ерь второй подросток. Правда, первый, если б и налетел на кого-то из стоящих возле входа, вряд ли причинил бы кому-то зло, а вот габариты второго внушали серьезные опасения. Такой, даже просто на ногу наступив, может калекой оставить.
– Почему это «увы»? – моментально отреагировал Игорь, но быстро взял себя в руки и уже нормальным тоном добавил, – И с чего ты вообще взял такую чушь?
– А с того, что все время, пока я её до работы провожал, она только и делала, что о тебе расспрашивала. Все с ней ясно теперь, – победоносно заявил Стас. Значит, этот волокита все-таки догнал Веру. Вот же ж, – А «увы», потому как жалко девку. Ты у нас человек семейный. Марийку ни на кого не променяешь…
– Не гони! – совершенно неинтеллигентно воскликнул Жэка и присовокупил к этой фразе еще несколько ругательств, – Ты что, так Вере и сказал?
– А то, – Стас невозмутимо пожал плечами, хитро щурясь за очками и не сводя глаз с физиономии Игоря. Там было за чем понаблюдать.
Справиться с собственной мимикой Игорю удалось не сразу. Вот и всё. После подобных рассказов Стаса Вера потеряна навсегда.
«Эх, дружище,» – мысленно обратился Игорь к Стасу, – «Ведал бы ты, что творишь! Нашел, когда за Марийку мстить. Нашел, чем играться…»
Выходит, не просто так побежал догонять Стас Веру. За первой встречной понравившейся девчонкой не побежал бы. Нет. Тут бывший одноклассничек почуял возможность подколоть Игоря. Отомстить за то давнее поражение перед Марийкой. Отчего-то злости к Стасу Игорь не испытывал. Только горечь утраты. Только стыд оттого, что допустил ситуацию, в которой его счастье оказалось так беззащитно.
– Эй, – Стас несколько раз щелкнул перед лицом Игоря длинными пальцами с погрызанными ногтями, – Да ты что, поверил, что ли? Шуток не понимаешь. Конечно, я про Марийку ничего не сказал, – Стас многозначительно подмигнул, – Ну и расписал, конечно, какой ты у нас талантливый и замечательный… Доволен?
Игорь уже испугался, что придется отвечать, но тут из «Пробела» пулей вылетел тот самый крупногабаритный подросток, а следом за ним науськиваемая уже знакомым Щуплым толпа с криком: «Наших бьют!».
– Отойти бы, а то стоим как-то на проходе, – брезгливо поморщился Жэка.
В этот момент в дверях «Пробела» показалась взволнованная Вера.
– Что это было? – быстро спросила она.
Игорь собирался объяснить, но вдруг понял, что не может вымолвить ни слова. Может только смотреть, не отрываясь, на хрупкую взволнованную Веру и улыбаться. На помощь пришел помнящий о вчерашних подвигах девушки Жэка.
– Ничего особенного, Вера, не волнуйся. Это бздычи между собой разбираются.
– Но они же его догонят…
– Побуцаются немного, попереругиваются и разойдутся. Это же дети.
Вера нашла взглядом глаза Игоря, как бы спрашивая, верно ли рассуждает Жэка. Игорь, неожиданно для самого себя, утвердительно кивнул.
– Уф, – Вера улыбнулась и стерла локтем воображаемый пот со лба, – А я уж думала, опять кого-то спасать придется. Какая-то я с вами совсем нервная стала. Ладно, пойду работать.
Все три присутствующих джентльмена, не сговариваясь, последовали следом за девушкой.
– Нет! Еще раз повторяю, нет! – верещал Миленок, метаясь вокруг Палюрича настолько истерично, что казалось, будто ВасьВась чуть ли не в три раза крупнее собеседника, – Поймите, сейчас, в первые ночи, нужно полностью отработать схему. Проверить все плюсы и минусы. Если оставлять страхующих сейчас, то будет непонятно, сколько человек вообще необходимо на смене.
Игорь догадался, что речь идет о количестве людей, остающихся сегодня на ночь в «Пробеле».
– Всё же я бы на первых порах разрешал ребятам оставаться всем вместе, – едва сдерживаясь, процедил сквозь зубы ВасьВась, – Тем более, сегодня все в сборе…
– Нет! – снова заверещал Миленок. Вообще-то он был человеком спокойным, и даже частенько выглядел вальяжно-галантно. Что с наместником учредителей случилось сегодня, оставалось только гадать.
– Хорошо, – Палюрич понял, что изменить уже ничего не сможет, – Кто останется?
– Два человека. Не больше! Кассир и консультант. Этого должно быть вполне достаточно.
– А охранник?
– Но сегодня же еще нет охранника?
– О, – вдруг включился в разговор Жэка, – Давайте я останусь сегодня за охранника. Как раз вчерашнее отработаю.
Миленок с сомнением покачал головой, но деваться было некуда. В результате долгих прений порешили, что останутся Игорь с Жэкой и… Вера. Девушка сама предложила свою кандидатуру в качестве кассира. Конечно, Палюрич отказал. Пускать девушку в ночное дежурство – само по себе свинство, а уж пускать нового работника к кассе – так тем более. Но, как ни странно, Милёнку идея оставить Веру понравилась необычайно. А может, ему просто понравилась сама Вера, и теперь он готов был удовлетворить любую её просьбу. Кто знает?
До полуночи, помимо дежурных, в зале собирался восседать сам Миленок, дабы проконтролировать процесс отбытия всех лишних и умение работать с ночными клиентами у оставшихся. Это было уже грустно. Присутствие начальства сковывало и создавало напряженную обстановку. Полуночи ждали с нетерпением.
