– Дома будут волноваться.
– Хотите, я позвоню домой?
– Этого еще не хватало! – сказала Алена. – Представляю, что вы там наговорили…
– Я-то, в общем, ничего такого не говорил… – начал было Колька, но вдруг осекся.
Им навстречу, подбрасывая камушек в руке, шел с невозмутимым видом Володя. Казалось, он вообще не видит их, не замечает.
– Здравствуйте, – сказала Алена Володе, когда он поравнялся с ними.
– Добрый вечер, – ответил спокойно Володя и пошел дальше.
– Вы что, нас не узнаете? – в спину ему сказала Алена.
– Узнаю. – Володя остановился.
– Так в чем же дело? – спросила Алена.
– Не хочу мешать.
– Что за чепуха! – сказала Алена. – Пойдемте.
И они уже шли втроем, молча. Володя подкидывал камушек, а потом забросил его в темные кусты.
– Эй, ты! – раздался из кустов мужской голос. – Поосторожнее!
Где-то рядом звучала музыка. И Колька вдруг сделал несколько па, поворачиваясь в движении.
– Ну, пойдем? – сказал он Алене, двигаясь под музыку.
– Не пойдем, – ответила Алена в том же ритме.
– А хочешь, я тебя загипнотизирую, и ты пойдешь, – предложил Колька. – Ну! Смотри мне в глаза!
– Не надо, – улыбнулась Алена. – Меня и так целый день гипнотизируют за прилавком.
– Как хочешь, – согласился Колька. – А то я могу. Вот, смотри. – Он показал на одиноко идущего впереди человека. – Я ему посылаю импульс – приказ обернуться, и он оборачивается…
Колька сделал напыженное лицо и, вытаращив глаза, стал смотреть…
…в бритый затылок гуляющего.
– Скоро? – спросила Алена.
– Сейчас, – не отрывая взгляда, ответил Колька.
И вдруг человек действительно оглянулся.
– Телепатия! – обрадовался Колька.
Он снова напрягся, и человек снова оглянулся.
Он внимательно посмотрел на ребят и прибавил шагу.
Ребята не отставали.
– Дай теперь я попробую, – сказал Володя.
Он напрягся так, что у него на шее вздулись жилы.
Человек снова обернулся. Теперь он был откровенно напуган.
– Биотоки! – сказал Колька.
Человек еще несколько раз оборачивался, а потом поспешно скрылся за углом.
Алена посмотрела на часы и села на белую скамейку.
Колька разбежался (короткий был разбег – на три шага) и перепрыгнул через скамейку.
Володя посмотрел на него и как стоял, не разбегаясь, с места легко повторил Колькин прыжок.
Колька попробовал сделать то же самое, но зацепился и с шумом грохнулся в кусты.
– Подошвы скользят, – оправдывался он.
А Володя вдруг посмотрел на часы и куда-то исчез.
Колька подсел к Алене.
– Странный, – сказала она о Володе.
– Писатель. – Колька зевнул.
– А еще на свадьбу собирался, – сказала Алена. – Тебе уж спать пора.
– Я в ночную смену работал, – сказал Колька.
– Где?
– На Метрострое. – Колька вплотную приблизился к Алене, положил руку на плечо. – Шахтер я. Мы сейчас новую линию ведем, в Мневники.
– Я читала, – Алена сняла Колькину руку, – в газете.
– В «Неделе». – Колька снова положил руку на плечо Алены.
– Мне так неудобно, – сказала Алена.
– А мне удобно.
Володя появился неожиданно, с тремя пачками мороженого. Протянул Алене.
– Не ем фруктовое. – Колька, естественно, был не слишком рад столь быстрому появлению Володи.
Володя пожал плечами и сел рядом с Аленой.
Из-за кустов донесся взрыв смеха, шум, аплодисменты.
– Что там такое? – спросила Алена.
– Призы разыгрывают, – сказал Володя.
– Пойдем посмотрим, а? – предложила Алена.
Перед раковиной летней эстрады толпилось много людей.
– Шесть человек желающих, пройдите на сцену, – сказала женщина-массовик в микрофон.
– Пошли, – предложил Колька.
– Я не пойду, – сказала Алена.
– Ну, я пошел, – сказал Колька. – Я всегда выигрываю. Вы только без меня не уходите.
На сцену выдвигали две черные доски школьного типа.
– Вы здесь в командировке? – спросила Алена, глядя на эстраду.
– Нет, проездом. Я в отпуске был, в деревне под Минском.
– У вас там родственники?
– Нет, родители моего товарища. Он в позапрошлом году погиб. Пошел на охоту и под лед провалился. Наши ребята к его старикам в отпуск ездят, чтоб им не скучно было. Ну так что вы решили? – спросил Володя.
– Насчет чего?
– Насчет переезда.
– А что я там буду делать?
– Все, что хотите. У нас любая работа есть. Я, например, сварщик.
– А геологи у вас есть?
– Есть, конечно. У нас…
– Смотрите, – перебила его Алена.
А Колька поднимался на сцену, щурясь от яркого света двух прожекторов. Там уже стояли четверо.
– Нужен еще один человек, – говорила женщина. – Ну, смелее, мужчины, покажите пример.
Какой-то подвыпивший человек попытался взобраться на сцену.
– Товарищ, вам нельзя, – сказала женщина, – вы лучше посмотрите.
