– Тысяча извинений! Позвольте присесть?
– Конечно, – ответил я. – Полный вперед.
Он подскочил к спинке кресла, придирчиво проверил ее прочность, затем сел и скрестил ноги. Его белые туфли из оленьей кожи пестрели дырочками для вентиляции.
– Прекрасный вечер, – сказал он. – Хотя здесь, на Ямайке, все вечера прекрасные.
Не могу сказать, был ли его акцент итальянским или испанским, но мне показалось, что мужчина приехал откудато из Южной Америки. Вблизи он выглядел еще старше и тянул на 68–70 лет.
– Да, – согласился я. – Тут довольно мило.
– А кто, позвольте спросить, все эти люди? Неужели персонал отеля?
Он указал на парней в бассейне.
– Думаю, это американские моряки, – сказал я. – Вернее, курсанты, которые скоро станут моряками.
– Ну, конечно, американцы. Кто бы еще мог создать столько шума? А вы не американец?
– Нет, – ответил я.
Один из курсантов вылез из воды прямо перед нами. Он помог девушке выбраться из бассейна и повернулся к нам.
– Эти места заняты?
– Нет, – ответил я.
– Ничего, если мы сядем?
– Валяйте.
– Благодарю, – сказал он.
В руке у него было свернутое полотенце. Усевшись в кресле, он вытащил оттуда пачку сигарет и зажигалку. Парень предложил сигарету девушке, но та отказалась. Тогда он протянул пачку мне, и я воспользовался его добротой.
Пожилой джентльмен покачал головой и важно произнес:
– Спасибо, я предпочитаю сигары.
Он вынул портсигар из крокодиловой кожи и складной нож с ножницами для обрезки сигар.
– Тогда позвольте предложить вам огонька, – сказал юноша, протягивая ему зажигалку.
– На таком ветру она не сработает.
– Не беспокойтесь. Она работает безотказно.
Маленький старичок убрал изо рта не зажженную сигару, склонил голову набок и осмотрел юношу.
– Безотказно? – медленно спросил он.
– Ну да. Она ни разу меня не подводила.
Голова старика еще больше склонилась набок. Он с интересом разглядывал парня.
– Так-так. Значит, вы утверждаете, что эта замечательная зажигалка никогда вас не подводила. Вы мне это сейчас сказали?
– Да, – с усмешкой подтвердил курсант. – Все верно.
Юноше было лет девятнадцать-двадцать. На удлиненном задорном лице торчал крючковатый нос. Мне запомнились его слегка загорелая грудь, веснушки на лице и влажный «ежик» светло-рыжих волос. Он держал зажигалку в правой руке и, подзадоривая старика, продолжал расхваливать ее достоинства.
– Она никогда не подводила меня. И могу поклясться, она действует безотказно.
– Минутку, пожалуйста.
Рука с сигарой приподнялась, и пожилой господин замахал ладонью, словно хотел остановить такси.
– Одну минуту!
Несмотря на мягкий тон, голос старика казался удивительно жестким. Его взгляд застыл на веселом лице паренька.
– Как вы отнесетесь к тому, чтобы заключить небольшое пари? – спросил он с нежной улыбкой. – Маленькое пари на то, что ваша зажигалка не сработает?
– Согласен, – ответил парень. – Почему бы и нет?
– Вы любите спорить?
– Да, я спорю всю свою жизнь.
Старик молча повертел перед глазами сигару, и мне его поведение перестало нравиться. Я не понимал, зачем ему понадобилось дурачить этого простодушного парня. У меня появилось чувство, что южанин задумал какую-то гадость.
Он вновь посмотрел на юношу и медленно сказал:
– Мне тоже нравится спорить. Почему бы нам не устроить настоящее пари?
Пари с высокими ставками?
– Прошу прощения, – оборвал его курсант. – Но у меня ничего нет. Я могу поставить на кон двадцать пять центов. Или даже доллар, если хотите.
Старик нетерпеливо замахал рукой.
– Послушайте меня. Мы можем сделать кое-что поинтереснее. Если вы готовы заключить пари, мы пойдем в мой номер, где нет ветра и сквозняков. Я ставлю на то, что вам не удастся зажечь эту замечательную зажигалку десять раз подряд и что она обязательно даст осечку.
– Годится, – ответил парень. – Я согласен поспорить на это.
– Прекрасно. Значит, спорим?
– Конечно, но пусть ставка будет не выше доллара.
– Э-э, нет. Я предлагаю более интересное пари. Я очень богатый человек, бывший спортсмен и люблю азарт. Послушайте старика. Около отеля стоит моя машина. Это отличная машина. Американская марка из вашей страны… «Кадиллак»…
Парень откинулся на спинку кресла и засмеялся.
– Я не могу лишить вас такого богатства. Это просто безумие.
– Нет, это не безумие. Вы щелкаете десять раз зажигалкой, и если вам повезет, мой «Кадиллак» становится вашим. Может быть, вам не нравится эта марка?
– Нет, мне эта марка очень нравится, – сказал парень, все еще посмеиваясь.
– Вот и чудесно. Мы заключаем пари, и я ставлю свой «Кадиллак».
– А что же поставить мне?
Старичок аккуратно снял красную ленточку с не зажженной сигары.
– Друг мой, я бы никогда не стал спорить с вами на то, чего вы не можете предложить. Вы меня понимаете?
– И что же вы хотите получить?
– Я потребую от вас какую-нибудь мелочь, если вы не против.
