночи, залетали тут ко мне два чуда. Маленькие, крылатые, на людей похожи. Одна беленькая такая, другая темненькая. Меня ни во что не ставили, только спросили, не видел ли я там Темного эльфа. И дали описание. Не твои ли часом?
— Мои, — усмехаюсь. — И что ты сказал?
— Сказал, что не видел. Что еще мог сказать? Ну эта парочка и стала ломиться сначала через Иллумбару, потом во Врата Ночи. Я за этим делом смотрел, не вмешивался… собственно я вообще не понимал что происходит, кто это такие и откуда пришли. А еще мне было интересно посмотреть, когда они сдадутся.
— А они не сдавались.
— Вот именно. Они раз попробовали, другой, затем разгон взяли. Потом какой-то артефакт к Вратам Ночи приделали и подорвали. Такого, признаюсь, я еще не видел, грохнуло так, что мне показалось Врата Ночи во внутрь вылетят. Но нет, те устояли, а эти озадачились. Потом ко мне подлетели посоветоваться. Умные малые. Но упертые, не понимают, что такое не сломать.
— Н-да, ты моих мелких то куда услал?
— Никуда я их не усылал, сами улетели. И могу заподозрить, улетели в тот мир, откуда прилетел ты.
— И что они там забыли?
— Вероятно собираются повторить твой подвиг. Взять разбег чтобы пробить барьер.
— Писец…
— А кто это были?
— Мои дочери.
— Дочери? — воскликнула Майрона, а Мелькор вопросительно выгнул бровь.
— Дочери-дочери. Искусственно вывел и воспитал. Мои маленькие копии.
— Если они — твои копии, то ты точно никогда человеком не был!
— В смысле?!
— Потому что пытаясь пробить Иллумбару, они чуть меня не убили! И сами не убились. И их это ничуть не смутило.
— Они могут.
— Зато мы теперь знаем, что на весь мир громыхнуло, — усмехнулась Майрона.
— Ладно, оставим их в покое. Мелькор, ты сможешь аккуратно сломать кольцо, чтобы разъединить нас с Майроной?
— Смогу. Но мне потребуется тело. У меня проблемы с тонкими манипуляции энергии для которых я использовал смертную оболочку.
— Сделаем, — киваю.
— А ты можешь?
— Это он вернул мне тело, — добавила Майрона.
— А ты не можешь?
— Пока, у меня лучше всего вышли драконы, — задумчиво протянул Мелькор.
— А на втором месте орки?
— Ну почему? Нет. Так-то, я сделал много существ: Варги, Пауки, Летучие мыши, Лингвилоки, Червооборотни, Волколаков…
— А кто такие Лингвилоки?
— Морские Змеи, они же Морские Драконы. Хотя «драконами», их называть не совсем правильно.
— Я смотрю, с флотом ты не заморачивался.
— А почему нет? Тем более что содержание очень дешево обходится, сами себя кормят.
— А кого-то менее опасного ты не делал?
— Ммм… вепри? Не надо на меня так смотреть, может с животными у меня дела не очень, зато ландшафт меняю на загляденье! Вон, видишь Мглистые Горы? От начала и до конца их я возвел. А то развелось охотников, хоть сам охоту на них открывай.
Так, с небольшими шутками мы и шли, даже не пытаясь куда-то спешить. После заточения, Мелькор наслаждался каждым мгновением, каждым дуновением ветра, каждым звуком, потому наш поход больше походил на прогулку трех друзей. Ага, «друзей». Темный бог, его невеста, и я с краю, такой же темный. Причем все три в облике духов. Стоит ли говорить, что все виденные нами разумные на пути, либо драпали, либо падали в обморок?
Интересно, что Мелькора в общем-то не интересовало то, что он пропустил. Самое важное, он узнал сразу, а дальше его заботило будущее. Я подкинул богу идейку о том, как стабилизировать луну и солнце сделав те независимыми от Майар что носят светильники. Подсказал, как можно быстро и качественно восстанавливать вещи и даже крепости. Да-да, то самое и одно из моих любимых — Репаро Максима!
Так что пока наша компания дошла до Пеленорских полей, мы с темным богом всея Средиземье, забыв о том кто мы есть, активно спорили о нитях магического ядра соединяющего то с телом носителя. Мелькор настаивал на том, что ядро — вторично, главное — накопитель. Я утверждал, что без ядра носитель в принципе магией не воспользуется. Меня разбили тем, что привели в пример Олорина, он же Гендальф который нашелся на Пеленорских полях. Тип у него нет ядра, зато есть резерв, причем внешний из-за чего волшебник может колдовать без устали, но по чуть-чуть. Пропускная способность регулируется каналами тела. Здесь я сломал мозг, так как отказывался понимать — как Гендальф с таким раскладом вообще колдовать умудряется?! Это же против всех законов! Которые я знаю. Но факты на лицо — оно работает, а как — это вторично.
Собственно об Олорине. Гендальф оказался первым, кто заметил нашу компанию на подходе к Пеленорским полям. Что? Почему мы вообще сюда шли? Потому, что наша армия отступала. Отступала и при отходе разделилась на две части. Одна пошла в Минас Моргул, другая к Черным вратам. А как только мы победили Эру и Майар вместе с Валар оказались деморализованы наши быстро перегруппировались и пошли в атаку. Теперь часть армии сидит в Минас-Тирите, другая часть убежала на запад в Рохан. Хэлкар, вместе с назгулами, которые наверное за все время уже третий раз возвращаются с респауна, ждут наших дальнейших указаний так как что делать с городом пока неясно. Вроде враг сдался, но драка идет. Вроде город в осаде, но блин, Черные Нуменорцы умудряются продавать в город продовольствие в обмен на золото. Ну х*ли, если там их «коллеги» нуменорцы, пусть и другого лагеря.