Тот кивнул и встал послушно у самой сцены.
– Сейчас мы будем играть в очень интересную игру, – сказала женщина в микрофон. – Кто быстрее и лучше нарисует лошадь. Разделитесь на две команды.
– Ты идешь ко мне, – тут же начал отбирать Колька. – И ты, а ты иди туда, – отослал он парня, который почему-то не очень приглянулся ему.
Алена с Володей стояли среди зрителей. Они смотрели на сцену и не замечали, что рядом стоит человек, которого они гипнотизировали в аллее… Человек внимательно приглядывался к Володе и Алене.
– Каждому участнику команды дается пять секунд. Считать будем все вместе. Давайте попробуем. Раз, два…
Зрители с удовольствием продолжили.
– Значит, так. – Колька быстро распределял обязанности. – Ты рисуешь туловище. Ты – ноги и хвост, я – голову и уши. Все понятно?
– Команды готовы?
– Готовы, – сказал Колька.
– Начали! – Женщина махнула рукой.
А баянист заиграл почему-то футбольный марш.
Пяти секунд, отведенных каждому, хватало только на то, чтобы провести какие-то ломаные, непонятно что означающие линии, которые исправлял следующий, едва успевая сам что-то нарисовать.
Колькина команда работала лучше, но торопливость все-таки сказывалась – лошадь эта мало походила на лошадь. Колька, начертив голову с длинными ушами, только усугубил это.
– Всё! – сказал он еще до истечения своих секунд и поставил мелом точку.
Две лошади предстали перед зрителями. Хохот поднялся страшный – лошади действительно, мягко говоря, были не очень.
– По времени победила эта команда, – показала женщина на команду Кольки. – Но по качеству… – Она подошла к доске. – Кого-то мне напоминает ваша лошадь…
– Кенгуру! – кричали зрители.
– Вертолет!
Алена смеялась, аплодировала.
На сцене под баян вручали приз – но это была не Колькина команда.
Володя вдруг заметил небритого мужчину, занятого сложным делом. Он старался открыть сумочку, висевшую на руке женщины. Женщина смеялась, аплодировала, все время двигала локтем, затрудняя работу жулика.
Володя схватил небритого за руку:
– Ты что делаешь?!
– Пусти!
– Ты что к человеку пристал? – Володю ударил по руке парень, стоявший за жуликом. – Что хулиганишь? В милицию захотел?
– Он вор! Он в сумку лез, я видел!
– Сам ты ворюга! – закричал небритый. – Карманник! Я тебя не первый раз тут вижу!
– Ворюга, – подтвердил второй.
– Точно! – вдруг закричал человек, которого гипнотизировали. – Это он!
– Стой! – Володя увидел, что небритый уходит. – Стой! – Он рванулся за ним.
Небритый ударил Володю по лицу и побежал.
Володя за ним.
– Держи его! – крикнул «гипнотизированный».
Они бежали по аллее: впереди жулик, за ним – Володя и чуть в отдалении – остальные.
Сидевшие за столиком у ограды двое мужчин с белоснежными салфетками за воротниками вдруг сорвались с места и, перескочив ограду, кинулись догонять преступника.
Официант, спортивно взяв высоту ограды, бежал за ними с криком:
– Граждане! Товарищи! А деньги! Счет!
У закрытой танцплощадки небритый резко свернул в сторону и пробежал внутрь мимо скучающего контролера.
– Куда? – успел сказать контролер Володе. – Билет!
Володя протискивался между танцующими за небритым, и вот уже он почти ухватил его за ворот, но небритый увернулся и выпрыгнул в окно.
Володя за ним.
– Держи! – кричал «гипнотизированный», пробегая во главе толпы преследующих мимо оторопелого контролера.
Затем все они пронеслись через зал и стали прыгать в разные окна.
– Стой! – Контролер поймал бегущего последним официанта. – Билет!
На танцевальной площадке остались одни девушки.
У фотостендов Володя уже настигал небритого. Когда кто-то внезапно бросился ему под ноги, он упал. Толпа окружила их. Небритый, пробежав несколько шагов, оглянулся и, сообразив, что его больше не преследуют, спрятался в туалетном вагончике.
Алена видела это.
Володю держали за руки.
– Пустите! – вырывался Володя. – Вы что, с ума сошли! Он же убежит!
Но Володю не выпускали.
– В чем дело, граждане? – спрашивал милиционер. – В чем дело? Что случилось? Что он сделал? Свидетели есть?
Свидетелей не было.
– Не знаем, – сказал кто-то. – Бежал.
– Я свидетель! Вот свидетель! – протискивался сквозь толпу отставший в погоне «гипнотизированный». – Он жулик! Берите его! Забирайте! Ведите!
Володя увидел Алену, стоявшую поодаль.
– Алена! – крикнул Володя. – Скажи им!
Алена мельком посмотрела в его сторону и тут же отвернулась.
– Эх ты… – сказал Володя, и его повели.
Отделение милиции было тут же, в парке. На скамейке в тени сидели ребята. Играла гитара, ребята пели негромко.
Человек, которого гипнотизировали, протянул дежурному по отделению милиции заявление.
– Вот, – твердо сказал он.
Володя сидел на скамейке у стены. Рядом стоял рослый сержант.
– Ничего не могу понять. – Дежурный кончил читать бумагу «гипнотизированного». – Что же он все-таки сделал?