— Как в моем сне, — сказал он, послушно поднимая руки в знак капитуляции.
— Тот, что снился тебе на полу у моей кровати?
— Да.
Выразительный кадык подпрыгнул вверх-вниз, а блестящие и чуть припухшие губы с шумом разомкнулись, когда, поманив пальцем воздух, я отправила магический посыл, что снял с меня верх.
Сидя на его бедрах, почти обнаженная, я впервые не испытывала смущения. Мне нравилось, с каким желанием и благоговением он на меня смотрит. Как разглядывает, не пряча глаза, как тяжело дышит, стараясь себя не выдать.
Качнув бедрами, не смогла сдержать соблазнительной улыбки, когда мужчина подо мной зашипел, а внизу обнаружилась приятная и впечатляющая выпуклость.
— Что я делала в том сне?
— Просила поцеловать себя, — не отводя взгляда, ответил он.
— А еще?
— Качала бедрами.
— Так? — нетерпеливая волна пробежалась по красивым мужским рукам, и Рассел вновь зашипел.
— Так.
— А так я не делала?
Щелчок пальцами, и великолепное фактурное тело оказывается передо мной полностью обнаженным. На удивление Рассел, казалось, даже не заметил этого, лишь отрицательно мотнув головой.
— Нет. Не делала. Я не мог до тебя дотронуться, — признался он, жадным взглядом облизнув мою покачивающуюся перед его лицом грудь.
— Рассел, — протянула я и наклонилась еще ниже. — Поцелуй меня.
За секунду потолок с полом поменяли свое положение, и я оказалась погребенная под сильным мужским телом, которое набросилось на меня с невиданной ранее страстью.
Чуткие пальцы тут же скользнули вниз, ныряя прямо под остатки моей одежды, и чувственно погладили влажный от желания вход.
— Скажи еще раз.
— Поцелуй меня, Рассел, — не смея ослушаться, повторила я, с восторгом и замершим сердцем наблюдая, как темноволосая голова опускается, пленяя стоящий от возбуждения сосок.
Вторя моему стону, Рассел незамедлительно протолкнул пальцы глубже, вымазывая их в смазке, и тут же оттянул назад. Но только чтобы повторить движение и вновь заставить меня застонать.
Все происходящее было таким чувственным, нежным, что от возбуждения тряслись ноги. В груди ломило от непередаваемых ощущений. Руки сами тянулись к его волосам, рукам, плечам, и я не смела себе отказывать.
— Твоя юбка пр-росто шикар-рна! — прорычал он, заставив меня несдержанно засмеяться. — Обожаю ее!
— Я то! Же-е-е-е-е… — разорвав слово, я едва удержалась, чтобы не потерять сознание от очередного движения мужской ладони.
Он удивительно смело вел себя в новых для себя обстоятельствах, вызывая желание смиренно принимать его волю, покориться. Такой мужественный, вездесущий. Только восторг!
— Рассел! — нетерпеливо выкрикнула я, понимая, что прелюдия уже затянулась. — Прошу…
Ничего не ответив, дракон продолжил свои ласки, проигнорировав мои слова.
— Рассел! — запустив пальцы в отросшую шевелюру, поразилась ее необыкновенной мягкости и даже позавидовала. Но все это только в маленьком промежутке между «схватиться» и «оторвать». — Что не так?
Дракон прикусил губу, плотоядно посмотрев на мой влажный и крепко стоящий сосок, и открыл рот, чтобы ответить.
Глава 26. Рассел
Рассел
— Я… крупный, — признался дракон.
Да, конечно, Дара уже много что успела увидеть, но мужчина искренне переживал, что большой размер достоинства может сыграть с ним злую шутку.
Однажды он нечаянно подслушал разговор двух дракониц, в котором одна жаловалась другой на боль во время соития. Мол, член ее жениха был так велик, что вместо удовольствия приносил только неудобства.
Почему-то слова девушки надолго застряли в его голове, и сейчас, оказавшись лицом к лицу со своей страстью, Рассел, как назло, вспомнил их, занервничав.
Удовольствие он и так получит, зато Дара не пострадает.
— И?
— Я боюсь сделать тебе больно.
Прикусив свою нижнюю губу, ведьма задумчиво уставилась в потолок. Качнула головой, словно согласилась с самой собой в каком-то вопросе, и уперлась ладонями в мужскую грудь.
На одно мгновение Рассел подумал, что она его отталкивает. Все закончится прямо сейчас, и он просто умрет от разрыва сердца. Но чародейка, вновь уложив его на лопатки, оседлала мужские бедра, с коварной улыбкой склонившись к лицу.
— Тогда я буду сверху, — прошептала девушка, качнув бедрами, словно дразнясь.
Впившись пальцами в покрывало, дракон крепко стиснул зубы, чувствуя, что он просто на грани.
Лаская Дару, он еще мог себя контролировать, но в такой непосредственной близости тел это становилось просто невозможным. По бархатной коже члена туда-сюда прокатывалась влажная плоть, демонстрируя свое ответное желание.
Поудобнее разведя ноги, чародейка ловко юркнула рукой себе под юбку и нежными пальцами обхватила основание члена, погладив его невзначай. Медленно приблизив пульсирующую от желания головку, она шумно втянула воздух и слегка опустилась, насаживая себя на крепкий орган дракона.
— Оооох…
Только от этого звука Рассел готов был кончить.
