— А вот мне никогда не бывает трудно раскаяться в чем-то, ваша светлость.
Герцог присел на перила, скрестил руки на груди и удивленно посмотрел на нее.
— Правда? А мне как раз казалось, что вы из тех, кто разбрасывает камни, но не из тех, кто их собирает.
Ни тусклый свет террасы, ни полумаска на лице Меган не могли скрыть того, как она зарделась.
— И вовсе… Вовсе нет. Я не утверждаю, что всегда веду себя правильно… Но ведь я не ношу столь высокий титул.
— А если бы он у вас был, стали бы вы менее испорченной, более добропорядочной?
Меган вся напряглась:
— Интересно знать, что дало вам право так рассуждать обо мне?
— Пожалуй, интуиция.
В девушке вновь пробудилось разочарование, еще большее, нежели то, которое она испытывала в уверенности, что сегодня не встретится с герцогом. Это рассердило ее. Меган понимала, что все идет не так, как надо, и если она немедленно не уйдет, то скажет что-нибудь такое, после чего нельзя будет рассчитывать на будущее — если только герцог сам как-то не исправит положение.
— Кажется, я уже достаточно надышалась. Прощайте, ваша светлость, доброй вам ночи.
— Прошу вас, не так быстро, дорогая!
Не только слова задержали ее — его руки притянули Меган к себе так, что она оказалась почти у него на коленях.
— Я снова рассердил вас? — спросил герцог с нахальной усмешкой.
«Надо же быть таким идиотом, чтоб еще спрашивать», — подумала Меган, а вслух произнесла:
— Да, рассердили, и с каждой секундой я сержусь все больше. Позвольте мне…
— Я не хотел рассердить вас.
У девушки вновь появилась маленькая искорка надежды. Может, герцог был немного не в себе сегодня? Может, он рассчитывал видеть в ней более искушенную женщину, чем была Меган на самом деле, и зря она так обижалась на него?
— Чего же вы в таком случае хотели?
— Я мечтал многого добиться от вас.
Так она и знала! Он не мог не сказать этого! Теперь Меган едва ли захочется встречаться с ним.
— В каком смысле? — смело спросила она.
— Мне надоела моя любовница. Я хотел бы, чтобы вы заменили мне ее.
— Любовница?! — воскликнула девушка.
Герцог же, будто не услышав ее возмущенного крика, продолжал:
— Мне кажется, у вас это блестяще получится. Полностью не уверен, но мы могли бы попробовать. Пойдемте отыщем какое-нибудь укромное местечко в саду и там…
Звонкая пощечина прервала его возмутительные предложения. Меган отпрянула от негодяя. На этот раз герцог и не пытался удержать ее. Но девушка теперь не спешила уйти. Пощечина — это так мало. Ей хотелось высказать ему все ругательства, какие только она знала, повторить ему все характеристики, которые выдавал в его адрес Девлин: «развязный наглец, проходимец, растлитель малолетних», — но Меган так задохнулась гневом, что не смогла вымолвить ни слова.
Ей захотелось сорвать с него маску. В конце концов, если Меган не собирается больше иметь с ним дело, то и не будет потом раскаиваться в этом поступке. Как огорчали ее мысли о том, что она не увидится сегодня с герцогом, — и вот теперь девушка встретилась с ним, и ее огорчение от этого оказалось куда сильнее.
— Так вот вы где, мисс Пенуорзи. Вы обещали мне этот танец.
Девушка в растерянности обернулась, чувствуя себя так, будто ее застукали вдвоем с этим растленным человеком, а теперь она знала, что Эмброз Сент-Джеймс — человек растленный. Перед нею стоял друг герцога, маркиз Фредерик, которому Меган обещала следующий танец. А что, если и он такой же? Вполне возможно. Будет лучше, если с этих пор она станет избегать обоих.
— Сэр, вы водите дружбу с недостойными людьми, — объявила она маркизу самым холодным тоном. — Вот с такими, например. — И Меган указала пальцем себе за спину.
— С такими? — спросил маркиз Фредерик.
Видя его изумление, девушка нахмурилась, затем оглянулась и поняла, чему он так удивлен — сзади нее на перилах террасы уже никто не сидел.
Гнусный герцог Ротстон исчез, испарился без следа, даже куст на другой стороне перил не шевелился, чтобы свидетельствовать о его бегстве. Могла ли Меган подумать, что Эмброз Сент-Джеймс станет так вести себя? Нет, очень хорошо, что она познакомилась с ним. Теперь-то Меган точно знала — высокие титулы ничего не значат.
Глава 17
— Ну что же ты не скажешь: «Я же тебя предупреждала»?
Они приближались к дому, карета Робертсов медленно катила по дороге, лошади бежали убаюкивающим шагом. Какое-то время девушки ехали молча, покуда мать Тифани не задремала.
Тифани и сама уж было стала дремать. Мягкий, но настойчивый вопрос, заданный Меган, моментально заставил ее встрепенуться.
— Я и не думала, что ты до сих пор пережигаешь.
А Меган как раз ничем иным не была занята, она горестно переживала свою колоссальную глупость. Просто, рассказывая подруге обо всем случившемся, она сумела скрыть свои эмоции.
— Ну, скажи мне, что я дура. Я этого вполне заслуживаю.
