Мы живем в удивительное время, когда интеллигентные в прошлом люди, возглавив телевидение, позволяют себе более чем странные методы борьбы за власть, основными из которых являются замалчивание фактов, уход от критики и создание фальшивых кумиров. Спросите себя, кого вы знаете из сегодняшних представителей высокого балета? Дай бог, чтобы вы назвали Николая Цискаридзе и Анастасию Волочкову, и то лишь благодаря их появлению в гламурных глянцевых журналах – воплощении пошлости и потребительского отношения к жизни – и в таких же передачах. Кого вы знаете из классических музыкантов нового поколения? Дай бог, чтобы вы вспомнили Дениса Мацуева, и то лишь потому, что его, слава Создателю, еще иногда показывают по телевизору. А писатели? Нет, не писатели-подонки, а писатели-писатели. Ну, вспомнили? Не вспомните, не старайтесь. Сергей Минаев написал замечательную, очень жесткую, страшную книгу – «Время героев». И Владимир Сорокин выпустил великолепный сборник, который называется «Сахарный Кремль». Конечно, жутко все это читать, особенно если смотреть на происходящее вокруг непредвзято. Понимаешь, что такая культурно – информационная политика приведет к полной потере идентичности, колоссальной аморальности, ненависти и, как результат, к вырождению нашего населения и гибели России как единого государства.
Ну, что же, задача зла будет выполнена. И его скромные рядовые разъедутся по местам своего обитания. Одни в Америку, благо американские паспорта были получены заблаговременно и возвращать их никто не собирался, другие – по своим недальним странам, бывшим республикам. Речь не о них, речь о нас – обо всех тех, кто все реже смотрит телевизор и все чаще, думая об этих персонажах и их калейдоскопическом мелькании на экранах, с замиранием сердца ловит себя на мысли, что грядут последние дни.
Надо сказать, что эта разрушительная деятельность уже приносит свои плоды. Когда на конкурсе «Евровидение» Россию представляет девушка – я уже упоминал о ней, – которая на полном серьезе заявляет, что Гитлер был прав, что в Германии должны жить немцы, на Украине – украинцы, а в Израиле – евреи, то возникает много вопросов. Не к ней – руководству. И не только канала, но и страны. Но самое страшное – это люди, которые искренне не понимают, в чем причина возмущения. «Подумаешь, – говорят они, – какая разница, песня-то хорошая. Ну и что, что она так сказала?» И я с ужасом осознаю, что в нашей стране постепенно начала исчезать прививка антифашизма. Удалось вырастить манкуртов, не помнящих родства.
Люди перестали различать, что хорошо, а что плохо. Люди не понимают, что это оскорбительно – когда приходит в прямой эфир на федеральном канале Микки Рурк, какой бы он ни был замечательный актер, и начинает пить и курить в кадре. Это неуважение к нам. Я не могу себе представить, чтобы Никита Михалков пришел на американское телевидение и в прямом эфире устроил нечто подобное. Мы же не папуасы! Если мы не уважаем себя и позволяем другим делать все что угодно, думая, что это прикольно, то кто будет уважать нас? А телевидение это транслирует. Телевидение говорит, что это можно, что это нормально. Телевидение рисует героев, от которых меня тошнит.
А потом к 9 Мая все опять вывесят георгиевские ленточки, и покажут великие фильмы, от которых будем плакать уже только мы, потому что молодежь не поймет, что в них такого прикольного, и Анастасия Приходько, представляя Россию, споет на «Евровидении», а потом скажет своим украинским друзьям, что ей было неловко петь с хором Турецкого, потому что они евреи, но пришлось это сделать, чтобы «эти москали» от нее отстали. И мы утремся. Великая страна утрется. В который раз.
А потом какой-нибудь очередной Саакашвили введет войска в Осетию и страшно удивится – почему это русские вдруг встали и дали по башке. И так же удивятся все те, кто паразитирует на нашей стране, считая, что можно безнаказанно гадить людям в душу, когда народ вдруг встанет и не будет креститься, доказывая, что он православный, а вежливо спросит, что здесь все-таки происходит.
В нашей истории наступил очень странный момент. Появляются разные идеалы у разных слоев и страт населения. При этом идет не только имущественное расслоение, но и региональное. Образ героя для чеченцев, дагестанцев, ингушей отличается от образа героя для жителей Москвы, Казани, Санкт-Петербурга. Если совсем недавно общими для формирования сознания советского человека были подвиги Великой Отечественной войны и Октябрьской социалистической революции, то сейчас у нас есть, к примеру, сильный идеологизированный Кавказ, где с одной стороны развивается идеология победителей (это все люди, имеющие отношение к Рамзану Кадырову), с другой – формируется психология неудачников (тех, чьи родители были инженерами, врачами, учителями, и кто так и не нашел своего места в жизни), а с третьей – осуществляется воспитание плебса. Эта третья ипостась информационно-идеологического потока сейчас занимает основное место на радио и телевидении – особенно на телевидении. Плебсу подсовывают жвачку для мозгов. Как фильм «Троя» не имеет никакого отношения к гениальному произведению великого греческого слепца, так и фильм «Адмиралъ» не имеет никакого отношения к истории гражданской войны. И вообще, если говорить серьезно, то, несмотря на блестящую актерскую игру, фильм этот колоссально вредный. Предпринятая авторами попытка найти идеологию в царизме, попытка уйти туда, обелить белых, очернить красных – она крайне наивна, а главное, не приводит ни к каким результатам. То есть это, несомненно, попытка отыскать новых героев. Но для кого?
