— Ты имеешь в виду тот крохотный склеп внизу? Да, я была там. Служанка сейчас развешивает там мое бальное платье. Кстати, а где твое? Мне не терпится увидеть, что же ты решила надеть по случаю такого большого праздника?
Меган прошла в свой будуар, где лежало ее бальное платье. Оно было великолепно, но Меган не могла пробудить в себе обычного по такому случаю восторга: она не привыкла к экстравагантности, которая требовалась именно для этого бала. Старая герцогиня, догадываясь о чувствах Меган по отношению к платью, волновалась. Глазам Тифани открылся изумительный наряд: роскошное и вместе с тем элегантное платье из шелка цвета сапфира и слоновой кости; лиф расшит жемчугом, жемчужные нити и на шлейфе платья; небольшой венок из белых роз приколот сбоку к собранной в оборки юбке.
— О, Боже! Похоже, ты будешь выглядеть в нем как принцесса! — воскликнула Тифани.
— Нет, всего лишь как герцогиня.
Тифани удивленно взглянула на подругу: ее слова прозвучали довольно удрученно. Впрочем, она тут же догадалась о причине.
— Ты все еще не решилась рассказать Девлину, да?
— Сегодня расскажу.
— И ты мучаешься этим весь день, — уверенно заключила Тифани и снова оказалась права.
Меган слабо улыбнулась.
— Мучаюсь.
— Тогда отложи разговор до другого дня! У тебя и так сейчас много хлопот, чтобы терзаться еще и этим…
— Что вы тут собираетесь откладывать? — спросила, появляясь в будуаре, Люсинда.
Меган сделала попытку уйти от ответа и сама спросила:
— Девлин уже приехал?
— Только что. И уже успел мне надоесть. Стоило мне забыть одну вещь, так он… А, ладно! Надо было ему все-таки отослать список приглашенных на бал.
— Зачем? Или вы пригласили кого-нибудь, кто ему не нравится?
— Это было неизбежно, но дело не в этом. Дело все в том, что эту ночь он провел в конюшне.
— Ты шутишь! — не веря своим ушам, проговорила Меган.
— А я говорю, в конюшне, — вздохнула старая герцогиня. — Сначала он попытал счастья в трех гостиницах, но ни в одной из них не нашлось свободной комнатки. А час, по его разумению, был слишком поздний, чтобы навязываться на ночлег к знакомым. Если бы он выехал из Лондона всего на часок раньше — проблемы бы не было. Хотя, с другой стороны, как сказать… Он просто не ожидал такого наплыва, хотя я никак не могу понять, почему он этого не ожидал. Последний бал мы проводили, насколько мне помнится, лет десять назад, но он все равно отлично знал, что балы в Сент-Джеймсе всегда отличались грандиозностью и размахом! Особенно, когда мы сами этим занимаемся.
Меган вспомнила, что и она до сих пор не видела списка гостей. Поэтому спросила:
— А сколько народу мы пригласили?
— Около шестисот человек. Думаю, никто не откажется. Нужно учитывать еще несколько тех, кого я забыла внести в список и кто своим появлением сделает мне упрек в том, что я о них забыла.
Наступила продолжительная тишина. Названная цифра оглушила. Наконец Тифани произнесла:
— Хорошо еще, что в Шерринг Кросс две смежные бальные залы.
— Я изумлена, — страшным шепотом отозвалась Меган. — Я и представить себе не могла, что когда-нибудь потребуется вторая зала…
Герцогиня сделала вид, что не заметила того изумления, причиной которому были ее слова. Она любила устраивать сюрпризы. Именно поэтому старуха не указала в пригласительных открытках повод бала. Даже самым своим близким подругам она не рассказала о женитьбе Девлина. Знала об этом только ее сестра Маргарет, но герцогине удалось заставить ее не распускать слухи, что было довольно трудно проделать с такой говорушкой.
— Да, и еще чуть было не забыла, — сказала Люсинда, передавая Меган ларец с драгоценностями. — Девлину пришлось напомнить мне открыть этот фамильный склеп. Хотя я не понимаю, почему он решил, что к твоему платью больше всего подойдут рубины.
Меган прекрасно понимала. Она засмеялась при мысли о том, что ей придется красоваться в розовом. У Люсинды еще была целая куча вопросов к Меган. Она хотела бы расспросить ее и об этом смехе, но, переборов себя, лишь предложила:
— Дорогая моя, тебе, наверное, хочется вздремнуть.
С этими словами старая герцогиня повернулась, чтобы уйти.
Но Меган пока еще была лишь на полпути к нервной истерике и не теряла над собой контроль, поэтому она крикнула вслед бабушке:
— Неужели правда, что будет королева?
— Конечно, — донесся до нее ответ из коридора.
— Конечно! — простонала Меган.
Глава 43
— Господи, бабушка! Либо ты наконец сделаешь заявление, либо ты станешь свидетельницей того, как герцог Ротстон учинит неприличный скандал!
Люсинда с подозрением покосилась на внука, потом поискала взглядом Меган. Та стояла на другом конце залы и ее едва было видно — настолько плотно она была окружена молодыми людьми.
— Ох, Дев, ну что ты говоришь, — с упреком вздохнула она. — Бал только начался. А для того, чтобы увести ее из той толпы, вовсе не требуется учинять скандала, достаточно пригласить ее на танец. Это допустимо, понимаешь?