Клиентов не было совсем: публика еще не привыкла, что «Пробел» работает и по ночам. Игорь сидел за дальним компьютером и ничего не делал. Удобное, надо заметить, место. От всего остального зала этот комп отделялся большим пальмообразным растением, которое еще на открытие «Пробела» притащила откуда-то обожающая украшать помещения Галина. Теперь получалось, что человек, работающий за дальним компьютером, практически скрыт от остальных посетителей зала, зато сам, при этом, может наблюдать за всеми их передвижениями. От скуки Игорь решил воспользоваться свойствами этого места, пристально наблюдая за перемещениями Миленка. Тот никак не хотел сидеть на одном месте, все время пересаживаясь и запуская на разных рабочих местах всевозможные программы. Может, проверял ресурсы техники, а может, и просто баловался. Кто его разберет? Жэка, всерьез озаботившись ролью охранника, восседал на табуретке у входа и читал какой-то журнал. Вера что-то делала в Анютином компьютере за стойкой. Наверное, снова рисовала пришедшие вдруг в воображение макеты визиток. Переговариваться при Миленке не хотелось. Игорь уже трижды выругал себя за то, что пошел на это дурацкое первое дежурство. Первый блин, как известно, никогда без присмотра начальства не обходится…
Тут на экране монитора самопроизвольно появилось сообщение. Игорь вздрогнул.
«Привет!»
Сообщение было послано по системе внутренней связи с компьютера, за которым сейчас работала Вера. Игорь быстро справился с нахлынувшим вдруг на каждую клетку порывом радости и деловито оглянулся. Вера, как ни в чем не бывало, смотрела в свой монитор. Лицо её не выражало никаких эмоций. Но Игорь уже научился распознавать оттенки этой конспираторши. Лукавые огоньки где-то в глубине Вериных глаз и чуть заметное напряжение губ, сдерживающее рвущуюся на волю улыбку, не укрылись от внимания Игоря.
«Смотрю на тебя и пытаюсь понять по твоему выражению лица, означает ли этот привет наше перемирие», – быстро выстучал на клавиатуре Игорь.
«Да», – ответ пришел через несколько секунд, следом посыпались короткие фразы объяснения:
«Хочу извиниться. Ты ведь на самом деле просто шел на работу. У меня просто нервы не в порядке.»
«Это и так понятно», – отвечал Игорь, – «Меня волнует другое. Я ведь просил тебя ни о чем, связанным со мной, не просить нашего зам.редактора. Ты же обещала не вмешиваться?!»
Игорь точно помнил, что никакого обещания Вера не давала, но для пущего оправдания правомочности своей безграничной обиды, слегка приукрасил ситуацию. Вера не отвечала довольно долго. То ли думала над ответом, то ли просто медленно набирала.
«Не думала, что ты можешь думать обо мне так плохо», – гласило пришедшее, наконец, послание от Веры, – «Я действительно хотела поговорить с замом вашего редактора. Действительно о тебе. Каюсь. Но ни о каких просьбах и речи быть не могло. Я просто хотела побольше узнать о тебе. Но Стас в этом случае оказался не менее полезен.»
Игорь почувствовал, как его лицо заливается краской. Она интересовалась им! Она хотела побольше про него узнать! Она говорит об этом, как о само собой разумеющемся факте… Она…
«Стоп!» – мысленно оборвал себя Игорь, – «Что за глупый восторг по поводу этого шпионского детского сада?!»
«Во-первых, все, что говорит Стас, нужно делить, минимум, на пять,» – спокойно застучал клавишами Игорь после непродолжительного раздумья, – «Во-вторых, к чему это «наведение справок»? Неужели нельзя просто спросить? Что за недоверие?»
«Извини. Дурацкие привычки,» – тут же пришел ответ, – «Если ты обещаешь честно отвечать на любые мои вопросы…»
«Конечно.»
«Хорошо. Впредь буду спрашивать у тебя.»
Игорь, честно говоря, ожидал, что это «впредь» наступит немедленно, и несколько расстроился воцарившемуся на том конце связи молчанию.
«А можно, спрошу я,» – не выдержал Игорь, мысленно кляня себя за столь наглое проявление инициативы, – «Скажи – то что произошло между нами вчера, – это просто твоя мимолетная слабость? Ты не была пьяна, не находилась под чужим влиянием… Что это было?»
«О чем ты?» – ответ пришел значительно быстрее, чем Игорь успел настроиться на то, что сейчас может произойти самое худшее.
Значит, ни о чем. Действительно, не о чем! Подумаешь, невинные поцелуи при луне… Так ведь, на то она и луна, чтобы замужним дамам можно было, на неё ссылаясь, позволять себе некоторые слабости. А он, Игорь, тоже хорош. Раздул миф о большой и светлой любви из случайного пожатия рук. Нашел, что выдумывать!
«У меня не бывает мимолетных слабостей. Если уж слабость – так всерьез и надолго. А если про нас… То не слабость это – сильность. Я так думаю.» – появившиеся на экране новые строки на миг заставили Игоря прекратить дышать. Он смотрел, читал, перечитывал и не верил. Потом верил и радовался. Потом верил, вспоминал все сопутствующие обстоятельства в лице Марийки, Сана, разницы в материальном положении и статусе, и тонул в приливе отчаянья. Сохранить при всем этом невозмутимое выражение лица оказалось невозможным. Как и усидеть на одном месте. Игорь вскочил, потом снова сел, быстро набрал подростково-банальное: «Я хочу быть с тобой.»