В принципе, будь ирландцы решительней, они могли атаковать и прорваться через полицейские заслоны. Полиции в буквальном смысле нечем было ответить на огонь преступников. Но почему так? Позже, когда всё закончилось, я задал этот вопрос директору Скотланд Ярда. Его ответ меня поразил до глубины души. Оказывается, всё дело в правах человека! Когда англичане решили завести полицию, против этого возражали многие. Мотивы возражающих были чисто фарисейские: само наличие полиции означает, что в обществе есть люди, обладающие большими правами, нежели обычные граждане. А это недопустимо! Тем не менее, так как нужда в полиции всё-таки была, нашли компромиссное решение: полиции быть, но она не должна получить преимущества над английским гражданином. А посему, поданные Его Величества имели право на ношение и применение оружия, а полицейские такого права были лишены. Нет, не совсем так: запретили носить и применять оружие при официальном исполнении служебных обязанностей. После службы, сняв форму и одев цивильный костюм — сколько угодно. Но на службе — ни-ни! Конечно, мысль человеческая изворотлива. Для следователей и сыщиков, которые исполняли свою работу будучи одетыми в цивильное, исключение сделали. Но те стражи порядка, которые обязаны были носить форму, так и оставались безоружными. Долгое время это не порождало никаких проблем, потому что даже преступники редко оказывали сопротивление людям, чьим оружием была форма. Ну а в случае большой нужды, вызывали армию. Но в эти дни, армия была занята в разного рода оцеплениях и караулах и выделить в помощь полиции никого не могла.
А как же граждане? Граждане положили болт на свою полицию и делиться стволами с ней не стали. Просить было бессмысленно. Зная это, полиция готовила третий по счету, заранее обреченный на неудачу штурм.
— Капитан! — окликнул кто то командира полицейского отряда сзади. Тот обернулся на голос.
Перед капитаном полиции Хоккинсом стоял, судя по форме, иностранный морской офицер. Позади офицера стояли матросы, держа в руках узлы с чем то тяжелым и толстенький субъект в штатском, с саквояжем в руках..
— Чем могу быть вам полезен? Сэр!
— Мичман Новиков, капитан! Крейсер Российского флота "Иван Грозный". А это мои матросы и наш корабельный врач. Я хочу предложить вам помощь.
— Сэр! Это внутреннее наше дело, в которое вы не имеете права влезать! Я ясно выразился?
— Погодите, мы не собираемся участвовать в штурме. Насколько я понимаю, ваши законы не запрещают одному благородному человеку оказать посильную помощь другому. В этих узлах оружие и патроны. К тому же, ваши законы не запрещают врачу оказывать помощь раненым.
Что мог на это ответить британец. Только кивнуть в знак согласия и отдать команду своим подчиненным. В принесенных узлах оказались револьверы "смит-вессон", карабины СКС, патроны и немного ручных гранат. Заметно повеселевшие полицейские мгновенно расхватали оружие. С револьверами они разобрались самостоятельно. С карабинами и гранатами, после краткого показа и объяснения на пальцах.
— Капитан, — мичман так и не ушел, — если потребуется… Короче, окна этого здания как раз находятся на прицеле одной из противоминных пушек нашего корабля. У орудия сейчас ждут сигнала на открытие огня наши лучшие комендоры, — и мичман передал капитану фальшвеер.
— Я понял вас, сэр! Не стоит, хватит того, что есть. Оружие мы вам вернем. И лучше вам здесь не стоять. Не стоит смотреть на то, что сейчас произойдёт. Я на этом настаиваю.
Ну а дальше был штурм, которого не пережил ни один террорист. Что там было внутри здания на самом деле, знают только участники штурма, которые долго никого не пускали в здание даже после того, как стрельба стихла. Как и было обещано, оружие на крейсер вернули. Но сохранить происшедшее в тайне не удалось. Спустя два дня, нашему послу в Лондоне вручили официальный протест против вмешательства наших моряков во внутренние дела Великобритании.
Идиотская реакция британских властей меня не удивляла. Я на такое ещё в том времени достаточно насмотрелся и прекрасно знал, что это не более чем предварительная пристрелка перед настоящей артподготовкой. Мы дали англичанам формальный повод для протеста, а дальше к этой претензии прицепят что-нибудь более серьёзное. И британцы оправдали мои ожидания. Несколько дней их пресса возмущалась фактом наглого вмешательства русских моряков в работу лондонской полиции. Всплыла информация и о том, что мы готовы были приступить к артиллерийской стрельбе, чтобы разрушить собственность, принадлежащую поданным Его Величества Почему меня это не удивило?
В один прекрасный день, появилась статья о том, что мичман Новиков действовал не по собственной инициативе, а получив на это приказ как минимум капитана корабля.
"Нет сомнений в том, что на русском флоте не разрешено обычному офицеру по собственному разумению передавать оружие и боеприпасы кому угодно, не получив на это приказа капитана корабля. Но и капитан корабля вряд ли пойдет на то, чтобы самовольно вооружать чужих поданных не где-нибудь в колонии, а в столице Метрополии. И тем более он не станет самовольно принимать решения об обстреле чужой столицы из орудий".
