– Зря стараешься, эйсард! – разорвал тревожную тишину голос «серого» Кир-Кули. – Кто ты, а кто я?
– И кто же? – лениво отозвался тот же голос, но из других уст. От этого странного диалога, похожего на общение шизофреника с самим собой, мне было не по себе.
– Угадай!
Светящиеся силуэты двигались все быстрей. Два голоса стереоэффектом терзали мой внезапно обострившийся слух. Кто говорит? Где чья фраза? Я тряхнула головой, продолжая жмуриться, и потерла пальцами виски, пытаясь сосредоточиться.
– А самому и признаться стыдно? – усмехнулся «радужный», уходя от удара плети. – Покажи свое истинное лицо!
Я болела именно за него, нутром чуя, что он настоящий. Резко распахнув глаза, уставилась на аше-аров. Световые силуэты полупрозрачными проекциями наложились на привычную картину мира.
– Может, лучше ты свое покажешь, эйсард? – бросив быстрый взгляд на меня, огрызнулся «серый». Словесная пикировка набирала обороты. – Или сейлин уже все видела, раз готова изменять тебе с первым встречным? – Он явно издевался, а у меня от обиды аж кулаки сжались.
Когти больно царапнули кожу, заставляя отвлечься от магов. Тьма черными щупальцами поползла по стене, образуя вокруг меня живую кляксу. Хотелось мстить, но, когда я инстинктивно слизнула выступившую на коже кровь, злость начала утихать, а вампирские тентакли бледнеть. Эта красная жидкость с привкусом железа успокаивала не хуже порции чужой энергии.
– За «изменять» ты ответишь отдельно! – «обрадовал» двойника эйсард, не забыв одарить и меня не самым теплым взглядом. Я насупилась, ибо вины за собой не чувствовала. А мужчина отчего-то нахмурился, глаза его полыхнули ледяным серебром, выдавая тревогу и… гнев? На меня? Но почему?!
– Весь дрожу от страха, – расхохотался «серый» клон, – или от смеха.
Пользуясь замешательством «радужного», он стегнул его магической плетью по голове. «Пыльная» петля выхватила кусочек аппетитного на вид света и, образовав воронку, поглотила его. Довольный смешок фальшивого Кир-Кули слился с раздраженным шипением настоящего. Я невольно сжалась, но тут же вновь распрямила плечи, взбодренная неожиданной мыслью: «Это ведь мой жених, а значит, и еда моя! А за свое надо бороться».
Тентакли воинственно взвились и рванули вперед, готовые отстаивать право на сытную трапезу, но… натолкнулись на магический барьер. Пронизанный разноцветными нитями аше-ар, утратив прежнее спокойствие, процедил какие-то проклятия. А тот второй, что был на рынке, напротив, сыто заулыбался. Серые, лиановидные жгуты, шевелящиеся возле ног, делали его похожим на полудохлого кальмара.
Черт! И вот это я целовала?!
– Прекратите этот цирк! – Не имея возможности добраться до них по-вампирски, я попыталась остановить драку по-человечески.
– Не встревай, айка! – в один голос рявкнули мужчины.
Это нормально, да?
Тьма ощетинилась, сделав меня похожей на колючего ежа. По телу снова пробежал холодок, и странная полупрозрачная корка чешуей расползлась от кистей рук до самой шеи. Щупальца принялись ломать магический щит, в то время как сама я медленно поднялась и шагнула к колонне. Да не дошла, потому что по каменным плитам стремительно и бесшумно разрасталась глубокая трещина, быстро отрезая меня от остального зала. Перепрыгивать ее я не рискнула. Окончательно убедившись в том, что клоны изолировали меня для моей же – или их? – безопасности, села на место и приготовилась смотреть представление дальше.
Аше-ары дрались, я медленно, но упорно ломала свою «клетку». Магия тоже ведь своего рода энергия, пусть и не такая вкусная, как энергия жизни. Но чем только не пообедаешь ради благой цели!
– Ты прав, так неинтересно! – «Серый» Кир отскочил от соперника на безопасное расстояние. – Так и быть, покажу тебе свое лицо, – сдался он. Миг, и вся фигура блондина словно смазалась, на глазах преобразуясь во внешность его триоры. Это что же… Выходит, я с женщиной целовалась?! Фу-у-у. – Доволен, триорчик? – продолжала издеваться Джейл-Кули мужским голосом.
– И это все? – делая очередной выпад, отозвался мой жених. – Не держи меня за идиота, гай.
Брови перевертыша взлетели вверх. Мои, впрочем, тоже.
– Догадался, значит? – Внешность странного существа снова изменилась: на сей раз напротив Кир-Кули оказалась родная сестра. И снова начались хождения по кругу. Противники словно давали себе передышку и время на диалог. – Что, братишка, проверим, кто сильней? – подмигнула женщина, тряхнув сотней белоснежных косичек. И голос, стремительно ломаясь, стал почти неотличим от речи Лирэн-Кули.
– Без проблем, гай Многоликий, – принял вызов Кир, – зря ты надеешься, что у меня рука на фальшивую сестричку не поднимется, – добавил он, уверенно тесня противника к колоннам.
– А на невесту? – улучив момент между атаками, поинтересовалась «глава рода Кули», принимая мой облик. Мой! Вот же… твар-р-рь! Я с еще бо`льшим энтузиазмом продолжила рушить магический купол. Пусть физически мне из каменной ловушки не выбраться, но… Тьма достанет, тьма отомстит, уложит этого комедианта на лопатки и позволит Кир-Кули выиграть бой без потерь.
