ари едва освещали двустороннюю улицу, которая постепенно скрывалась во мраке вслед за угасающей линией ржавого горизонта.
Холодный пот прошиб Лори. Он побежал домой. Но когда он вошел в квартиру, его разум прояснился.
— Забирай свои вещи и иди за мной, — сурово сказал он Джинкс.
— Куда? — спросила она.
— Я решил отвести тебя обратно к родителям, этой же ночью!
— Плохо то, — мило сказала она с сочувственной улыбкой, — что я туда не пойду.
Он сделал шаг назад и уставился на нее, широко раскрыв глаза.
— Что ты только что сказала? — переспросил он.
— Только то, что я не пойду, — твердо повторила она, — вот и все!
— И как… как это понимать?
— О, как угодно, абсолютно как угодно!
— Ты имеешь в виду, что не хочешь… быть свободной?
— Нет! Мне нравится быть заключенной… твоей заключенной!
В комнате горела лишь одна тусклая лампа. На ней было шелковое платье ярко-синего цвета, оно слегка блестело в полутьме, как светлячок.
— Дэнни, — мягко сказала она, — ты ведь не отошлешь меня, правда?
Он не ответил, с удивлением чувствуя, как сердце ожесточенно бьется у него где-то на уровне горла. Она насмешливо улыбнулась:
— В одном том, чтобы быть похищенной, нет никакой особой прелести!
— Но, мисс Винфорд…
— Ты понимаешь, что раз я твоя заключенная, то ты можешь делать со мной все, что пожелаешь?
Он молчал.
— Эй ты, Проклятый Дэн, — выкрикнула она ему прямо в лицо. — Неужели ты не воспользуешь тем, что невинная девушка находится в твоей власти?
Он резко повернулся и с дразнящим, опасным любопытством взглянул ей в глаза, и для нее это чувствовалось так, будто он до боли сжимает в руках ее сердце.
Она стояла ровно, неподвижно, сверкая глазами в ожидании.
«Ты не имеешь на это права! Не имеешь права! О чем ты только думаешь?» — беззвучно кричало его я.
Он отвернулся.
— Пошли, я отведу тебя домой! — резко приказал он.
— Не пойду! — отрезала она.
— Ты не пойдешь? — Он в ярости повернулся к ней. — Ты, ужасное мелкое создание! Хуже тебя я на свете не видывал! Я рад, что избавлюсь от тебя! Ты пойдешь со мной, слышала!
— Он железной хваткой взял ее за запястье, но она обернулась вокруг себя и тесно прижалась к нему.
— Дэнни! Я не хочу уходить! — Она едва дышала и была так близко к нему, что накал этих фраз он скорее почувствовал на губах, чем услышал.
А затем он закрыл глаза и прильнул к ее губам и подумал, забирая ее в свои объятия, что, наверное, раздавит ее хрупкое тело.
— Джинкс… дорогая… дорогая!
— Дэнни, ты неповторим! Ты просто само обаяние…
Казалось, они были отрезаны от всего остального мира этим небольшим самодельным тентом, нависающим над диваном, и не только им. Он закрыл ее от всех своими руками, словно смыкая ворота замка за теми единственными двумя живыми существами, которые могли пройти через них. Они смотрели друг на друга искрящимися от смеха глазами. И он говорил ей самые искренние слова, которые только способны сорваться с людских губ, о чувствах, для выражения которых слов и вовсе не нужно.
И Лори забыл обо всем на свете, включая то, что он был репортером…
Только в десять минут девятого он вспомнил.
— Бог ты мой! — вскричал он и подскочил. — Я же опоздаю к сроку.
— Какому сроку?
— Такому! Я должен бежать! Любимая, я очень скоро вернусь!
— Ох, тебе правда нужно идти? Только тогда поторопись, ты же знаешь, как я буду по тебе скучать, любимый!
Лори добрался до своей машины и поехал в редакцию так быстро, как только мог. Он был слишком счастлив, чтобы думать о чем-либо еще. Его душа пела, ревел двигатель мотора. Машину несло от зигзага к зигзагу, она подпрыгивала так радостно, будто впервые выбралась на волю. Другие водители бранились ему вслед, но Лори только смеялся, откинув голову.
Затем он вспомнил, что у него не было статьи для мистера Скрэгса. Он схватил записную книжку и стал быстро набрасывать в ней слово за словом. Чудом было то, что он добрался до офиса «Рассвета» без аварий, притом, что держал руль одной рукой, в другой у него была записная книжка, разум его был вовлечен в работу, а сердце отчаянно билось при воспоминаниях о произошедшем дома.
— А вот и мы! — зловеще воскликнул мистер Скрэгс, когда Лори ворвался в офис.
Самого Лори до сих пор переполняло счастье, и он даже не заметил грозовой тучи, нависшей над ним.
— Да, я вовремя, разве нет? — радостно объявил он.
— Вовремя? А что насчет новостей?
— Новости? А, да, конечно, новости! Есть! Самые сенсационные, мистер Скрэгс! Винфорд пришел в условленное место, но Проклятого Дэна там не оказалось!
В офисе повисла такая гробовая тишина, что Лори невольно оглянулся, явно удивленный.
— Я хочу знать, — медленно сказал мистер Скрэгс напряженным голосом, дрожа от холодной ярости и еле сдерживаясь, — я хочу знать, откуда берутся твои чертовы новости!
