Он протянул ко мне широкую, словно лопата ладонь, и я окаменела в попытке не дернуться, не показать, насколько мне неприятно предчувствие чуждого касания.
— Ту… — угрожающе произнес Аль-Парам.
— Не трону, — хмыкнул хозяин вечеринки. — Если, конечно, сам не поделишься по-свойски.
Бог мой. Усилием воли я не отвела глаз, только пренебрежительно дернула уголком рта, копируя бесящую меня манеру Шай-Гирима. Глубоко вдохнула и едва не качнулась от сладковато-душного запаха. Есть! Темнокожий аристо был буквально пропитан тем самым ароматом, который мы так искали.
— Я Бабочкой не делюсь, только если с братом, — хохотнул Аль-Парам, обнимая меня за плечи. В демоническом облике он возвышался надо мной на целую голову. — Она особая девочка, лучше меня и Шая не злить, если ты понимаешь о чем я.
Молодые демоны замерли, буравя друг друга взглядами, чуть поводя плечами, будто приноравливаясь как поудобнее сцепиться. Сзади все ближе подходили гости. Чье-то дыхание било в спину, провоцируя сжаться, исчезнуть, осознать, насколько я здесь не в своей силовой категории.
— И не надо никого злить, — вдруг легко согласился Ту-Рахан. — Со мной другие делятся с радостью. Хтон, где там твоя новая малышка?
Вокруг разочарованно зашумели. Молодые демоны, а почти все присутствующие были именно ими, ожидали драку и в голос сожалели, ее не получив.
Я моргнула, осознав, что все это время так и простояла ледяной статуей. Вцепившиеся в локоть Аль-Парама пальцы не хотели разжиматься, пришлось приложить усилия. Тут же пришла боль и «иголочки», мелко заколовшие от прилившей крови.
— Отведи ее на диваны к остальным нульри, — хозяин дома махнул в глубину зала, — потом, если захочет, поест и потанцует. Слуги их развлекут и не дадут заскучать, пока мы будем заняты.
Надеюсь, я не слишком громко выдохнула. Темнокожий гигант меня пугал, несмотря на внешнюю обходительность и не слишком монстровый вид. Он скорее был похож на атлета-африканца, зачем-то украсившего голову рогами.
По первому впечатлению вполне приличный тип по сравнению с окружавшей жутью. Вот только грязно-желтый блеск глаз отдавал безумием, ощутимым, несвежим, словно подернутым плесенью. Заставлял ежится.
Я шагнула вслед за Аль-Парамом. Но словно потянутая за ниточку, повернула голову, мельком покосившись на Ту-Рахана, оставшегося стоять во главе своей многочисленной свиты.
И обнаружила, как он, не скрывая ухмылки, жадно изучает мои ягодицы, туго обтянутые платьем. Кажется, мой вид привлек внимание, как и планировалось, но прямо сейчас я засомневалась, так ли неприкосновенна была в глазах молодых аристо, как меня уверял Шай-Гирим.
Он сам мне говорил про новое поколение, не знающее авторитетов. Сборище, куда мы попали с Аль-Парамом, совсем не было похоже на надменное собрание любителей зрелищ из вечеринки Танцующих Островов. Гостей было не больше пятнадцати, но вели себя они шумно, хохотали, спорили в голос.
Пока меня довели до диванов, у одной из стен сцепились двое по пояс обнаженных здоровяков. Они угрожающе толкали друг друга, сталкивались рогами, дело дошло до первого удара ногой, но полноценной драки не случилось, демонов растащили.
— С места не вставай, — тихо сказал Аль-Парам, подведя меня к одному из двух кожаных диванов, расположенных друг напротив друга. Широкие и длинные, шести или семиметровые, кряжисто-грубые, точно предназначенные для выдерживания любого веса.
И тем контрастней на них смотрелись две юные девушки. Всего две.
Пухленькая блондинка, румяная и крепенькая как свежеиспеченная булочка. И высокая костистая брюнетка с широкими плечами. Ярко накрашенные лица повернулись ко мне одновременно, словно управляемые невидимым кукловодом.
— Новенькая, — вяло пробормотала блондинка, когда Аль-Парама криками позвали обратно в центр залы.
— Не жмоться, мужиков на всех хватит, — хохотнула брюнетка. Встав с блондинкой на четвереньки, они медленно двинулась по дивану в мою сторону, изучая меня с любопытством сытых домашних кошек, на чьей территории появился некто нестрашный, но не особенно привлекательный. Так, разок посмотреть.
— Тебе, Радка, и мужик-то особо не нужен, — пропела блондинка, вытягивая руку и внимательно рассматривая алый маникюр на ногтях. — Попрыгаешь, магией закинешься до полного прихода и плевать, кто тебя потом трахает.
Н-да. Местные нульри тоже отличались от тех разряженных моделей, которых я до этого видела. Моя соседка по комнате и университетская подруга Барбара сказала бы, что «эти девочки точно видели жизнь».
— Э. Привет, — сказала я, настороженно их рассматривая. — Я — Эмили. Нульри сиятельного Шай-Гирима, пришла с его братом.
— Та забудь, — хихикнула блондинка. — Чьей бы ты ни была раньше, теперь будешь общей, после того как Ту-Рахан наиграется. О-о-о, он такой… неутомимый. Сильный… Обнимет и дух захватывает.
Пока я пыталась переварить услышанное, до меня доползла брюнетка. Из ее спутанных волос торчала пара меховых ушек, приклеенных на детский пластиковый ободок.
