– Вот что, Ирочка, мне надо погулять с Апельсинычем, а ты пока отдохни! Санек, пойдешь с нами?
– Ой, конечно, пойду!
Ира сочла это правильным, пусть общаются без меня. Это полезно.
Апельсиныч тоже обрадовался, что тетка останется дома.
– Ну, Санек, о чем ты хотел посоветоваться?
– Федя, только не говори маме, а то она будет плакать, кричать, а это неправильно…
– Да что такое, брат? – вдруг испугался Федор Федорович.
– Ты понимаешь, в школе… Короче, меня там травят!
– Травят? Кто? Ребята?
– Ну, это не в школе, а в соцсетях… Вдруг ни с того ни с сего начали травить… Вот уже недели две… Пишут, что я убогий, ботан, и еще много всего…
– Так, понятно. А что послужило причиной? Был какой-то конфликт в классе?
– Да в том-то и дело, что ничего… Как снег на голову…
– А ты знаешь, кто первый начал?
– Не знаю! Попробовал отследить. Началось с какого-то анонимного вброса… А наши подхватили… Это ужасно… Так обидно и несправедливо…
Сашка скрипнул зубами, но не заплакал.
– Скажи, Федя, как мне быть?
– А, допустим, классный руководитель в курсе?
– Не думаю.
– А в школе, непосредственно, что-то такое тоже происходит?
– Нет. Только в соцсетях. Но от этого не легче. Я по глазам некоторых вижу, что они в этом участвуют… Но внешне… нет.
– Вот подлецы! Я тебя понял. Давай договоримся так. Ты мне покажешь эту прелесть?
– Я смартфон дома оставил.
– Не страшно, зайду в сеть со своего. Погляжу, что там и как. На каникулах ты туда не заглядываешь. А как начнутся занятия, думаю, через денек-другой все прекратится. И еще скажи мне, как зовут классного руководителя?
– Алла Сергеевна.
– А фамилия?
– Фомичева. А тебе зачем?
– Надо! Ты же обратился ко мне за помощью, вот я и попробую помочь.
– Я не за помощью, я за советом.
– Понимаешь, Санек, помочь я, наверное, смогу, а вот дать совет… Хотя тоже могу. Пока забудь, живи и радуйся.
– А чему радоваться? – грустно спросил мальчик.
У Федора Федоровича сжалось сердце.
– Ну, например, тому, что с осени пойдешь в другую школу. Да и вообще… А главное, поменьше заглядывай в соцсети, гадость это… Но ты правильно сделал, что не сказал маме. Это наши с тобой мужские дела. А женщины – они только крыльями хлопают. Уважаю, ты мужик! Дай пять!
И они пожали друг другу руки.
…Под вечер они втроем отправились в боулинг, где Федор Федорович учил Сашку кидать шары. Тот был в полном восторге. У него получалось, да еще его угостили безалкогольным коктейлем «мохито». Это оказалось здорово вкусно. С того момента, как Сашка рассказал все Федору Федоровичу, ему стало легко и хорошо. Этот дядька, который понравился ему с первого взгляда, оправдал все его ожидания. Не отмахнулся от него, а принял это так, как надо. По-мужски! Да, с таким не пропадешь!
А Ираида не могла нарадоваться, видя как общаются ее обожаемый сын и любимый мужчина. После боулинга они еще поужинали в ресторане, потом поехали домой, и все втроем пошли гулять с Апельсинычем.
А при мальчишке она не лезет к хозяину, в такой компании ее можно терпеть, решил Апельсиныч. Но ночью она прокралась к хозяину в комнату, тот сразу запер дверь, и чуткий слух Апельсиныча улавливал звуки, которые смущали покой порядочной собаки. Хотелось немедленно сделать какую-нибудь пакость… Ага, вот стоят ее сапожки. Апельсиныч понюхал их, можно погрызть! Может, тогда она перестанет сюда приходить?
…Утром, когда все еще спали, хозяин собрался вывести Апельсиныча, и тут заметил растерзанные Ирины сапожки.
– Ну что ты, дурачок, наделал, а? Зачем? Она тебе не нравится? Ничего, придется смириться, она скоро вообще к нам переедет, – втолковывал хозяин Апельсинычу, но предварительно положил то, что осталось от сапог, в пакет и по дороге выкинул в мусоропровод. – Я ведь понимаю, если бы ты мог говорить. Но ты не можешь, и так выражаешь свое недовольство. Ну что ж делать… Ты это зря, она чудесная… Я люблю ее, понимаешь? Думаешь, я буду тебя меньше любить? Ничего подобного! Просто это другое. У нас скоро будет семья, будем жить все вместе, ты не будешь целыми днями сидеть один. Тебе понравится такая жизнь. А мальчонка какой замечательный, ты же с этим не поспоришь, правда? Он ведь тебе понравился? Да? Куда больше, чем моя Шурка? Стыдно признаться, но и мне тоже… Так получилось, я, наверное, сам виноват, но она меня знать не хочет. Как, кстати, и Сашка своего отца… Так странно все сходится. А мальчонка нуждается во мне… И я, кажется, знаю как ему помочь…
Апельсиныч обожал эти монологи хозяина, обращенные к нему. Они успокаивали, пес понимал, что хозяин его любит и нуждается в нем как в собеседнике, хоть и молчаливом.
– Обещаешь мне больше не делать глупостей?
Апельсиныч преданно глядел в глаза хозяина.
– Значит, договорились.
Когда они вернулись, Ира и Сашка уже встали.
