Друзья вновь склонились над планом города. Разгадать, что задумал мертвый король, пока не удавалось. Коктейль из громкого пророчества и диверсий с поджогами производил сильное впечатление. Но какова истинная цель спектакля? Напрашивалась мысль об отвлечении внимания. Что дальше? Убийство лорда Адальберта и глав гильдий? Атака на Цитадель и захват арсенала? В городе оставалось около полутора тысяч воинов городской стражи и охраны Цитадели. Боевой дух у них так себе, но они под защитой стен. Плюс решительные охранники советов Гильдий, плюс горожане из тех, что посмелее. Кое-кто из лордов тоже не забыл, как держать меч. Итого: двадцать пять, тридцать сотен. У Эшенбы не может быть даже половины. Такое войско спрятать и прокормить вблизи города просто невозможно. Ква считал, что у мертвого короля никак не более двух сотен воинов. Атаковать такими силами столицу самоубийственно. Следовательно, король на что-то надеется. На поддержку Нового Конгера? Там все спокойно, да и вряд ли конгерцы настолько спятили, чтобы довериться союзу с сумасшедшим. В прошлую войну Конгер стойко держался против Эшенбы. Краснохолмье? По сути, не город, а крупный поселок, богатый разве что расположенными рядом Уттуковыми рудниками. В Краснохолмье от силы полторы сотни воинов, и ни малейших оснований становиться союзником мертвеца. Мелкие поселки и замки побережья? Несерьезно. Десант с Птичьих островов и архипелага Кау? Сами они может быть и не отказались бы потрясти Глор, но какого демона им нужен столь сомнительный друг, как Эшенба? Да и интересы бывших пиратов сейчас направлены на Желтый берег. Ведь такой огромный пирог, — глотай, сколько влезет, пока не подавишься.
— Насколько я помню Эшенбу, к дипломатии сей достойный лорд не слишком склонен, — сказал Ква.
— Хм, жаль я не имела честь быть ему представленной, — посетовала Катрин, имевшая устойчивую привычку судить о врагах по собственному впечатлению.
— Не жалей. Чурбан-живодер. Но боец отличный. Честно говоря, удивляюсь, отчего он до сих пор не ворвался в гавань и не погиб в честном кровавом бою, как надлежит великому герою-тупице.
— Действительно, просто жуткое падение нравов, — согласилась хозяйка Медвежьей долины. — Кстати, мой одноглазый друг, а как короли-мертвецы вообще подыхают? Их вообще-то повергнуть можно?
— Какие трудности? Руби, да руби. Голова, может, и отсеченная квакать продолжит, но уже без особой лихости. Если тебе теоретическое объяснение нужно, — это к Белке. Да ты, наверняка, с мертвяками уже билась.
— Я вспоминала, точно не припомню, — призналась Катрин. — Ведь пока с ними работаешь, — вроде живой и двигается. Потом все равно мертвый.
— Разница небольшая. С ними просто чуть тщательнее нужно. А так, разве что у мертвецов изначально вонь и вид отвратный. Но ты с Эшенбой поединок не затевай. Он с любым оружием хорош.
— Какая из меня поединщица? Я тетенька трезвая.
— Конечно. Помнишь, у Редро?
— А что тогда делать было? Сгоряча, от безысходности.
— Да, влипли тогда. Белка до сих пор вспоминает. Наверное, десятый раз балладу переписывает, всё огласить не решается.
— Я ей оглашу! — рассердилась Катрин. — Я думала — травма тяжелого детства, то да сё. Лучше забыть. Не у каждой девчонки на глазах мужа убивает. А она балладу. И так фантазиями своими неприличными весь берег развлекает.
— А я тебе ничего не говорил, — предупредил королевский шпион.
— Тьфу! Как бы её вообще писать отучить? И какой идиот ей буквы показал?
— Некоторые саги у нее хорошие, — заметил Ква. — И потом, ей сейчас не до поэзии будет.
Катрин покачала головой:
— Прямо какой-то демографический взрыв.
— Мы с Теа не нарочно четверых рожали, — оправдался, ухмыляясь, одноглазый.
— Это как раз правильно — сразу обоймой. А так, — то я сама, то девчонки, то… Вот и воруют у нас детей. Давай-ка к обстановке вернемся…
Ничего не прояснялось. Пророчество можно истолковывать, как угодно. Если «три и десять» — это тринадцать, то остается еще семь дней. Что-то будет в городе, иначе зачем Эмруозосу панику нагнетать? Стратегических целей не так много: Цитадель, три здания главных Гильдий, порт и верфь. И, возможно, опять склады.
— Всё это как-то запутанно, — задумчиво сказал шпион. — Может, у короля кто-то из Пришлых появился? У вас там любят что-то особенное выдумать.
Катрин подняла глаза.
— Извини, я неправильно выразился. Имею в виду исключительно особый стиль мышления, — поспешно пояснил Ква
— Если про стиль, то на себя претензии обрати. Ты в Старом мире пробыл меньше месяца, а дряни нахватался, здесь за сто лет не изжить. Аферист полумордый.
— Да я уже завязал. Только доля в банке и страховой конторе.
— А спортивные махинации? Фиг с ним, с твоим предприятием по пошиву футбольной амуниции. Но эти выкрутасы с тотализатором!
— А если не я, так кто-то другой. Зачем «короны» отдавать?
— Король на ваших ставках чувствительно пролетел. Между прочим, это наш с тобой сюзерен.
— Я извинился и возместил. Откуда мне было знать, что он так лоханется? У нас, в общем-то, толковый король. Давай вернемся к здешним событиям. Если бы ты была на той стороне и не стеснялась бы в средствах? Малыми силами и без оглядки?