— Бетти у нас нимфоманка, — доверительно сказала она, почти коснувшись меня носом и дохнув в лицо знакомым сладким запахом.
— Назад, — возможно, прозвучало несколько грубо, но мне было не до дипломатии. Я выставила вперед ладонь, отодвигая чрезмерно наглую девицу. — Вы что-то напутали, девушки. Я не собираюсь составлять вам конкуренцию, и тем более — претендовать на хозяина дома. Мы пришли как гости и уйдем сразу после окончания вечеринки.
Девицы переглянулись и рассмеялись. Смех Рады звучал издевательски, а вот в фырканье белокурой Бетти мне послышалось сочувствие и толика жалости.
Она кинула диванную думку в крепкую брюнетку, та гибко увернулась, демонстрируя отличную реакцию. Бархатная подушечка улетела в темноту, там, где теснились деревья у стены, а Рада опять смеялась, закидывая голову. Практически отсутствующая грудь и гладкая нежная кожа делали ее похожей на хулиганистую девочку-подростка. Все портили хриплый голос и вульгарная косметика, подчеркивающая угловатые черты лица.
— Не жалей ее, — рявкнула она подружке, когда пришлось увернуться от следующей летящей в лицо думки, — Ту-Рахан не пустит в дом чужую нульри, если не собирается ее присвоить. Ты же знаешь, дуреха, его пунктик. Он ищет сильную, чтобы принимала его полностью, а не подыхала как ты через час. А эта златовласка была нульри сиятельного и вон какая здоровехонькая, небось, принимает как пылесос.
Меня передергивало от каждого слова, но я сцепила зубы и слушала, впитывая информацию как губка. Пока Рада в эмоциях, она фонтанирует нужными мне сведениями, рассказывает как на духу.
Значит позвали нас с Аль-Парамом не просто так. Чернокожий аристо повелся на мой статус и решил каким-то образом украсть у сильного демона его официальную спутницу, а зная Шай-Гирима и его силу, остается только удивляться наглости хозяина дома.
Только один вариант выводил Ту-Рахана из-под удара: если виновным в моей пропаже сделают кадета.
— Вы так много знаете, — льстиво пробормотала я, переводя внимание ругающихся девиц на себя. — Совсем не как другие нульри, мы-то вообще ничего об Умбре и демонах не знаем.
— Не демонах, а дэймонах. — Бетти потерла раскрасневшиеся щеки и плюхнулась на диван. — Это в других домах нульри живут дней десять от силы, а некоторые и неделю с трудом вытягивают. Мы с Радкой — совсем другое дело, нас мальчики снова и снова вытаскивают уже месяца четыре. Глядишь, всю жизнь так и проживем, весело. Ты не печалься, дорогая, может и тебе понравится.
Она потянулась роскошным телом, натягивая тонкую, едва присутствующую ткань платья-туники, встала и двинулась, покачивая бедрами, мимо меня в темноту, но внезапно взвизгнула, взмахнув руками:
— Ой, Архитектор! Ты тут? Сидишь тихо и слушаешь? Радка, ты посмотри на него! Опять нас будет уговаривать домой идти. Небось и новенькую запутать решил.
Нас подслушивали. Кто-то прятался между толстых стволов невесть как выращенных растений и внимательно наблюдал.
За откровениями двух странных девушек, за моими осторожными расспросами.
Я сидела спиной к неизвестному, мне важно было видеть зал, где толпились демоны, слишком сильно беспокоилась за Аль-Парама. Да и невольно выискивала других знакомых кадетов, которые должны были попытаться проникнуть на вечеринку.
Следила за центром и пропустила нечто важное прямо за своей спиной.
— Новенькая? Девушка не хочет оказаться среди вас.
Диванная боковина заскрипела и рядом со мной опустился… эльф. Иначе трудно было назвать высокого и гибкого как лоза молодого человека с аккуратно заостренными ушами.
Демоны тоже после превращения в боевую форму становились владельцами острых кончиков на ушах, но гривы их волос и тяжелые рога отвлекали от этой неброской особенности.
Зато тот, кого девушки назвали Архитектором, сделал эту малость удивительно красивой фишкой, пустив по краю хряща россыпь серебряных украшений. Серебро явно было его любимым материалом, все им блестело, начиная от унизанных кольцами пальцев до тяжелых блестящих пряжек, украшавших черный бархатный колет.
Русые волосы эльф убрал назад, открывая высокий чистый лоб и разрешая прядям ровной гладкой волной касаться плеч.
Где-то я уже слышала об Архитекторе… А-а-а. Иса Монблан, соседка Шай-Гирима и хозяйка Танцующих Островов объявляла, что праздник конструировал лично Архитектор, и произносила это так, словно отчаянно этим хвасталась.
— Имела честь видеть вашу работу совсем недавно, — вежливо произнесла я, осторожно изучая вольготно усевшегося рядом молодого мужчину.
Красив. Но до чеканных черт сиятельного или до могучей фигуры Ту-Рахана ему расти и расти. И все же что-то завораживающее было во внешности «эльфа», какая-то живая, опасная грация.
— Вы прекрасно показали себя на соревнованиях, — сказал Архитектор. — Мои рыбки от вас без ума.
Вспомнив здоровенных рыбин с явными зачатками интеллекта, я содрогнулась и попыталась отодвинуться от мужчины. Но быстро передумала, когда повернула голову и столкнулась взглядом с Радой, жадно прислушивающейся к разговору. В этом доме, куда не посмотри — одни неприятности.