Метод женской инспирированной трансплантации эмоций "симпатий" или "любви", чаще всего, неотразимо-внушительно, экспрессивно-действенно оказывающей свое влияние, воздействие на психику, эмоции, акты мышления и воображения мужчины феноменален сам по себе и потому, что женщина, используя этот прием, способ пересадки-трансплантации быстрее и эффективнее обеспечивает доверие к своему-Я, чем своими поступками, потому что доверяя свои мысли, чувства "любимому" человеку, она, потенциальная жена, делает мужчину поверенным своего интеллигибельного (духовного) Я, своей души и заверяет будущего мужа в своей преданности, отсутствии всякого коварства, которое она приберегает для онтологии (бытия) уже, для семейной жизни, вдвоем. Стоит сказать, что женская инспирация продуцируется иногда и без, разумеется, задней мысли, без всяких зло-умыслов, но. женщина — существо, которое тем-то и опасна, что, совершая, рефференцируя (исполняя) какие-либо благонадежные, респектабельные действия в отношении мужчины сейчас, до брака, уже в процессе брачной жизни целиком и полностью вполне может отказаться от порядочного, благорасположенного, дружелюбного, ранее симпатизированного, отношения к мужчине; вот ввиду каких аспектов, мужчина и не должен, полагаю, ни в чем доверять женщине, а тем более поддаваться опасностям, иррадиируемой на его духовное и физическое-Я женской инспирации и транспонирования женщиной-брачницей искусственных, по большому счету, эмоций любви, симпатии, порядочности, доброты, дружбы. Важно заметить, что чрезмерная мужская благодарность за получение сексуального удовлетворения от той или иной женщины-преджены также способствует выработке навыков-импульсов привязанности и веры, их синтезу к той, которая заслужила восторженное вербальное (словесное) или жестоманипуляционное, мимическое одобрение за превосходно произведенные, продуцируемые, производимые ею акты интима; мужчина также в этих ситуациях не замечает как возможных бед, полубед, несчастий, полунесчастий уже в он сам выстраивает, сооружает мост для своих дальнейших, тологии последующего брачного союза. Повидимому, чем больше со стороны мужского Я одобрительно-сочувственных реакций в адрес женщины, а также реакций благодарности и восхищения, тем больше вероятности в том, что он и сам, то есть мужчина, постепенно привыкает к их генерированию (воспроизведению) в отношении той особы женского пола, которая "работает" — чего он и не замечает — ради своей конечной цели, конечного пункта, остановки, инстанции своего замысла — замужества, брака.
Наигранно презентируя себя в качестве внимательной, одобряющей ваши рассказы о себе слушательницы-собеседницы, способной к тому же, как постоянно демонстрирует женщина, якобы, вам сочувствовать-сопереживать, она трансплантирует в ваше внутреннее и внешнее — Эго (Я) искусственность своих мыслей, театрально-конституируемых эмоций, которые импритингоизируются (запечатлеваются) как нечто достоверное, искреннее в сознании мужчины, а в актах созерцания им этого репертуара наигранных женских приемов-мотивов он, мужчина, сам по себе не может, не в состоянии дифференцировать мимико-пантомимические манипуляции лица и тела женщины и таким модусом осмыслить, вникнуть, что в них от искренности, что от фальсификации, лицемерия, декоративности, лжи. Ведь в искусстве постоянно взаимозаменять динамику чувств и эмоций, а также реконструировать, модифицировать структурные особенности самих эмоций, чувств женщинам нету равных, потому им и не составляет больших хлопот, большого труда разыграть (по ситуации) когда нужно, когда в этом есть необходимость, сопереживающее сочувствие или — если угодно -сочувствующее сопереживание, подыгрывая в этих обстоятельствах тем самым вашим, мужчина, чувствам, настроению, эмоциональному и мыслительному рисунку, рисункам, в этот момент, вашего интро и экстеро-Я; и точно также, когда женщина рассказывает вам свои полулживые-полудостоверные басни-были, историйки о своей онтологии, она искусно умеет взывать, аппелировать к вашим чувствам, причем большинство из женщин делают это артистически-виртуозно, разыгрывая из себя, транслируя, экранируя собою, своим Я, по необходимости, то Золушку, то жертву Синей Бороды; то символ самой Невинности, то воплощение Одиночества и незаметно для вас апробирует, применяет, транспонирует, генерирует в чувственную ткань сознания и самосознания вашего-Я стратегию внушения вам веры в нее саму; в ее во всем, почти, скромно-порядочное безлицемерное-Я. В тех случаях, где женщина пытается посредством своей, чаще всего лживой, редуцированной (упрощенной) биографии обстрелять снарядами своего скрытно-лицемерного-Я ваш сенсорно-эмоциональный аппарат, вам, мужчина, необходимо перевести беседу в другое направление, к другим, абстрагированным от женской "искренной" исповеди темам; или делать вид, что слушаете ее (а сами вообще не вникаете в суть ее "кукушечьего" издавания звуков), поскольку ваша чрезмерная сентиментальность, чувствительность, сочувственность сослужит вам, вашему-Я, отрицательную службу.