А дальше автор статьи предлагал принять во внимание то, что на борту русского крейсера в этот момент находился никто иной как русский царь. Меня правда ни в чем не обвиняли. Автор просто предположил, что некий высокий чин, фамилия которого автору неизвестна, МОГ отдать соответствующие приказы, не поставив об этом меня в известность.
Намек был понятен. Если я не при делах, то узнав о самовольстве обязан наказать негодяя, поставившего под удар отношения двух держав. Но если никто наказан не будет, значит все безобразия творились с моего ведома и согласия, а это уже не разгильдяйство, а враждебный акт в отношении великой морской державы.
Да, ребята! Я в праве был ожидать от вас более тонкой игры, а не такого убожества. То, что мичман Новиков выполнял мой приказ, про это вы правильно поняли. А насчет наказания виновного… Ребята! У всякого, даже посредственного начальника есть свой мальчик для битья. Есть такой и у меня. Знакомьтесь: полковник Генерального штаба Романов. Именно ему я и выразил в письменном виде своё неудовольствие за проявленное самовольство. О том, что командир корабля не обязан выполнять приказы кого попало, мы скромно помолчим. А заодно я постарался загладить нетактичное поведение русских офицеров, наградив непосредственных участников штурма боевыми наградами. Рядовых полицейских — солдатским "Георгием", а капитана Хоккинса — офицерским. Это ещё больше накалило обстановку.
Получилось совсем нехорошо. Иностранный монарх, восхищенный проявленной храбростью и верностью долгу, награждает полицейских боевыми наградами. А собственное правительство, даже не соизволило как то отметить подвиг героев. Да, ребята, покойная королева Виктория всё-таки лучше относилась к защитникам Отечества. А эти уроды что сделали? Взяли, да уволили со службы капитана Хоккинса! Скоты! Как есть скоты! Стоит ли удивляться тому, что этот мужественный офицер, спустя месяц получил у меня службу и сменил место проживания, переехав вместе с семьёй в Сан-Франциско.
Если бы дело было в этом незначительном по сути дела эпизоде, то на этом всё и закончилось. Только, как я уже говорил, это была не более чем пристрелка перед очередной артподготовкой. Не стоило забывать о том, что между Россией и Англией шла необъявленная война, которую Артур Конноли окрестил Большой Игрой. Мы эту войну называли иначе — Война Теней. Пожалуй самая длительная в истории нашей страны война. Начавшись в 1722 году, она не прекращалась до 1989 года. И велась обеими сторонами даже в те времена, когда мы и англичане были союзниками против общего врага.
Итак, очередной целью британской экспансии в этом году должен был стать Тибет. Нужда в организации военной экспедиции возникла не на пустом месте. Формально входя в состав Империи Цин, Тибет не очень то и считался с центральным правительством в Пекине, жил по своим правилам и законам и даже заключал соглашения с иностранными державами. Одним из проявлений самостоятельности в делах, была организация набегов на соседние страны: Непал, Бутан, Сикким. Доставалось от них и англичанам. Англичане конечно не только огрызались, но и переходили временами в наступление. Двенадцать лет тому назад они сумели нанести поражение тибетцам и заключить с ними мир. Вот только тот самый договор в Калькутте подписывали не они, а дипломаты Империи Цин. А раз так, то побеждённые считали себя вправе не соблюдать его. В частности, на английских торговцев ими накладывались такие пошлины, что всё это больше походило на издевательский грабёж.
Не лучше дела обстояли и сейчас. Империя Цин считай распалась. Южней Янцзы фактическая власть в руках ихэтуаней и примкнувшей к ним военщины, а за спиной этих ребят стоят американцы.
В Пекине правит ставленник союза европейских держав и Японии. В Шаньдуне фактическими хозяевами положения являются немцы и в какой то мере австрийцы. А на остальной территории формально правит Цыси, которую поддерживаем мы. Но на самом деле, её власть эфемерна даже в на территории Маньчжурии. А уж про Монголию, Туву, Синцзян и Тибет и говорить не стоит. В этих частях империи Цин еще сидят маньчжурские амбани, но ничего они не решают, потому что у Цыси нет ни войск, ни казны, ни спецслужб. Пустое по сути своей место.
Правда, благодаря нашим стараниям, национальные окраины не спешат разбегаться. Благодаря этому у нас на юге есть хоть какой-то защитный буфер. В числе прочих, роль буфера играет Тибет. И это совершенно не нравится англичанам. Они видят в этом угрозу своим индийским владениям и нервничают. Честно говоря, я бы с удовольствием бросил этот самый Тибет на произвол судьбы. Никаких экономических интересов у нас там нет. Да и на роль союзника он совершенно не годится. Вот только не выйдет так поступить. Тибетом управляет далай-лама, чей авторитет среди буддистов сравним с авторитетом Римского папы среди католик