— Предпосылки к панике у нас есть. Значит нужно что-то массированное и ужасающее. Многочисленные теракты в сочетании с каким-нибудь солнечно-лунным затмением? Например, одновременные взрывы в Цитадели, на рынке и в городских банях?
— Едва ли у них есть порох, — поспешно сказал побледневший Ква. — Компоненты я проверил в первую очередь. И потом нужна целая толпа химиков и рабочих. Слухи бы просочились…
— Значит, что-то более мобильное. Пожары отпадают, — хлопотное дело, да и эффект неожиданности утерян. Газовая атака?
— Такое возможно? — с ужасом спросил Ква. — Неужели эти «морды» нужно делать?
— Противогазы? Едва ли. Глобальная газовая атака опять же дело сложное. Вот если окурить часть Цитадели… Ты номенклатуру складов серьезно проверил?
— Привлек троих мудрецов. Врать пришлось, ты даже не представляешь, сколько. Теоретически яд можно создать. Но он будет такой… мышиный. И потом достоверно известно о пропаже нескольких мешков только с одного из складов. Возможно, это просто случайность.
— Опять случайность? — Катрин откинулась на стуле.
— Случайность или не случайность, — я перепроверил. Из всего, что хранилось на четырех складах, в качестве ядов можно использовать два вещества. Луковичная крупка — применяется для морения древесины. Если намешать кружку и влить в человека, тот помрет с вероятностью в 60 процентов. Сам пить не будет, горечь неимоверная. Черная зернь — ею ткани красят. Смертельная доза: кружка, лучше две. Выпить, конечно, можно. Но человек блевать начнет немедленно. К тому же ужасно синеет рожей. Черной зернью травятся от большой любви. Чтобы пожалели и на нежные чувства дурака ответили.
— Имитация суицида, — кивнула Катрин. — А если эти две дряни смешать?
— Тогда человека нужно вязать вдвойне крепче и силой ему смесь вливать. Иначе пить не будет, и удерет с визгом. Это не яды, а просто гадость несъедобная. Еще на складах имелась гадость в бочках, — тут у меня записано, как содержимое называется. Если смешать с лейской смолой, — горючая жидкость получится. Для фалариков в самый раз. Но лейскую смолу никто со складов не брал. Да и смешивать её лучше с обычным ламповым маслом. А у моей Син ничего не взяли.
— И что получается?
— Ничего не получается. Допустим, пропали редкостные снадобья, — если они пропали, — и их смешали между собой. Подлили, допустим, в котлы кухни Цитадели. На краткое время бойцы стражи будут выведены из строя и смогут оборонять лишь сортир. Зато потом их боевой дух поднимется до небес, такие шутки не прощают. Другой вариант: Эшенба захотел иметь настоящий яд. Компоненты теоретически могут пригодиться, — если ту же мышиную серу смешать с белеской, получится отличное лекарство от любых невзгод. Раз, и тебе разве что Белка своими разговорами надоедать будет. Но этой белески в Глоре вообще не держат. Опасная дрянь. Иной раз в Краснохолмье рудокопы её целые гнезда находят. Мрут, как мухи.
— Сульфид мышьяка какой-то? — Катрин заерзала. — Химик из меня плохой.
— Зачем оно нам нужно? Белески ни в Глоре, ни в Конгере нет. И в Краснохолмье её никто добывать не станет. Есть уйма нормальных ядов. Растительные или, допустим, из плавников усача-шипяка. Если Эшенба захочет отравить здешнего правителя, никакие склады грабить не нужно. На всякий случай я Спауна предупредил. И леди Несс сказал, — с продуктами будут поосторожнее. Но я в отравления не верю. Ну, отравят что-нибудь на рынке, какая от этого Эшенбе польза?
— Все равно хорошо, что мы Син с ребенком на «Квадро» отправили. Подальше от греха.
— Весьма справедливо замечено, моя леди. Может, Син с Лягушкой чего и успеют. Каюты на «Квадро» уютненькие, а у нас в семье всего одна девчушка.
Катрин засмеялась:
— Куда тебе? У вас с Теа четверо, у Син сын, да еще Бом не вырос.
— Если всех ваших посчитать, все равно больше выходит. Я, между прочим, тоже лорд, — с достоинством ответил королевский шпион.
Через два дня что-то все-таки сдвинулось. То ли нажим через молодого Спауна возымел действие, то ли нашептывания Несс по своим каналам дали результат, — лорд Адальберт решил выделить отряд на поиски неизвестных злоумышленников и похищенного астролога.
Пятьдесят всадников, под командой трех знатных лордов Глора, — элита глорского воинства. Четверо проводников, и еще трое дармоедов: «дознаватель и с ним два сведущих в иноземном колдовстве человека».
Флоранс не протестовала, лишь печально попросила быть разумной. Лошадей Ква выбрал, как всегда, безошибочно. Присоединились к кавалерии после полудня, — отряд уже тащился по Мерфянской дороге. Катрин испытала краткое облегчение, — наконец-то в деле!
Дальше пошло хуже. Лихие отцы-командиры прочухали, что с отрядом движется молодая дама, лишь при остановке на ночлег. Началось. Всем известно, что баба на корабле — это к несчастью. В конной полусотне — еще хуже, даже непонятно к чему. Одни ворчали, другие уже шушукались, ведь разделить в походе плащ с красоткой, — что может быть романтичнее? Ага, сейчас. Спаун почтительно показывал отцам-командирам бумагу с печатью лорда Адальберта, Катрин обходилась нецензурными выражениями. Правильная интонация весьма снижает либидо искателей амурных развлечений. Поспать удалось нормально, благо, от караула «специалистов по магии» освободили.