– Моя Мать сказала бы, что сидящие здесь женщины слишком изнежены, и больше похожи на гаремных мальчиков, чем на девушек и женщин.
– У вас тоже был гарем? – блестя глазами, спросила очаровательная рыжая дама, сияя изумрудами размером с крупную бронзовку, – расскажите, каково это быть в постели сразу с несколькими мужчинами?
Лисанна могла бы оборвать нахалку, но судя по тому, как заблестели глаза остальных участниц чаепития, данная тема волновала всех. Воительница колебалась – закатить скучную лекцию о том, что гарем это просто мужская половина жилища? Подразнить воображение дам рассказами о юных прекрасных наложниках? Или добавить тумана, сообщив гостьям, что в их стране гарем – это показатель высокого статуса… Неторопливо сделав глоток чая, принцесса решила совместить все три стратегии:
– Леди, – укоризненно сказала она, – право, такие разговоры более пристали мужчинам за рукоделием. Неужели вы не знаете, что любая свободная женщина имеет право завести лишь одного старшего супруга? Наложников конечно дозволяется больше, но их же надо содержать и кормить. Половина гарема Матери племени это сироты и бедные родственники, которым больше негде жить. Она проявляет милосердие, а заодно показывает, что достаточно состоятельна, чтобы содержать такое количество капризных мужчин, обожающих наряды и сладости!
На лица придворных дам стоило посмотреть! Воительница спрятала улыбку в чашке, и приготовилась отражать следующие атаки.
Двери распахнулись, лакей объявил имя задержавшейся дамы:
– Графиня Движецкая!
Она влетела, сияя зеркалами, стеклянными бусинами и снисходительной белозубой улыбкой. За ней, покорно глядя в пол, шла темнокожая смуглая служанка в синем бурнусе. Остальные дамы заахали, восхищаясь невиданной экзотикой и дорогущей синей тканью, явно приобретенной в посольстве.
Лисанне хватило взгляда, чтобы понять, что темнокожая девушка принадлежит одному из племен, в котором правят мужчины. Скорее всего, в рабство ее продал отец или муж, а может брат, не желающий кормить сестру. Но жалость к девушке пришлось подавить. Сейчас нужно было вовремя ответить на очередной выпад придворных кобр.
Внезапная гостья, улыбаясь, окинула помещение быстрым взглядом, разыскивая кого-то или что-то, а потом удивленно уставилась на принцессу. Похоже, графиня испытала невольный шок, ожидая увидеть смуглую черноглазую девушку, взамен обнаружила статную высокую блондинку с голубыми глазами и чайной чашкой в руках. В ее глазах промелькнуло сразу столько всего, что у принцессы руки зачесались, вынуть любимое копье и вызвать нахалку на поединок. Впрочем, она догадывалась, чем вызвано это эпатажное появление. Ее продолжают испытывать. Отец признал, но бумаги еще не подписаны. Кто она сейчас? Дикарка из никому неизвестной далекой варварской страны или наследная принцесса этого государства, облеченная властью? Вот сейчас и узнаем!
Лисанна решила, что пора твердо и недвусмысленно проявить свою власть. Любую.
– Графиня, – холодно сказала она, позволяя металлу явственно проступить в голосе, – вы нарушили дворцовый регламент, опоздав на запланированное мероприятие. Вы оскорбили особу королевской крови, не принеся извинений, и наконец, вы нарушили этикет, явившись с прислугой на приватное чаепитие в личные покои принцессы. – ровный голос Лисанны звучал в тишине еще более жутко от того, что графиня застыла в неловкой позе, чувствуя, что земля уходит у нее из-под ног, и не зная, что предпринять для своего спасения. Впрочем, нашлась она быстро:
– Вы не…
– Я законная дочь короля этой страны, – не снижая холодности ответила воительница, – но если вы считаете мою личность не доказанной, то я в любом случае принцесса государства Тур, обладающая королевской кровью и статусом. А кроме того, я гостья Его Величества.
Женщина бледнела и тускнела на глазах.
– По совокупности провинностей я приказываю вам удалиться в свое поместье, приказ о лишении вас придворных должностей и рент получите в канцелярии дворца! – припечатала принцесса.
Закончив говорить, Лисанна хлопнула в ладоши и кивнула на даму двум здоровенным лакеям, отворившим двери:
– Проводите графиню до ее кареты, и пришлите мне секретаря Королевской Канцелярии с бумагой для приказов.
Женщине отказали ноги, так что лакеям пришлось выносить ее под руки. Сзади смирно шла темнокожая служанка, в один миг превратившаяся из восхитительно тонкого розыгрыша в жуткий промах.
Воительница обвела взглядом притихших дам, и улыбнулась им с той кровожадной ласковостью, с которой порой улыбалась своим «кошкам»:
– Как вам понравился наш чай, леди?
Побледневшие дамы разом утратили весь кураж, и судорожно закивали головами, пытаясь выразить одобрение. Может, они бы и попытались выставить зубки, но как раз в это время в гостиную вошел король и, вежливо пошутив с дамами, увел дочь на прогулку по парку.