Вот она! Его мечта! Осязаемая, настоящая! Ведь Рассел тайком больно ущипнул себя за ногу, убеждаясь, что не спит, и в этот раз Дара реальная!
Девушка осторожно раскачивалась, все ощутимее сдвигаясь вниз, заставляя Рассела скрипнуть зубами и задышать еще громче.
— Я… ох… осторожно, — прошептала она едва слышно, и темные женские глаза закатились.
Рассел немел.
Смотрел на нее во все глаза и боялся шевельнуться, чтобы не сделать девушке больно. Но она, как показывали бесконечно долгие секунды, справлялась сама, без его помощи, и спустя недолгое время довольно улыбнулась, касаясь мягкими ягодицами мужских бедер.
— Все хорошо? — немного тревожно спросил он, но девушка не ответила, только шире улыбнулась и вновь качнула бедрами, заставляя дракона вдавиться в кровать.
— Все отлично, Рас. Только…
— Что?
— Твои руки. — дракон взглянул на впившиеся в покрывало пальцы и удивленно приподнял брови. — Они не на мне.
Удивительно легко отцепив их от несчастного куска ткани, чародейка уверенно уложила их на свою талию, со стоном увеличивая амплитуду движения.
Ощущение упругих мышц ее лона обволакивало дракона до красной дурноты. Так тесно… И горячо… В глазах искрит то ли от собственной силы, то ли от переизбытка желания. Похоть колючими иголками щипала за пальцы, и они сами собой отправились в путешествие по женскому телу.
Мягкие полукружия груди приятной тяжестью давили ладони. Темные соски твердыми вершинками царапали кожу.
Опустив глаза, Рассел едва не захлебнулся от восторга, в узкой щелке между полами ткани заметив слияние их тел. Вверх… вниз… вверх… вниз…
Голова горела огнем. Полыхала первобытным пламенем, поджигая огромное сердце.
Нет, Рассел знал и был готов к тому, что это случится. Чародейка разбудит в нем истинное пламя, наполнит магией, срывая печати, но мгновение обретения силы стало для него ошеломительным.
Глядя на хрупкое женское тело, двигающееся в такт своему желанию, Рассел пропадал, понимая, что его сердце теперь принадлежит ей одной, единственной. Его сердце будет пылать только для нее, только с ней, только так.
Неожиданно даже для самого себя Рассел сел, крепко обхватывая девушку руками и прижимая к себе. Слиться с ней в поцелуе стало так же важно, как втянуть воздух, пропитавшийся их запахом, ароматом их страсти, туманящей мир.
Плавно, стараясь не торопиться, дракон раскачивал чародейку в своих руках, с восторгом наблюдая, как закатываются ее глаза, как губы тихо шепчут его имя.
— Рассел… Рассел…
Она не откажется от него. Этого не будет. Никогда.
— О, боги! — вскрикнула Дара, впиваясь острыми коготками в широкие плечи и рассыпаясь. — Рассел!
Толчок, толчок, еще толчок! И сладкая отрава растекается в венах, заменяя кровь. Крепкий пресс напрягается, по рукам проходит метаморфоза, и огромные крылья за спиной раскрываются, закрывая голые тела своей непроглядной стеной.
Даааа… Его дракон укрыл ее. Принял.
Теперь они единое целое, он, она и его зверь. Идеальное единение, из которого состоит жизнь.
— Рассел, — прошептала чародейка, прижимаясь влажным лбом к мужской щеке. — Я…
— Я люблю тебя, — выпалил он, даже не задумываясь над тем, стоит ли говорить это сейчас.
Он любил. Только так, как умеют самые преданные драконы, раз и навсегда выбирая ту, что укроют их крылья. Ему даже не нужен был ее ответ. Он знал, чувствовал, что чувства взаимны, просто девушка не спешит.
Время. Время обязательно ответит на его признание.
Темные глаза растерянно уставились на него в упор, но глупая улыбка разрезала губы, разрушая повисшее молчание.
— Ничего не говори, Дара, — продолжая улыбаться, сказал он, падая на спину и утягивая девушку за собой.
— Рас?
— Мм?
— Назови меня по имени.
— Дар-р-ра, — прокартавил он, впервые не смущаясь своего дефекта.
— Еще
— Дар-р-ра, др-р-рагоценность моя. Сокр-р-ровище, — продолжал он, чувствуя теплый отклик женского сердца.
Ей нравилось, как он картавил, и девушка не собиралась этого скрывать. Да и не смогла бы. Ее душа горела теплым светом, который дракон ощущал где-то в подкорке, наверняка зная, что чувствует его ведьма.
— Спасибо.
— Не благодар-р-ри, — вызывав тихий смех, Рассел уложил девушку на свое плечо и обнял.
Они оба устали. Пора отдохнуть.
Глава 27. Коул
Коул
— Все будет нормально, — нервно вышагивая из стороны в сторону, сказал Дормун, меряя свою мастерскую шириной шага. — Рассел не опростоволосится!
— Конечно, нет, — подтвердил его слова брат, и шумно отхлебнул вина из бокала.
Коул и сам нервничал, скрывая это под маской своей наглой морды.
После того, что произошло между ним и чародейкой, ему пришлось скрепя сердце уступить младшему брату очередь на свидание. Обдумав дальнейшую тактику поведения, кот пришел к выводу, что он просто обязан доказать ведьме, что может быть другим. Способным не только сладко кувыркаться в кроватке, а быть настоящим мужчиной, а в этом вопросе он явно уступал братьям.