ны, принуждая его — что имеет типичность в большинстве случаев — к извинительное™, самосмягчению, а то и к просьбе, исходящей от него, простить его, мужчину за излишне эксцессуальный-фразообразный пассаж. Как только мужчина станет "на путь исправления" в своих аргументациях насчет женщин, женщи-на-брачница (а по ситуации и женщина-жена или женщина-любовница), быстро сообразив, что гроза миновала и молнии прошли вроде бы мимо, продолжает говорить приблизительно следующее (инспирируя мужчине добропорядочность своих мотивационных диспозиций, дабы эмбрионизировать в нем (рождать), — с последующим продуцированием вашим же мужчиной сокоординационно, соотносительно ее Я, ее самой, — чувства доверительности к самой женщине; симпатизирующей расположенности, непредбдительности): "Зачем же ты так на меня, ведь ты же мне нравишься, — здесь, обычно, в этот миг, момент женщины интенсивно-внимательно, зорко-изучающе окидывают лицо мужчины, следят за переменой мимических флуктуации его лица, за тем какую реакцию и ее содержание вызвали ее слова, как отразились, импрессирова-лись (запечатлелись) они в мимико-трансформационных моделях физиономии избранника-мужчины, — да и разве я, — ее-щает-трубадурит, но со спокойносерьезной, лукаво-полуобиженной интонацией женщина-брачница, — такая плохая и гадкая и похожа на других женщин?". Сынсценирован-ная, в незаурядной форме, женская ответная реакция и рефлексия ее рассуждений, порой, не всегда, — но чаще всего как раз таки, тотально, всегда, гораздо чаще, чем в единичных случаях, — вызывает со стороны мужчины смиренческую рефлекторную диспозицию, реакцию-ответ, в которой отчетливо видны его успокоительность, чувство раскаяния, небольшой вины; вот ввиду чего многие представители мужского пола желают внутренне — а то и ретранслируют женщине это словами внешне — взять свои королларии о слабой половине человечества назад; кладбищеизировать, похоронить их.
Автор уже посвятил несколько строк вопросам, касающихся сексуальных взаимоотношений между женщиной-брачницей и ее ибранником-женихом. Добавим еще несколько слов о сексуальной импликации, пулизации (соединении) будущих супругов; женщины обычно, практически все без исключения, используют секс, технику владения приемами секса в реализации своей брачной стратегии; посредством сексповедения женщины (тип бол.) и стараются, понимая, что главное для мужчины и заключается в том, чтобы его хорошо удовлетворили-обслужили, проявить, зарекомендовать себя внимательной, нежно-предупредительной, ласково-предусмотрительной секс-партнершей; для них отчетливо-ясно проступает осознание принципа: хороший секс — делу венец; поэтому они всегда, в целях скорого замужества, будут говорить мужчине: а) что он произвел на нее чуть ли неизгладимое впечатление; б) также будет женщина спрашивать у мужчины, что ему нравиться в интиме, что нет; в) каким бы он сам хотел видеть то или иное разнообразие в сексе; нужно указать, отметить, выделить также и то, что многие из жен-щин-брачниц не особо стремятся показывать, преподносить себя опытной секс-бомбой из борделя, эдакой Чичоллиной -многие брачницы для того, чтобы разнообразить интимигры, могут даже навесить очередное спагетти наивному простаку о том, что, мол, я вот видела в журналах, в порнофильме, что делают так и эдак в сексе; и если ты, дескать, желаешь, дорогой, то давай попробуем, я уверена, предполагаю, тебе будет лучше. Все это из века в век только в разных, — в зависимости от времени, эпохи, — формах повторяют сотни миллионов женщин на планете Земля; разными словами, полиинтонациями, разными, в лексических инвариантностях, вариантностях, фразами; но смысл их всех тяготеет к одному — пристегнуть, приклеить, притянуть, заарканить того избранника-мужчину, который уже в амплуа супруга станет орудием удовлетворения и реализации нужд, запросов хитроумной Селимены; мадам Одинцовой, инспирировавшей Базарову свою показную респектабельность-доброту, — но увидевшей, что он беден, — и отказавшейся от него самого; какой-нибудь новой госпожи Рене, уже не из романа Золя, а из обыденной, наличной реальности; какой-нибудь современной Ольги Дымовой из известного рассказа Чехова "Попрыгунья", или новой Ксантиппы, вечно донимавшей великого мудреца; короче эксплицировать, все нынешние женщины ничем не лучше и не хуже всех тех, кто жил много лет назад или всех тех, кого увековечили в своих творениях талантливые художники; все они схожи в своих прагма-концепциях и все они жаждали раньше и жаждут сейчас одного — найти Рокфеллерообразного, Онас-сисооб-разного или, на худой конец, — обеспеченного мужчину. Герменевтизируя данный вопрос, отметим также, что в добрачный период невесты, как правило, редко даже ввиду серии капризов или недовольства отказывают в интим-близости жениху; в период же брачной жизни все уже будет зависеть исключительно от финансового положения ее мужа. В досупружеское время, заметьте мужчины, ваше мнение о чем-нибудь, о ком-нибудь все же чаще весомее, чем женщины-невесты; в период же брачной онтологии с вашим мнением, аргументацией в большинстве случаев женщина абсолютно не хочет считаться; до брака также женщина может признавать свои ошибки, заверяя вас, что это больше не повториться; в супружеском же бытии она заявляет вам о том, что ничего не обещала и что мужчина, ее муж, сам все придумал; до брачной "идиллии" женщина больше приветлива, улыбчива, больше излучает приязнь, расположенность к вам; иррадиируя (распространяя) собою, своим-Я образ влюбленности, симпатизирующей благосклонности к жениху; после же того, когда регистрация брака произошла, свершилась и мужчина уже пожил со своей супругой, скажем, год, два, три, — приветливость, благорасположенность женщины зависят уже теперь, опять-таки, только от наличия фунтов, марок, рублей, долларов в кармане муженька. Точно также, от наличия плохого, хорошего, удовлетворительного, неудовлет-во-рительного финансового положения мужчины зависит и женская похвала, лесть, комплименты-дифирамбы, провозглашающие ценностность своему мужу, — которые женщина ранее расточала ему, когда он пребывал в роли жениха. Таковы женщины, они отлично спекулируют поливариантностью эмоций, мыслей, чувств и экспрессивно-экспозиционно преподносят их мужчине в нужном месте, в нужных обстоятельствах, в нужное время.
