Вот это меня заглючило!
Я поспешно перевела взгляд на тётку и застыла. Нет, у родственницы рога не выросли, но всё её лицо было покрыто светящимися линиями – такие во всяких передачах про пластическую хирургию рисуют. Это что, магическая борьба за гладкость кожи? И что за красную гадость выплетают пальцы Аглаи?
– Вы что творите? – выкрикнула я, когда тётушкино творчество полетело прямиком в моего дракона.
Моя собственная ладонь, вскинутая, чтобы перехватить этот «подарочек», полыхнула зеленью. Красная паутинка, ловко обогнув мою руку, ускорилась и с разгона врезалась Ррорку в грудь. Но отскочила, как теннисный мячик от ракетки, и понеслась обратно. А через миг сгинула… в широком рту соседки.
– М-ням, – произнесла она, облизываясь длиннющим языком. Мамочки, что это за чудо-юдо такое? – Как у вас тут интересно… – продолжила Линда. – И вкусно! Я пирожок-то занесу?
– Разумеется! – ответил Ррорк, скидывая капюшон. На его полностью покрытом чешуёй лице улыбка смотрелась жутко. – Мы очень ждём, – добавил он, сверкнув пожелтевшими глазами, и приглашающе взмахнул когтистой… уже не рукой, а почти лапой: – Дамы, прошу!
– Кар! – попыталась высказать протест ворона, но её мнение никого не заинтересовало.
Ррорк
Как же прелестен этот «не магический» мир! А особенно – его нравы. Одна из платья выпрыгивает и выпечкой совращает; другая, не удосужившись даже познакомиться, приворотами швыряется… И только моя ведьма упорно делает вид, что не отличает меня от стен. Это Ворлак так пошутил? Или у Вареньки иммунитет к конкретно моим харизме и обаянию?
А может, у неё на драконов в целом аллергия?
Проверять, показывая других, не буду! Замучаюсь потом своё сокровище защищать и прятать.
– Ну и чего ты этим добиться хотела? – нарочито ласково поинтересовался у гостьи, накрутив на коготь прядь её волос.
Аглая молча вжалась в спинку стула, покусывая губы.
Признаться, её внешнее сходство с Варварой несколько мешало вести допрос – не получался у меня по-настоящему грозный вид. Но можно же и без банального запугивания обойтись.
– Не заговоришь сама, я и заставить могу!
– Как в офисе? – подала голос Варя, сидевшая по другую сторону стола и зачем-то угощавшая ворону орехами.
– Примерно. Немного магии – и твоя «не сестра» нам всё расскажет.
– Тогда не надо! Не хочу ничего знать, – проявила внезапное благоразумие моя ведьма. – Я уже от коллег наслушалась – до сих пор перевариваю.
И ведь я готов был отпустить с миром, но Аглая при упоминании коллег так гаденько ухмыльнулась…
– Как скажешь, драгоценная, – не менее гадко ухмыльнулся я. – Без магии так без магии. Я просто пару линий когтем прочерчу, хорошо? Гарантирую, что заживать будет долго и болезненно. И никой морок следы не скроет. – Врал, конечно, но вполне убедительно.
– Убери от меня своего демона! – взвыла Аглая.
Ну вот – и эта туда же, тоже драконов никогда не видела. Впрочем, оно и к лучшему! Наверное…
– Я не вовремя? – томно промурлыкала с порога гостиной Линда. – Просто пирожок занесла обещанный. Кстати, у вас там дверь не закрыта и охранное плетение на соплях болтается – наверное, гостья отковырять успела.
– Что болтается? – переспросила Варя.
– Ой, Ромочка, – проигнорировала вопрос соседка. – Вы же наверняка с Вареньки проклятие будете снимать. Не возражаете, если я его съем?
– Кар! – прорезав повисшую тишину, потребовала новый орех ворона.
Ведьма молча ей его дала. И эту новость, видимо, переваривает. Ну-ну.
Варя
К такому жизнь меня не готовила!
Я знала, что ничего хорошего от родственницы ждать не стоит, но проклятие на неудачи и одиночество – это как-то слишком. И из-за чего? Из-за того, что бабушка свою силу отказалась дочери отдать? Так я-то тут при чём?
Не моя вина, что у кого-то характер мерзкий. Я бы на месте ба тоже такой подлой особе власть не доверила, будь она хоть трижды моей прямой наследницей! А ведь способность колдовать и есть власть – вон какой Ррорк на моей бывшей работе кавардак устроил, особо не напрягаясь. А тётка и с имеющимся слабым даром нехило так мне жизнь испоганить умудрилась, как выяснилось.
Второй причиной злости Аглаи оказались бабушкины дневники, так же угодившие в мои, а не в её руки. Ну а пуговица стала просто поводом в очередной раз заявиться в мою квартиру и попытаться тетради выкрасть.
Однако всё это я выслушала почти спокойно. А вот когда тётка призналась, что в моего дракона приворотными чарами запулила, чтобы меня поддержки лишить, я чуть сама не побежала за дневниками – должно же в них быть заклятие, от которого бородавками покрываются! Ну, или что-то подобное.
Злость меня взяла такая, что руки опять заискрили, и глаза, подозреваю, тоже. Иначе с чего всей собравшейся за столом компании так на лицо моё пялиться. Ворона и та орех из клюва выронила, а потом мелкими боковыми шажками подобралась ко мне поближе и, словно кошка, требующая ласки, потёрлась о плечо.