– Неубедительно, – фыркнул аше-ар, скептически осматривая фигуру заметно помельчавшего соперника.
– Я и не убеждаю. Так, развлекаюсь, играя с вами, как кот с мышками. Вы ведь оба сейчас в моем нижнем городе, – двойник самодовольно ухмыльнулся, – дороги назад нет. Сам знаешь, эйсард, нижние города чужих не выпускают.
– Посмотрим! – Кир-Кули вновь ринулся в бой, а я с каким-то смешанным чувством наблюдала, как этот большой белый мужчина пытается прирезать хрупкую маленькую «меня», и думала, что, если выберемся из ловушки живыми, доводить ссоры до драки не буду. – Давно ты в чужой шкуре подле моей сестры ошивался, сильнейший? – продолжил допрос аше-ар.
– Да уж давненько. С тех пор как не в меру наглая аше-ара по имени Джейл явилась устраиваться телохранителем к одной из моих личин. Впрочем, самомнение – характерная черта всех Кули.
– И не только Кули, – многозначительно проговорил Кир.
Череда яростных ударов, посыпавшихся на не в меру болтливого гая, временно оборвала их «задушевную» беседу. А потом случилось странное. Мощная, больше похожая на волну, чем на лиану, плеть сорвалась с руки блондина и, разбив в клочья защитный барьер, буквально накрыла серебряным дождем перевертыша. Тот изумленно моргнул и стал оседать на пол. Но, так и не достигнув его каменной поверхности, вдруг неестественно распрямился и замер неподвижной куклой, в серых глазах которой удивление граничило с ненавистью.
– Вот теперь поговорим нормально, гай Многоликий, – выдохнул Кир-Кули, пряча так и не испивший крови клинок в ножны. – И для начала ты сменишь облик.
Губы моего клона скривились в злорадной усмешке, в глазах читался вызов. Но стоило аше-ару повторить приказ, как гай болезненно застонал, и спустя несколько секунд перед нами стоял худощавый брюнет с черными, как сама Бездна, глазами. Уж не знаю, что сделал с этим пыльным мешком блондин – и почему не прибег к столь эффективному приему раньше, – но оборотень, похоже, не имел сил противиться его воле. Или только прикидывался, ведя свою игру?
Кир задавал вопросы, пленник со скрипом отвечал, каждый раз кривясь от боли, подстегивающей к откровенности.
– Мертва ли настоящая Джейл-Кули? – Естественно, мертва. Несмотря на аше-аровские таланты и седьмой уровень силы, обезглавить эту влюбленную дуру труда не составило. – Много ли успел напакостить Многоликий, живя по соседству с Лирэн? – Отнюдь! Даже оказывал ей посильную помощь в делах, дабы втереться в доверие. – Какова была цель внедрения? – Сбор информации и слежка за ним, Кир-Кули. – Кто стоял за всем этим маскарадом? – Конечно же, гайя Белоснежная. – Что за портал в подвале борделя? – Тайный, но с официальным разрешением главы ордена масок. Бывшей главы…
Я слушала и дивилась выдержке своего жениха. На его бесстрастной физиономии не дрогнул ни один мускул. Пленник был куда эмоциональней. Он несколько раз порывался избавиться от ментального гнета, но вместо этого все больше походил на изломанную марионетку во власти белокожего кукловода. Руки и ноги его неестественно выгнулись, позвоночник искривился – Кир-Кули умел пытать и делал это со вкусом. Но я, если честно, не жалела злобного перевертыша. Хотя сам допрос и вызывал неприязнь.
Я наблюдала и слушала, не замечая слабого шевеления тьмы, заполнявшей провал вокруг моей ловушки. И только когда оттуда полезли чьи-то полуистлевшие руки, осознала свою ошибку. Нашествия зомби ожидала меньше всего. А судя по полному отсутствию энергии жизни в их конечностях, именно ходячие и ползучие мертвецы мною и заинтересовались. Вжавшись в стену, я как-то совсем по-девчоночьи взвизгнула и испуганно посмотрела на жениха. Тот – на меня, затем на пленника, который победно улыбнулся.
Пол из-под ног ушел стремительно – площадка, на которой я стояла, просто рухнула в кишащий мертвецами мрак. А я, зажмурившись от страха, раскинула в стороны свои тентакли, будто хотела зацепиться ими за ближайшие колонны. Наивная! Ведь это всего лишь бесплотная проекция вампирского дара… Или нет? Вместо ожидаемого падения тело навестила странная легкость. Вот только тело ли? Вдруг это душа моя взмыла к небесам? Медленно открыла глаза, боясь увидеть непоправимое.
Вокруг, собираясь в полупрозрачную сеть, кружили серебристые искорки. Я же, целая и невредимая, парила в невесомости в центре мерцающего кокона, в то время как этажом ниже лежала разбитая плита, вокруг которой ползали какие-то странные уродцы о трех головах и пяти руках. Часть тварей была надежно придавлена куском рухнувшего пола, зато остальные, поглядывая на меня белесыми глазами, с упорством тараканов пытались штурмовать колонны, подпиравшие потолок. К горлу подступил комок, руки задрожали.
– Теперь понятно, на чем его Белка поймала, – отвлек меня от жуткой картины Кир-Кули. А вместе с этим пришла и ментальная волна спокойствия, которая усмирила страх и брезгливость, не дав развиться панике. – Некромантия в Тайлаари под запретом, айка, – продолжал аше-ар. И от гол