Если мужчина не собирается жениться, не хочет также быть легкой добычей женской стратегической инспирации, женской фальсификации чувств, фантомизации женских заверений-обещаний, то он должен осознать, самовнушить себе, что ему нет дела до ее "работы" вблизи его-Я; если он не собирается отказать женщине проводить над ним самим нечто, напоминающее эксперимент, то что же, пусть он женится — это его дело; автор, отнюдь, не против женитьбы; но автор предупреждает, что, по видимому, истинные браки совершаются на небесах. Если мужчина желает избежать брака, то ему следует также остерегаться добрачного совместного проживания вдвоем; бытие вдвоем уже само по себе детерме-нирует механизмы психики и мужчины и женщины к взаимоаккомодации, к некоей адаптизированной идентификации их двух-Я; мужчина привыкает и на уровне полуавтоматизированной, а то и автоматизи-рованной суммы условных, безусловных рефлексов происходит моделирование его пси-хическо-физиологической адаптации к предмету своей симпатии-любви; и в этом нет, естественно, ничего удивительного — двое молодых, или среднего возраста людей почти изо дня в день, а то и ежедневно отдыхают, ужинают, завтракают, обедают, просматривают телевизионные программы; обсуждают новинки из области политики, искусства и его видов; жизнь своих друзей, знакомых, вместе спят, принимают (по взаиморешению) совместный душ, ходят в гости, по-сещаеют магазины, выставки, стадионы, театры, кино, а кто и бары, рестораны. Естественно, жизнь вдвоем будущих супругов быстро накладывает отпечаток на психофизиологическую организацию мужчины и женщины, — вырабатывая на уровне условных, безусловных рефлексов и продуцируемых ими психических актомоделей поведения, вербальных модусов и приемов общения, — механизмы адаптации, взаи-моаффицированности (взаимовосприимчивости) — причем положительной, к арсеналу сенсорно-эмоциональных и мыслительно-рассудочных обоюдореакций, нейросигналов, производимых обоими будущими супругами в добрачной онтологии вдвоем (визависигналы).
Конвергенция (схождение, сближение) двух мировоззрений, двух функциональных психофизиологических систем (невесты и жениха), их двух Я способствует значительно меньшей метаболизации (колебанию) в вопросе, касающемся регистрации брачных отношений; ритмы психических сигналов также как и физиологических (особенно внутренних) незаметно для обоих: мужчины и женщины, ассимилируются особенно "при частых свиданиях" двух психофизиологических Я; поведенческие реакции, сенсорномоторные компоненты активности представителей противоположных полов, двух разных Я-экзистенций взаимоадаптируются друг к другу; а наряду с этим аккомодируются, приноравливаются у мужчины-жениха и брачницы-женщины в досупружеской совместной жизни нейросвязи, нейро-энграммы (временные связи) интросигналов, хранящих информацию о субъекте или окружающем мире. Вот ввиду чего, вот ввиду каких взаимоадаптивных причин и следствий частые встречи, свидания, взаимоинтим, совместная добрачная жизнь гораздо экстреннее (быстрее) способствуют регистрации брачных взаимоотношений; чем бытие мужчины и женщины в спорадической (отдельной) форме, — когда оба субъекта не проживают совместно, а лишь встречаются на почве досуга, интимкомму-никаций. Невесте-брачнице, которая знает, ввиду самоанализа ею бытия вдвоем, что будущий муж предпочитает — есть, пить, в какое время он любит спать, отдыхать, что ему нравится, что нет; в какие часы он склонен заниматься секс-играми, — не составляет интенсивных трудов приноровиться, приспособиться к характеру и привычкам своего избранника-жениха; он сам уже во многих своих действиях, движениях садаптировался; неприметно для себя выработал целую систему навыков-реакций, сигналирующих ту или иную форму контактности соотносительно своей партнерши, стимулирующей в качестве агента-раздражителя положительную информацию для его сознания.