На этот раз глаза сверкнули у Аглаи – тускло, но различимо. И дар речи, на время пропавший от вывертов моего дара, вернулся с утроенной силой, изрядно сдобренный нецензурной лексикой. Ба мне бы за такое уши оборвала, а у этой всё, смотрю, на месте. Исправить ошибку, может? Пульнуть в неё магией – чего без дела полыхает? – или по старинке руками в ненавистную родственницу вцепиться?
Пока Аглая вопила, а я обдумывала кровожадный план, Линда счастливо улыбалась. Соседка была потомком кикиморы, о чём мне тихо поведал Ррорк, и сейчас с аппетитом поглощала наш «негатив». Дракон же… он просто молчал. Правда, недолго. Дав моей тётке признаться ещё в паре-тройке грехов, дракон рявкнул «Достаточно!» и щёлкнул пальцами. Эффектно так, с огоньком. Даже не знаю, отчего Аглая заткнулась: от его приказного тона, от страха или от магии, которую, надо полагать, он опять применил.
Линда скисла, будто у неё из-под носа тортик увели. А я внезапно почувствовала себя дико уставшей. Не столько физически, сколько морально. И единственное, чего мне хотелось сейчас, это выгнать всех незваных гостей вон…
А ворону – оставить.
Умная, красивая и ласковая. Нельзя её Аглае отдавать!
Себе заберу в качестве домашней зверушки – всё не в пустую квартиру возвращаться. Будет мне компания, когда дракон в свой мир уйдёт.
ГЛАВА 7
Ррорк
– Ну и зачем тебе это облезлое пугало? – прозвучало грубо, но мне простительно. На обрыв связи между птицей и её бывшей хозяйкой ушли последние крупицы силы. Те, что ещё оставались после запрета на визиты, наложенного на Варину злобную родственницу.
Не совсем, конечно, последние, но таким слабым я не ощущал себя никогда. Случись что, как буду защищаться и – главное – своё защищать?
Привязка, к счастью, была хиленькой – пара ниточек на послушание и сообразительность. На большее Аглае ни дара, ни знаний не хватило, хвала Ворлаку! А не то пришлось бы мне наизнанку выворачиваться, чтобы очередное желание закапризничавшей ведьмочки выполнить.
– И вовсе не пугало! – возмутилась Варя, притягивая к себе ворону и буквально впихивая ей в клюв очередной орех. – Фридочка хорошая! За ней просто плохо ухаживали. Издевались, в окна заставляли подглядывать, в сумках таскали – от такой жизни и у тебя бы чешуя посыпалась.
– Кар! – согласилась птица и нагло уставилась на меня. Клянусь, в её чёрных глазах плескалась насмешка. Мол, да, я с твоей ведьмой останусь навечно, и ничего ты мне не сделаешь!
– А я её подкормлю, – продолжила сюсюкать с хитрой тварью Варвара, – сразу и пёрышки восстановятся. Будет красавицей!
– Кар! – Вот хорошо, что анатомия пернатых не предполагает высовывания языка, а то прибил бы нахалку.
– Выброси ты её в форточку, пока не поздно!
– Кар-р-р?
– Чего? – возмутились дамы хором.
– Хочешь фамильяра, так я тебе лилового карликового грифона подарю или радужную рысь. Или ещё что-нибудь милое и пушистое.
– Как же, подаришь! – пробурчала Варя, наглаживая своё чёрное чудовище. – Исчезнешь, как только ритуал позволит, и даже не вспомнишь.
– Что-что? – Мне кажется, или в её голосе прозвучала грусть?
– Говорю, проверь, открывается ли портал. И если да, то иди уже! Не отвлекай меня от важных дел.
– Кар-р-р! – нет, она точно издевается! Вернее, они – обе!
Огонь на ладони зажёгся сам по себе, истощая и без того изрядно прохудившийся резерв.
– Варенька, сходи-ка ты на кухню – чайник поставь. А мы с Фридочкой пока пообщаемся!
– К-к-кар-р-р?
– Не дам! – переполошилась ведьма, прижала ворону к груди и, вскочив из-за стола, зачем-то понеслась прочь из гостиной.
– Да я же совсем чуть-чуть! – ухмыльнулся я, бросаясь следом. – Только разъясню ей правила поведения в моём доме…
– Это мой дом! – на бегу поправила меня Варя. Вот зачем она дракона провоцирует? Я и без того с трудом контроль удерживаю. – Вернее, наш! – Вот! Может же, когда захочет – всё же чутьё у ведьм врождё… – В смысле, наш с Фридой!
– Р-р-р!
– Ке-ке-ке… Кар-р-р!
Позже…
Сквозь свежую с живописно обгоревшими краями прореху в шторе заглядывала луна. Очередной карниз болтался на честном слове, норовя вот-вот совсем отвалиться. Чёрное чудовище сердито таращилось на меня со шкафа, топорща перья и нервно перебирая лапами по краю. Чуть слышный скрежет когтей фамильяра вторил тихому дыханию его хозяйки.
Ведьма спала, свернувшись калачиком, а я сидел рядом и смотрел на неё, как какой-то маньяк, ведь меня в эту спальню не приглашали.
От проклятия, наложенного на Варю, и следа не осталось. Оно вообще выеденного яйца не стоило, потому я, наверное, вредоносные чары сразу и не заметил – не привык с такой мелочёвкой возиться. Да и не искал, если честно, а стоило бы. Глядишь, все проблемы девушки сразу бы решил и отправился домой. И не было бы и шанса поселиться в моей груди этим странным чувствам.