— Нет уж, вряд ли приглашения на танец будет достаточно, — сурово промычал Девлин, однако решительно направился в сторону Меган.
Глядя ему вслед, старая герцогиня качала головой. Она не знала, что Девлин решился сделать заявление самостоятельно. И она услышала его. Она не могла не слышать его, как и большинство гостей, так как герцог сознательно сказал свои слова во весь голос:
— Прошу прощения, джентльмены, но я хотел бы потанцевать со своей женой.
А те, кто не слышал этих слов, в течение минуты все узнали от своих соседей. Герцогиня тяжко вздохнула. Еще минуту назад она была чуть ли не единственной посвященной в этот радостный секрет. Но в следующий момент она улыбнулась самой себе. Да, ее сюрприз провалился, но все равно лучше и получиться не могло. Что же касается Девлина, то мальчик определенно весь позеленел от безумной ревности, и только слепой не смог бы этого увидеть.
Исключением среди присутствующих была одна Меган. Она расценила вмешательство Девлина (да еще в такой форме) грубостью, но не догадалась, что она была продиктована ревностью. Девушка настолько привыкла к восхищению и вниманию со стороны мужчин, что не заметила ничего необычного в том, что, едва она спустилась в залу из своих комнат, как ее окружили молодые люди. Просто на балу присутствовало много мужчин, значит, много и тех, кто хотел бы увидеть ее, познакомиться с ней. А что тут такого?..
Даже то, что Девлин употребил слово «жена», не натолкнуло ее на мысль о его ревности. Она называла себя Меган Сент-Джеймс, но не ее вина была в том, что ее рассматривали скорее как родственницу Сент-Джеймса, а не как жену. Она даже ничего не знала о таких разговорах среди людей.
Нет, Девлин был груб, и Меган собиралась выяснить у него причину этой грубости. Заиграли вальс. Она холодно сказала:
— Если ты все еще расстроен из-за ночи в конюшне, то я благодарна тебе за старательные потуги переложить свое скверное настроение на меня.
— Не стоит благодарности.
Меган прищурилась. Эта реплика была совершенно в стиле се старого доброго Девлина. Она улыбнулась (сама того не замечая) и спросила:
— Что, вспомнил свое краткое пребывание в ранге слуги?
Теперь, когда герцог держал жену в своих объятиях, его ревность быстро улетучивалась. Отчасти этому способствовала ее улыбка. А может, даже и ее насмешка. Итак, Меган сама предложила ему удобное извинение за грубость (а теперь и сам он наконец-то понял, что поступил вызывающе невежливо), и Девлин с удовольствием принял эту подсказку.
— А мне очень понравилось в твоих конюшнях, Меган. Не знаю, сравнится ли хоть какая-нибудь из твоих комнат для гостей со стожком свежего сена!
— Со стожком сена? — удивленно проговорила девушка. — О, я и подумать не могла… — Она прервалась на середине фразы, так как поняла, что рискует проявить слишком большую заботу о Девлине, а ведь ей еще надо было немного на него поворчать. Ради приличия. — Во всяком случае, моей вины в этом нет.
— Совершенно правильно. Прошу простить великодушно.
— Давно бы так. Но коль скоро мы затронули тему жалоб…
— Мы ее не затрагивали… — попытался прервать жену Девлин.
— Нет уж! Именно затронули! — настояла на своем Меган. — Ты не видел меня целых четыре дня и даже не потрудился по своем возвращении поискать, чтобы сказать: «Здравствуй, дорогая». И знаешь, что я тебе скажу? Мужья так не поступают, Девлин.
— Если бы ты немножечко получше разбиралась в вопросах супружеской жизни, то отличнейшим образом знала бы, что именно так мужья и поступают! Но в случае со мной другое дело. Бабушка предупредила меня о том, что ты почиваешь.
— Но я не спала! Тебе следовало проверить все самому.
Она проговорила эти слова еле слышно и не глядя на него. Девлин чуть наклонился в сторону, чтобы заглянуть ей в лицо и убедиться в том, что выражение на нем столь же мрачное, как и произнесенная обида. Но Меган отвернула голову в противоположную сторону. Ах, если бы она только знала, что герцог несколько раз порывался отделаться от гостей, которые облепили его, едва он появился в доме! Если бы только она знала, что добрая порция его ревнивого гнева родилась оттого, что у него не было возможности повидать се до начала бала!..
— Ты действительно скучала по мне, Меган? — осторожно спросил Девлин, не будучи уверенным в том, что это именно то, что она хотела услышать в ответ на свою жалобу.
— Да, действительно. Полагаю, что скучала.
— В таком случае… Отчего бы нам не уединиться на пару минут, чтобы я мог исправиться и поприветствовать тебя, как ты того заслуживаешь?
— В самом деле, это было бы неплохо…
Девлин не дал жене ни секунды на то, чтобы переменить решение, и потащил ее за руку прочь из залы. Ей даже пришлось поспешить, так как шаг у него был очень широкий и скорый. Он этого даже не заметил, поскольку был занят тем, что проталкивался с Меган сквозь плотную толпу гостей в поисках укромного местечка. Зато заметила старая герцогиня, стоявшая вместе с Фредериком Ричардсоном как раз у той двери, к которой направлялся Девлин.