Забавно, что государство, тратя определенные средства на идеологию, пока никак не может найти, на что опираться. Так, при попытке опереться на образ Великой Отечественной войны мы моментально соскальзываем на уровень асфальта из-за пошлых пересмешников, для которых главное – похихикать над гигантским размером груди Анны Семенович. Выросло поколение циников, для которых главное – «поржать» и иметь свое мнение по любому вопросу, и которые утверждают самодостаточность собственного мнения. При этом, что характерно, право на это самое мнение не заслужено ничем, да и мнение, как правило, пустое. Кумиры дегенератов и сами неумны – всего лишь чуточку умнее, чем сами дегенераты. В стране слепых и кривой – король, а на фоне дегенератов глупцы кажутся философами.
Неожиданно страна вновь стала распадаться на несколько частей. Именно поэтому каждая встреча и каждый разговор с людьми из Чечни оставляет непреходящее чувство удивления тем, насколько они цельные. Конечно, они могут сильно вам не нравиться, но эту цельность невозможно не заметить. И при встречах с верующими людьми, независимо от того, нравятся они вам или нет, вас не покидает то же ощущение цельности. И как же аморфно большинство нашего населения! Без идей, без понимания, без всего…
Мы вообще воспитываем очень интересную молодежь. Как-то раз я предложил министру науки и образования Андрею Александровичу Фурсенко самому прийти и попытаться сдать ЕГЭ, просто ради интереса. Хотя бы угадать нужные ответы. Реакция была фантастическая: Фурсенко просто засмеялся! Он искренне и заразительно хохотал несколько минут, после чего произнес: «А мне уже не надо! Это уже не мой профиль». Я понимаю, действительно, профиль уже совсем не его. Но вот я читаю тесты по литературе и не знаю, смеяться или плакать. Понимаю, настоящий знаток литературы легко ответит на вопрос о творчестве Льва Николаевича Толстого: «В каком платье танцевала Наташа Ростова на своем первом балу?». Варианты ответов: белое, красное… И это убожество на полном серьезе преподносят нашим детям как венец творения педагогической мысли. Кого мы воспитываем?
Уже сейчас виден колоссальный разрыв поколений. Уже выросли дети, которые не читают, хотя и умеют. Они говорят на языке, который лишь отдаленно похож на русский.
В мае 2009 года газета «Комсомольская правда» написала о жутком случае, произошедшем в школе, которую я заканчивал. Случилось следующее: мы так долго боролись за то, чтобы каждая нация и народ чувствовали собственную гордость, как и за то, чтобы поскорее расстаться с советским интернациональным прошлым, что доборолись до его обратного проявления. И вот сначала в школе на уроке, рассказывая о роли личности в истории, юноша, по национальности грузин, начинает восхвалять Саакашвили. Когда его одноклассник, не грузин, сделал ему замечание, завязалась очень бурная вербальная дискуссия, в результате которой мальчику – не грузину в голову полетел стол. Этот случай замяли. Через несколько месяцев группа чеченских подростков начала терроризировать ребят помладше. Во время одной из разборок чеченские мальчики выхватили пистолеты, к счастью, пока еще не боевые, а пневматические, и открыли стрельбу. В результате две пули застряли в голове у ребенка. Одну смогли удалить сразу, вторую нет. Приехал большой милицейский начальник и провел беседу со школьниками. Беседу! Притом, заметьте, школьники не задержаны, не содержатся в СИЗО, хотя очевидно, что их поведение создает угрозу для общества. Никто не задает вопрос, откуда у них пистолеты. Ну что вы! Сейчас ведь оружие может купить каждый. Никто не пытается поставить, вежливо говоря, на вид родителям или возмутиться. Нет, в самом деле, у нас же интернационализм! А интернационализм у нас теперь означает следующее: если ребенок что-то совершает, и он русский, то не надо упоминать его национальности – это интернационализм. А если совершает что-то ребенок, который по национальности чеченец, монгол, еврей, удмурт – кто угодно, – и ты, не дай бог, скажешь, какой он национальности, то ты, оказывается, разжигаешь межнациональную рознь.
Я рассказал об этом министру Фурсенко – он, как обычно, засмеялся. У него было такое счастье на лице, как будто моя фамилия – Жванецкий. Он так веселился, что мне в какой-то момент времени стало просто страшно за его душевное здоровье. Потом он стал говорить, что министерство ничего не может сделать, что школы им не подчи