— Нет, не заслуживаешь, — вежливо ответила Тифани. — И я не собираюсь издеваться над тобой. Возможно, я не показывала своих чувств, но в действительности мне очень хотелось, чтобы все было так, как ты мечтала. Уверяю тебя, я разочарована в Сент-Джеймсе не меньше, чем ты.
— Я не разочарована и не расстраиваюсь, — вздохнула Меган. — В конце концов, уже не расстраиваюсь. Я только ужасно злюсь на себя за то, что возлагала такие большие надежды на человека, которого совершенно не знала. И ты пыталась указать мне на это бесчисленное множество раз. Я до сих пор не могу поверить, как гадко все было. Но еще больше я злюсь на него. Ну как тут не злиться! Разве титул герцога дает право быть мерзавцем? Наоборот, он требует от носящего его человека чистоты. Разве не так?
— Конечно так. Но в данном случае титул опозорен своим владельцем. И такие случаи — не редкость.
— Нужно издать закон, предусматривающий такие случаи! — прорычала Меган.
Тифани ничего не сказала в ответ. Лишь минуту спустя она от души рассмеялась.
— Считай, что я этого не говорила, — сказала Меган и тоже засмеялась.
— Ладно. Хотя я полностью была бы за принятие такого закона.
Меган расхохоталась во весь голос.
— Не смеши меня, а то я разбужу твою матушку.
Тифани вновь сделалась серьезной.
— Увы, это так. Большая власть и процветание портят людей, а у Сент-Джеймса есть и то, и другое. А жаль. Кто знает, будь он разорившимся герцогом, возможно, он был бы хоть чуть-чуть благороднее.
— Но тогда у меня не было бы надежд на наследство, которых у меня и так нет.
— Что жалеть о прошлогоднем снеге, — вздохнула Тифани. — Скажи лучше, ты готова совершать более благоразумные поступки?
— Ты имеешь в виду, что я должна сама подыскать себе кого-то?
— Во-первых, это, а во-вторых, что гораздо важнее, полюбить его. Вот что действительно нужно сделать в ближайшее время.
— Теперь я понимаю, — вздохнула Меган. — Любовь не гарантирует титулов.
Услышав это, Тифани очень удивилась.
Меган с удрученным видом пожала плечами:
— И да, и нет. Конечно, мне хотелось бы ухватить леди Удачу за шлейф, а без титулованного мужа я не могу это сделать, так что, конечно, мне хотелось бы… Но теперь я уже на это не рассчитываю.
Тифани поцокала языком.
— Это звучит так, будто ты сдаешься, когда игра еще не началась.
— Просто с некоторых пор я трезво гляжу на вещи.
— Трезво? Это ты называешь трезво? Ты забыла, что на деле наполовину добилась того, чего хотела?
Меган нахмурилась.
— Что ты имеешь в виду?
— Первым пунктом твоей программы было заставить герцога Ротстона проявить к тебе любовный интерес. Этого ведь ты добилась? И не твоя вина, что он оказался распутником с аморальными наклонностями. Мег, ведь ты, как бы то ни было, привлекла его.
— Да, привлекла. А ведь и впрямь…
— Так что я не волнуюсь о твоем будущем титуле. У тебя будет еще дюжина возможностей, когда ты приедешь в Лондон, только выбирай. Однако теперь сначала разузнай все как следует, выбери человека, в которого тебе захочется влюбиться, влюбись и тогда уже действуй. У тебя масса возможностей, и, честно скажу, я советую тебе не упускать их.
— Ты-то советуешь, да только вряд ли найдется много таких, как твой Тайлер.
— Это верно. Но ты забываешь, что я влюбилась в Тайлера до того, как узнала, какой он чудесный; в самый первый день, как только встретила его, тогда же и влюбилась. Мне просто повезло, что он такой чудесный, но будь у него какие-нибудь недостатки, я и тогда не разлюбила бы его. Когда сердце приказывает, мы уже не в силах разбираться в дурных и хороших свойствах человека.
— Не очень-то это ободряет, Тифи. Я все больше убеждаюсь, что сначала нужно найти человека, разузнать все о нем хорошенько, а уж потом давать волю чувствам.
— Успокойся, в любом случае все хорошо — или ты поначалу узнаешь о мужчине все и уже не будешь тратить время на какого-нибудь проходимца, или ты сперва влюбишься, а потом уж будешь смиряться с какими-то его недостатками. Ты согласна?
— Согласна. Только скажи, сколько требуется времени, чтобы влюбиться в человека, которого выберешь.
Глаза у Тифани стали круглыми:
— Это ты у меня спрашиваешь? Откуда мне знать!
Глава 18
Меган не терпелось поскорее добраться до дома. Когда она, наконец, приехала, то, к своему удивлению, обнаружила, что ей гораздо больше хочется на конюшню повидаться со своей лошадкой, нежели идти в дом и поздороваться с отцом. Девушка соскучилась по утренним прогулкам верхом. Надо же так сильно соскучиться, пробыв вне дома всего четыре дня.
А ведь Меган и раньше случалось уезжать из дома. Вспомнить хотя бы ту поездку в Кент за подарком к ее двенадцатилетию или те несколько поездок за покупками в окрестные города, расположенные гораздо дальше, чем Тидэйл, — но ведь тогда она не возвращалась домой с новостью о том, какой гнусный тип этот герцог! Возможно, это еще оттого, что в те разы папа сопровождал ее в поездках, но что-то подсказывало девушке, что дело не в отце.