– Федя, с добрым утром! Почему ты меня не разбудил? Вместе бы погуляли! Привет, Апельсиныч!
Ира улыбнулась ему чарующей улыбкой.
– Феденька, какие у нас нынче планы?
– После завтрака поедем в торговый центр.
– Господи, зачем?
– Видишь ли, Апельсиныч сгрыз твои сапожки. В хлам!
– Ревнует? Бедолага! – воскликнула Ира и погладила Апельсиныча. Он понял, что она не рассердилась. Надо же!
– Скажи, у тебя есть еще какая-то обувь, чтобы до магазина дойти?
– Только шпильки!
– Не беда, мы с Саньком будем держать тебя с двух сторон! А обедаем сегодня у Елизаветы Марковны.
– Не надо меня держать, я прекрасно умею ходить на шпильках!
– А мне всегда кажется, что это очень опасно.
– Смотря для кого! – засмеялась Ира.
Надо же, она не рассердилась и не расстроилась, умница моя! – умилился Федор Федорович.
Они купили очень красивые и дорогие сапожки, такие Ира сама не могла бы себе позволить.
– А смотри, какие красивые туфельки! – Федор Федорович взял в руки и вправду прелестные туфли из коричневой замши.
– Нет, мне такие ни к чему, хватит с меня и сапог!
– Но сапожки – это возмещение ущерба, – засмеялся Федор Федорович, – а туфли – это будет мой подарок. Я же тебе еще ничего не дарил… Ну пожалуйста, примерь!
В результате купили еще и туфли. А Сашке купили новую игровую приставку.
– Ирочка, я вот что подумал… Вероятно, надо было организовать Саньку какую-то культурную программу, а я…
– Не надо культурную программу! – закричал Сашка. – Я сколько раз был в Москве, и еще потом буду тут жить, тогда и составите мне культурную программу, а пока хочу бескультурную!
– Так и быть! На сей раз сойдет и бескультурная! – рассмеялась Ира. Ей давно не было так хорошо.
Потом они купили цветы и поехали к Елизавете Марковне.
– Как же я рада видеть вас в таком составе!
В какой-то момент Елизавета Марковна попросила Иру помочь ей на кухне.
– Знаешь, – зашептала она, – мне сегодня звонила Густя, она там от ревности с ума сходит…
– Тетя Лиза, согласитесь, это ужасно глупо!
– Согласна! Но с этим надо что-то делать… Может, имеет смысл предложить ей тоже перебраться в Москву?
– Ну нет! Пока нельзя, она же все мне отравит… Если бы вы слышали, какие гадости она мне говорила в последнее время. И вообще, хватит с Феди и одной тещи! Я вовсе не хочу, чтобы он в результате сбежал из дому. Ничего, от Москвы до Питера четыре часа езды или час лету… буду раз в две недели к ней ездить…
– А ты работать собираешься?
– Ох нет, пока не хочу! Надо будет покупать квартиру, обустраивать ее, видели бы вы, в каком неуюте живет Федя… Вот устроимся, а там видно будет… И за Сашкой надо приглядывать.
– Да, вероятно, ты права.
– А эта ревность меня уже достала. Апельсиныч из ревности сгрыз мои сапоги, – со смехом сообщила Ира.
– Да ты что! А Сашка, я смотрю, уже души в будущем отчиме не чает!
– Да, и я счастлива от этого!
В понедельник утром Федор Федорович пошел на работу. А Ира с Сашкой поехали навестить тетушку.
Федор Федорович вызвал к себе главу айтишного отдела Славу Божка.
– Вячеслав, не в службу, а в дружбу…
– Слушаю вас, Федор Федорович.
– Понимаешь, тут такое дело… Надо помочь одному пацану…
– Какому пацану?
– Ну, считай, моему сыну…
– Так у вас же вроде дочь?
– Теперь будет еще и сын. Только это сугубо между нами.
– Понял. Я – могила. Так что там такое?
Федор Федорович ввел Вячеслава в курс дела.
– Задачу понял! Думаю, докопаться труда большого не составит. Как срочно?
– Ну, хотелось бы до конца школьных каникул.
– Думаю, уже завтра будет результат.
– Я твой должник!
– Да бросьте, Федор Федорович, благодаря вам моя сестра опять работает по специальности, и ее даже повысили, так что…
– Спасибо, заранее спасибо!
Федору Федоровичу удалось освободиться пораньше и проводить Иру с сыном на девятичасовой «Сапсан».
Уже на вокзале Федор Федорович шепнул Сашке:
– Я не забыл, не думай! Все будет отлично, не сомневайся даже!
– А я в тебе и не сомневался!
– Вот и славно, Санек!
Федор Федорович вдруг подхватил Сашку подмышки, поднял и расцеловал в обе щеки.
– Ну ты чего… Я не маленький! – смущенно пробормотал Сашка.
И они уехали.
Едва Федор Федорович вернулся домой и собрался гулять с Апельсинычем, как позвонила бывшая жена. Что ей еще понадобилось?
– Слушаю тебя.
– Федя, мне надо с тобой поговорить.
– О чем?
– Это очень важно и хотелось бы не по телефону.
– Вера, прошу тебя, говори, некогда мне…
– Нам необходимо встретиться, это касается Шурки.
– С ней что-то случилось?
– Нет, слава богу. Но от нашей встречи во многом зависит ее дальнейшая жизнь.
– О господи! Ну хорошо… Но, может, все-таки скажешь, в чем дело?
– Нужна твоя подпись на разрешении вывезти ее за границу.
– Ну я подпишу, в чем проблема, так бы и сказала…