Через несколько часов весь дворец, а затем и вся столица знала об опале, настигшей графиню Движецкую. По слухам, принцесса лично продиктовала секретарю пункты международного законодательства, нарушенные дамой, и король полностью с ними согласился, позволив принцессе самой подписать приказ, и заверить его личной печатью с изображением не то пумы, не то леопарда.
Теперь к Лисанне стали относиться с опаской. Это снизило давление тех, кто боялся за свое место, но зато открыло больше простора всевозможным блюстителям нравственности, так как принцесса отказывалась появляться где-либо хотя бы без одной фигуры в синем балахоне.
Буквально через день после памятного чаепития принцессу пригласили на обычный Королевский Совет. Она посидела в кресле, слушая, как препираются лорды, а потом демонстративно зевнула. Пожилой въедливый лорд Гориус, герцог Айма, немедля накинулся на молодую женщину с упреками:
– Если вам скучно, ваше высочество, займитесь рукоделием или танцами! Зачем вам тратить время на скучную мужскую болтовню?
– Вы совершенно верно обозвали эту болтовню скучной, герцог, – голосок принцессы был мягок и сладок, как финиковая паста, – сколько недель вы собираетесь откладывать этот вопрос под разными предлогами? Две? Три? Пока ваш племянник не вернется с докладом из соляных копей?
Герцог затряс седой бородой от смеси гнева и удивления, а принцесса уже повернулась к другому лорду:
– Вы потрясающе молчите, а между тем важный для вас вопрос важен и для королевства. Не давайте старым болтунам занимать время, прошу вас!
Подстегнутый ее словами, молодой советник выступил с действительно важным вопросом, и принцесса не позволила утопить обсуждение. Быстро провела голосование, указала кое-кому его место, и свернула Совет под предлогом срочной ревизии в сокровищнице:
– Насколько мне известно, регалии наследной принцессы не доставались со времен моей прапрабабушки. Думаю, мне стоит уделить внимание этим ценным артефактам, лорды.
Король беззвучно аплодировал. Советники разошлись, а Лисанна, совершенно вымотанная и обессиленная, осталась сидеть в кресле.
– Как ты узнала про племянника герцога? – спросил король, вставая и упруго прохаживаясь вдоль камина. С появлением дочери он, кажется, даже помолодел, ощутив прилив сил и интерес к государственным делам, которые совсем недавно казались ему унылой лямкой.
– Госпожа Кумквана просветила. Да и слишком уж он старательно тянул время.
– Понятно. Значит тебя учили быть правителем, – задумчиво сказал Его Величество, потирая подбородок.
– Меня многому учили, отец, – Лисанна воспользовалась моментом, чтобы поговорить с королем в приватной обстановке. – До недавнего времени я была единственной дочерью Матери племен. Милостью Богини семь лет назад родилась моя сестра, поэтому Мать отпустила меня сюда.
Король и принцесса помолчали. Отец убедился в том, что у его дочери есть место, где ее ждут, а принцесса положила еще один кирпичик в основание своего мирного существования во дворце. Снижая напряжение, Лисанна слегка улыбнулась:
– Теперь, когда ваши подданные убедились, что ваша дочь не безвольная кукла, и в чулане запереть ее не получится, надеюсь, теперь я могу вернуться в племя? Скоро весна, дороги станут непроходимы.
Король еще побродил от окна к окну, заложив руки за спину. Глубокие морщины бороздили его лоб, собираясь на переносице, каблуки сапог звонко цокали по мраморному полу.
– Алессандра, – пожалуй, впервые отец назвал ее по имени, и воительница где-то глубоко внутри дрогнула от такого личного обращения, – я не могу тебя отпустить. Моей стране нужен правитель. Сильный, умный, толковый, способный держать в руках свору жадных шакалов, готовых растащить все собранное на куски.
Принцесса хотела возразить, но король жестом остановил ее:
– Если бы у меня было время, я бы попросил у тебя сына. Или отыскал еще какого-нибудь родственника, благо желающих сесть на трон всегда довольно, но я не успеваю! – Его Величество нервно дернул седую прядь. – Три-пять лет, говорят лекари. За это время я сумею подготовить тебя. Задатки у тебя хорошие, а уж сына или дочь ты воспитаешь сама.
Лисанна задумалась. Она понимала короля и как отца, и как правителя, но взваливать на себя такую ношу? Огромное, холодное, чуждое ей королевство? Гораздо заманчивее выглядела картинка возвращения в родные шатры, дозоры вокруг стоянки, аромат кофе на губах и вкус песка и моря в порывах ветра.
Вот только вернуться просто так не получится. Можно сбежать, и есть вероятность успешного побега – всегда найдутся сумасшедшие фанатики и борцы за свободу, готовые сопротивляться любой власти любым способом, но… ее племя уязвимо.
Баланс жизни между морем и пустыней слишком хрупок. На них даже не надо будет нападать. Один сезон не пропускать купцов, повысить пошлины на товары с побережья и запретить вывоз зерна, и все. Медленная агония голодной смерти. Прежде такое случалось, но в правление Матери – никогда. Лисанна вдруг отчетливо поняла, почему так превозносят нынешнюю правительницу старухи. При ней выживали старики и дети. Племя увеличилось больше чем в два раза. Даже рабы и пленники перестали голодать. Баланс. Верное соотношение интересов…