Используя способ инспирации и трансплантации аффектированной симпатии или любви на субъекта-мужчину, женщина в большинстве случаев приобретает возможность управлять и регулировать, неприметно для самого мужчины, его поступками, актами поведения действиями; а также преджена-брачница, используя доверчивость будущего потенциального супруга к своей персоне, при помощи модусов инспирации и трансплантации утверждает, обеспечивает его преданно-расположенное, предрешенно-дружелюбное отношение к себе самой. Прибавим к этому и тот факт, что как только женщина начинает своими жестами, манипуляциями тела, мимическими гримасами лица и сменой их моделей и проникающем в глубины духовного мужского-Я воркующим голоском пробуждать, будоражить, динамизировать его инстинкты, — связанные с импульсами, аффектами сексуального порядка и удовлетворенности от самого наслаждения, ввиду, обладания телом женщины, — TOvмногие молодые, малоопытные мужчины легко поддаются, подчиняются привязанности к той женщине, которая (о чем и не догадываются они) как раз таки, будучи искушенным игроком, и привязывает наивного цыпленка при помощи мощных сексуальных стимулов-раздражителей своего телесного-Я, внешней конституции, к себе самой, создавая из него посредника своих брачных замыслов.
Полезно, например, мужчине, став на время любопытным, пронырливым существом, чем-то самому напоминающем женщину, определить для себя диаметр тех вопросов, которые вы, задавая брачнице, сумеете при помощи ее ответов приоткрыть дверь в ее внутренний мир, чтобы, таким образом, понять что она собой представляет и кто вообще имеет с вами дело; вы можете задать ей такие вопросы: I. Кого из родителей ты больше всего любишь, маму, папу и почему? II. Какие ты любишь компании? III. Какое твое любимое хобби? IV. Где ты училась, работала раньше? Где работаешь сейчас? V. Какой, в твоем представлении, должен быть мужчина? VI. Далее вы можете спросить, что она думает о моде. VII. Где ты предпочитаешь проводить досуг? VIII. Какой ты себе представляешь свою брачную жизнь?
Достаточно этих основных восьми вопросов, которые вы просто обязательно должны задать женщине-брачнице, если вы либо желаете вступить в брак, либо отвергнуть, похоронить ее притязания на замужество. Во-первых, они тактичны; во-вторых, вы, как джентельмен, имеете полное право (а не только имеют право женщины задавать вам вопросы, как субъективно, ложно полагают они) получить для себя о брачнице необходимую вам информацию для размышления, чтобы пользуясь ею, иметь размышления к информации, как говорил Е. Копелян в знаменитом фильме. Конечно же, ни в коем случае мужчине нельзя брать в качестве достоверной посылки, принимать на веру ответы персоны женского пола, стремящейся подстегнуть, подвести вас под свою цель.
На первый вопрос автор (какие бы ответы не репродуцировала перед вами изощренная, неизощренная брачница) советует вам герменевтиизировать (истолковывать) для самого себя такой комментарий, который — убежден — должен быть твердо-однозначным — мама, (необходимо вам помнить всегда) будет для вашей будущей жены однозначно всегда более родственным существом, чем вы сами; к тому же, небезопасно жить рядом с тещей в одном городе или в соседствующих населенных пунктах.
На второй и третий вопросы со стороны будущей смекалистой женщины-жены вполне могут прозвучать довольно-таки скользкие, неконкретные, бессмысленные в своей много-смыслице ответы; здесь она может разыграть любой фарс, комедию и ее придуманным, мифическим сюжетам и их перепитиям позавидовали бы такие мастера пера как Э. Золя, Э. Сю, Э. Базен, В. Набоков, Г. Мопассан, С. Цвейг. Поэтому понять и разобраться в конструктах хитросплетенной женской полуправды-полулжи довольно сложно, порой нереально и нет вам надобности — таков мой совет — особо прислушиваться к ответам-росказням женщины, помните и учитывайте в этом случае, при ее ответах на вопросы № 2 и № 3, то, что женщина всегда может прикинуться, саффектировать свое-Я в экранируемую, генерированную (воспроизведенную) перед вами, вашим восприятием модель скромной, добропорядочной особы, которой чужды формы обмана.
К вопросу о работе вам можно самоэксплицировать, объяснять своему-Я такой анализ-комментарий, — проясняющий раз и навсегда диспозицию женского-Я интенциониро-ванного к пониманию, понятию термина "работа" вообще, -заключающийся в таком синтетическом выводе, интериори-зированном (внутренняя речь) в имплика-циях вашего-Я-сознания (то есть, понимающем-Я-осознанности предмета с-Я-самосознанием, с-Я-(самоосознанностью): "Где бы она не работала, чтобы она ни делала, — анализируете, комментируете, обобщаете вы для себя — сейчас, так или иначе, она "работает" со мной, ибо ей важно воплотить в конструкцию реальности свой лейтмотив, связанный с браком".
Пятый вопрос довольно-таки щекотлив, но как бы не увертывалась и не упражнялась в жонглировании приемами уклонистики, экивокической, эквилибристики брачница, все равно ей придется выбросить, воспроизвести из себя наружу, приблизительно, такое женское мнение: "Он должен быть надежным (воспринимаем — "деньги!"), он должен быть опорой в жизни (понимай — "деньги!"), он должен быть обеспеченным (фиксируй — "капуста"), щедрым (замечай — "доллары, марки, фунты!"), добрым (обобщай — подразумевается ею слово, которое, если бы его понимали зайцы, постоянно ласкало бы оно их слух!)".