– Ну если мелочь, тогда ладно.
– Что-нибудь очень маленькое, с чем вы в состоянии расстаться… чтобы потеря этой вещи не слишком вас опечалила. Ладно?
– А что за вещь?
– Например, мизинец вашей левой руки.
– Что вы сказали?
Юноша перестал улыбаться.
– Да. А почему бы и нет? В случае выигрыша вы становитесь обладателем машины. Если вы проиграете – я получаю ваш пальчик..
– Мне тут кое-что не ясно. Как вы хотите получить мой палец?
– Я его отрежу.
– Клянусь паровым котлом, это самое сумасшедшее предложение, о котором я слышал. Давайте лучше остановимся на долларе.
Старик откинулся на спинку кресла, развел руки в стороны и презрительно пожал плечами.
– Хорошо, хорошо, – сказал он. – Я, очевидно, тоже чего-то не понял. Вы так хвалили свою зажигалку, а теперь не хотите спорить. Давайте забудем об этом, ладно?
Какое-то время парень молча смотрел на друзей в бассейне. Потом он вдруг вспомнил, что так и не прикурил сигарету. Юноша открыл крышку зажигалки, щелкнул колесиком, фитиль вспыхнул и загорелся небольшим ровным желтоватым пламенем. Его ладонь прикрывала огонек от ветра.
– Разрешите прикурить? – спросил я.
– Ах да! Извините. Совсем забыл вам предложить.
Я протянул руку к зажигалке, но он приподнялся и поднес ее к кончику моей сигареты.
– Спасибо, – сказал я, когда он вернулся на свое место. – Как вам здесь нравится?
– Первый класс, – ответил он.
Мы замолчали, и я понял, что южанин своим идиотским предложением заморочил парню голову. Курсант притих, но внутри его бушевал вулкан сомнений. Он беспокойно ерзал в кресле, почесывал грудь, тер шею, а затем, опустив ладони на колени, нервно барабанил пальцами по коленным чашечкам. Его возбуждение росло, и вскоре юноша начал притаптывать ногой.
– Давайте еще раз обсудим ваше предложение, – произнес он, поворачиваясь к старику. – Вы сказали, что мы можем подняться в ваш номер, и если моя зажигалка загорится десять раз подряд, я получу в награду «Кадиллак». Если она хотя бы раз даст осечку, я лишаюсь мизинца на левой руке. Верно?
– Да. Мы могли бы заключить такое пари. Но, боюсь, у вас не хватит духа.
– А что мы будем делать, если я проиграю? Что же мне – держать палец, пока вы будете его резать?
– О, нет! Это плохая мысль. К тому же вы можете слукавить и отказаться выполнять условие пари. Перед началом спора мы привяжем вашу левую руку к столу. Я встану рядом, и если зажигалка не загорится, вы и глазом моргнуть не успеете, как нож отсечет ваш палец.
– А какого года «Кадиллак»? – спросил парень.
– Извините, я не понял.
– Какого года… Сколько вашей машине лет?
– А-а! Сколько лет? Прошлого года выпуска. Совершенно новая машина. Но я смотрю, вы не очень азартный человек. Хотя мне говорили, что все американцы – отчаянные спорщики.
Парень помолчал, взглянул на девушку, потом на меня:
– Хорошо, – воскликнул он. – Я готов заключить пари.
– Прекрасно!
Южанин тихо похлопал в ладоши.
– Давайте приступим к делу прямо сейчас, – сказал он и, повернувшись ко мне, мягко добавил – Не могли бы вы, сэр, оказать нам любезность и стать нашим судьей?
В его светлых, почти бесцветных глазах чернели крохотные пятнышки зрачков.
– Хорошо, – согласился я. – Но должен сказать, что это идиотское пари. И, честно говоря, оно мне не очень нравится.
– И мне не нравится, – вскричала девушка.
Я в первый раз услышал ее голос.
– Это самое глупое и нелепое пари!
– Неужели вы серьезно хотите отрезать у парня палец, если он проиграет? – спросил я.
– Конечно. Обязательно отрежу. Или отдам «Кадиллака», если он выиграет. А теперь начнем. Я приглашаю вас в свой номер.
Старик встал.
– Может быть, хотите сначала одеться? – спросил он юношу.
– Нет, – ответил тот. – Я так пойду.
Курсант повернулся ко мне.
– Я тоже прошу вас пойти с нами и стать судьей.
– Ладно, – ответил я. – Но, повторяю, ваш спор мне не нравится.
– Ты пойдешь со мной, – сказал он девушке. – Будешь свидетельницей.
Маленький старичок повел нас через парк к отелю. Он оживился и от возбуждения подпрыгивал еще выше, чем прежде.
– Я живу в новом корпусе, – сказал он. – Если хотите, мы можем сначала взглянуть на машину. Тут рядом.
Мы прошли к выездным воротам. Южанин остановился и указал на блестящий светло-зеленый «Кадиллак», припаркованный на стоянке.
– Вон тот, зелененький. Вам нравится?
– Прекрасная машина, ничего не скажешь, – ответил юноша.
– Очень хорошая, – согласился старик. – А теперь пойдем ко мне и посмотрим, сможете ли вы ее выиграть.
Мы направились к новому корпусу и поднялись на второй этаж. Он открыл дверь, и мы вошли в просторный двуспальный номер. Со спинки одной из кроватей свисал дамский пеньюар.
– Сначала по стаканчику мартини, – предложил хозяин.