Истерлинги просекли фишку, и по примеру своих старших коллег также начали творить эту херню. А чего нет? В городе колоссальное перенаселение, есть нечего, зато стараниями Торина и моими в нем нынче много золота и вообще драгоценностей, вот и пользуются ребята, а штурмовать такой город — как-то несолидно. Нет, можно было бы конечно взять штурмом, но зачем, если мы вроде как победили и враг бежит либо сдается? Так что сидят теперь ребята, нас ждут, на дичь вокруг флегматично смотрят.
Интересно, что инициатором торговли выступил Глашатай, который неофициально уже объявил Минас Тирит — Минас Дор и занес на карты этот город под нашим гербом. Так что когда мы пришли, нам пришлось сначала разобраться, какого хрена здесь творится, после чего взяв суетящегося в роли парламентера Олорина в охапку пойти к Ар-Фаразону, который вроде как готов пойти на переговоры. Еще бы он был не готов, когда сам Мелькор вежливо предлагает сдаться. Под «вежливо» и «Мелькор», я подразумеваю вломиться в главные ворота вынеся те с корнем и громко рявкнуть: «На колени, твари!» И хоть это относилось только к Ар-Фаразону и его окружению, послушались почти все. Лишь единицы предпочли остаться на ногах, а один так и вообще бросил нам вызов на честный бой на мечах.
— Кто этот самоубийца? — шепчу Майроне.
— Эонвэ. Майар. Лучший фехтовальщик в Арде. Всю жизнь с мечом. Чувство страха у него атрофировано напрочь.
— Я вижу. И что он этим хочет добиться?
— Хочет выбить себе право на город.
— Это он с Мелькором что-ли собрался сражаться?
— Нет, с тем, кого Мелькор собрался назначить на пост управляющего городом. Эонвэ всегда отличался цепким хватом, а раз мы уже победили, то почему не воспользоваться моментом?
Стоим, смотрим на то Мелькор отмахнулся от этой херни и пошел восвояси, а к наглому Майар вышел никто иной как Хэлкар.
— Ангмарцу Минас-Моргула мало?
— Видимо, — пожала плечами Майрона.
— А чего Мелькор ему голову не снимет?
— Есть определенный свод негласных традиций, вот и все. Пока их ни одна одна сторона не нарушила. Самому Мелькору без разницы кто здесь будет, только бы свою работу выполнял.
— Понятно. Эй, Эонвэ! — окликаю Майр и ровно в этот самый момент ему на голову опускается Моргенштерн Хэлкара. — Упс…
— Аид, это не спортивно.
— Да я хотел… ай, не важно.
Так, у Хэлкара во власти появились целых два города близнеца. Минас Моргул и Минас Дор. Ну, а мы вернулись в Барад-Дур.
Глава 25
По возвращению в Барад-Дур, жизнь закипела с новой силой. Но как-то по-другому. По-особому. Расслабленно, и я бы даже сказал — ленно. Более не было необходимости куда-то спешить, а потому и я и Майрона особо не напрягаясь начали выращивать новые тела и наводить порядки в Средиземье. Первым делом была проведена глобальная реформация на подконтрольной нам территории, а именно — запада и юго-восток. Были разосланы гонцы с вестью о смене власти. О том, что нынешние вожди должны либо присягнуть на верность новой госпоже, либо погибнуть. Весть о том, что Мелькор в общем-то вернулся и убил Эру шла перед гонцами, поэтому сопротивления никто не оказывал. Единственные с кем у нас были проблемы — это гномы. Подгорный народец не сказать что пытался с нами воевать, скорее просто брыкался и капризничал. Гномов кардинально не устраивает политика проводимая Майроной и тем более власть над ними, но поделать они с этим ничего не могут так как Мелькор, а против бога который завалил первого бога не пойдет вообще никто, даже боги. Поэтому коротышки со скрипом, пытаясь ставить условия и просто брыкаясь, но все-таки шли на попятную. Только единожды один из кланов с подначки Валар подняли оружие. Зря. Нам даже делать ничего не пришлось, Мелькор все сделал сам, устроив коротышкам девятибалльное землетрясение. Свидетелей оказалось много, весть разлетелась быстро, а потому даже те кто прислушивались к Валар стали посылать их в далекие края.
К слову, с Валар тоже были проблемы. После смерти Эру, боги потекли крышей. Все. Просто в разной степени. Кто-то впал в депрессию и отчаяние. Кто-то забил себе в голову мысль: «Эру жив, это все обман». Кто-то пытался отомстить. Мандос так и вообще морально меня убил, когда сам пришел к Мелькору с вопросом: «чем я могу тебе помочь, брат?» Примечательно, что именно к нему Мелькор не питал злобы, так как Мандос не участвовал в войне и вообще не имеет личных претензий к Мелькору. Этого бога просто назначили смотреть за умершими и быть судьей, этим он и занимался до нынешних дней, независимо от того чего хочет он сам. И вот уж не знаю о чем они договорились с Мелькором, но могу предположить что у нас появилось особое хранилище душ. А что? Полезно, это