— А что… в чем дело?
— В чем дело? Тупоголовый недоумок, полный идиот! Ни в чем особенно, за исключением того, что номер «Планеты Диксвиль» вышел с полчаса назад, и там…
— Ох, правда?..
— …и Проклятый Дэн пришел-таки на встречу, ты, вонючий кусок репортера!
— Он… пришел?
— Где ты шлялся все это время, ленивый молокосос? Разумеется, они, пришел, но не привел девчонку, потому получил некоторую часть суммы и пообещал привести ее позже!
У Лори просто не было сил как-либо отреагировать или что-либо сказать в ответ: он молча стоял с закрытыми глазами, безнадежно опустив руки.
— На самом деле, — добавил мистер Скрэгс, — он пообещал привести ее через час!
— Что? — Лори подпрыгнул к нему так, будто готов был задушить его.
— Я хочу знать, — кричал в безумном удивлении мистер Скрэгс, — что за причина твоего странного… Какого черта?! Эй! А ну стой! Немедля вернись! Куда ты пошел?
Но Лори его не слышал. Он метеором спустился по лестнице на улицу, сел в спортивную машину…
Его квартира пустовала, когда он добрался туда. Аромат духов Джинкс до сих пор витал где-то в воздухе. Пара красивых тапочек была заброшена на стул. Подушки на том диване, где они сидели вместе, были смяты…
На столе он нашел записку.
Дорогой партнер, я изменил свое решение. Зачем же мне ждать еще целый день, когда я могу все провернуть сегодня же? В качестве компенсации я вышлю тебе часть бабла позже. Бывай, спи сладко. Не вопи на каждом углу, иначе я тоже завоплю.
Курносый Томсон
VI
— Вы, господа из прессы, — сказал мистер Бинфорд Лори, — мне так изобретательно досаждаете, должен признаться. Вы должны понимать, что я и без того не в настроении давать вам интервью и делиться информацией на всю эту больную тему… Нет, повторяю, тот, кто называл себя Проклятым Дэном, не пришел на вторую встречу, хотя обещал быть через час. Я безтолку прождал его и затем вернулся домой. Вот и все, что мне известно… Но мне бы хотелось, чтобы вы, молодой человек, не были столь настырны, поскольку ваши визиты ко мне стали происходить чрезвычайно часто.
Лори в безнадежности уставился на него.
— И на вашем месте, — строго добавил мистер Бинфорд, — прежде чем трезвонить в дверь поутру, я бы хоть немного приводил себя самого в порядок.
Лори скользнул бездумным взглядом по большому мраморному залу резиденции Виндфора и наткнулся на зеркало. В нем отражался измученный молодой человек с растрепанными волосами, непослушные и мокрые пряди которых свисали ему прямо на лоб; на голове у этого молодого человека задом наперед сидела кепка, рубашка у него была расстегнута, а галстук болтался где-то на плече.
Этот вид его нисколько не смутил, у Лори уже столько всего приключилось за день, что на внешний вид он попросту не обращал внимания. Последним ударом для него стало то, что когда он помчался к мистеру Виндфору прямиком из своей квартиры, то обнаружил, что Джинкс там нет, один лишь ее отец, только что вернувшийся с несостоявшейся второй встречи с Курносым Томсоном. Почему же этот подонок не пришел на встречу? Почему? Теперь Джинкс была в его власти. Что же произошло?
Лори с почтением поклонился мистеру Винфорду.
— Прошу прощения, мистер Винфорд, — сказал он бесцветным голосом. — Я кое из-за чего серьезно расстроен… Спасибо за информацию… Спокойной ночи.
Он развернулся и зашагал прочь, оставив позади большой мраморный зал резиденции мистера Бинфорда, его самого, возвышающегося рядом с величественными колоннами, и миссис Винфорд, тихо плачущую где-то в соседней комнате.
Его спортивная машина грохотала, как сумасшедшая, но мчалась дальше по дороге, покрытой гравием, спускаясь вниз с холма, на котором стоял особняк, мимо фонтанов, булькающих в темноте, прочь к мерцающим огонькам города у подножья.
С каждой секундой его лицо мрачнело все сильнее. Выражение его лица теперь было спокойным и неумолимым. Сейчас он мог предпринять только одно — и он на это решился.
Он поехал прямо в штаб-квартиру полиции, чтобы направить их по следу Курносого Томсона. Он знал, что как только его схватят, то тот обязательно выдаст и его самого. Впервые он почувствовал холодок, пробежавший по его спине, при мысли о тюрьме. Так вот какая судьба была ему уготована! Этот будет такой оглушительный конец для его журналистской карьеры, которая начиналась так замечательно! А теперь похититель, преступник, заключенный… Что же, и все-таки это было необходимо сделать!
Он не колебался ни секунды, поскольку вся причина, толкнувшая его на этот поступок, выражалась в одном имени — Джинкс! Все его естество в этот момент переживало лишь за ее судьбу. Где же она сейчас и что с ней? Он прикрыл глаза, чтобы перед ними не маячил образ Курносого Томсона…
В офис главного инспектор Раферти Лори вошел с гордо поднятой головой, абсолютно спокойный и решительный, как генерал, готовый к смертельной схватке, в предвосхищении знаменательного момента.
— Зовите своих людей, инспектор, — велел он, — чтобы арестовать похитителя мисс Винфорд.