ей реконструкцией и реальными фактами? Оказывается, нет. Напротив, ниже мы увидим нечто весьма интересное, что подтверждает правильность нашей идеи.
Зададимся простым вопросом: в самом ли деле все названия, приведенные на русско-ордынском «монгольском» гербе Ивана Грозного XVI века, относились в ту эпоху к тем географическим областям, к которым их принято относить сегодня (в романовской истории)? О Болгарии и Югре мы уже сказали. Но это еще не все. Есть куда более яркие примеры. Оказывается, еще два великих княжества XVI века, упоминаемые на старом русском гербе, а именно Пермь и Вятка, появились на карте романовской Российской империи лишь в конце XVIII столетия. Причем в одном и том же — 1781 году. До этого ни Перми ни Вятки в русском Заволжье (куда их поместили романовские историки) и в помине не было.
Начнем с Перми. В русских летописях много говорится о Пермской земле. Сообщается, что это — мощное в военном отношении государство, очень богатое. Вероятно, именно о Пермской земле упоминают также и западноевропейские, и скандинавские средневековые авторы, называя ее Бьярмией. Мнение о тождестве Перми и Бьярмии уже высказывалось специалистами, хотя оно и не считается сегодня общепринятым. Современный автор Е.А. Мельникова пишет: «По этим сведениям, Бьярмия — богатая страна, жители которой имеют огромное количество серебра и драгоценных украшений. Однако викингам не всегда удается захватить добычу, так как бьярмы воинственны и способны отразить нападения». Нынешним историкам не удается однозначно локализовать эту страну — Бьярмию (Пермь?) на скалигеровской географической карте средневековой Европы.
Считается, что Пермскую землю удалось окончательно присоединить к Руси только в XV веке. Но тогда получается, что произошло это как раз в эпоху османского-атаманского завоевания. Нас пытаются сегодня убедить в том, будто «Пермская земля — название в русских летописях территории западнее от Урала по рекам Каме, Вычегде и Печоре, населенная народом коми (в летописях — Пермь, Пермяки, а также Зыряне)» (БСЭ, 2-е изд., т. 32). То есть нам говорят, будто Великая Пермь была расположена глубоко внутри романовской Империи, в малонаселенных глухих местах, где-то между Волгой и Уралом. Как мы ниже увидим, это утверждение романовских историков совершенно беспочвенно. И является результатом «романовской деятельности» по написанию «правильной» истории Руси.
Согласно русским хроникам, Пермская земля находилась рядом с Югрой. То есть, как мы теперь понимаем, рядом с Венгрией. В Большой Советской Энциклопедии читаем: «Новгородцы, совершая через Пермскую землю военно-торговые походы в Югорскую землю… принудили коми (на самом деле — Пермь, так как в летописях говорится именно Пермь, а не Коми — Авт.) к уплате дани. С 13 века Пермская земля постоянно упоминается в числе Новгородских волостей. Новгородские „мужи“ собирали дань с помощью сотников и старост из верхушки местного населения; продолжали существовать и местные князья, сохранявшие известную долю самостоятельности… Христианизация края, проведенная епископом Стефаном Пермским (в 1383… основал Пермскую епархию; составил азбуку для зырян)… В 1434 Новгород вынужден был уступить в пользу Москвы часть своих доходов с Пермской земли… В 1472 к Москве была присоединена… Пермь Великая… местные князья были низведены на положение слуг великого князя».
Итак, оказывается, Пермская земля имела своих князей (до XV века — фактически независимых), своего епископа, свою особенную азбуку. Да и само название — Великая Пермь — ясно указывает на важное значение этой земли в Империи. Далеко не каждая область Империи удостаивалась права называться «Великой».
Но на каком основании романовские историки заявляют, что земли по реке Каме, населенные народом коми (то есть «камские»: коми — Кама), — будто бы и есть летописная Великая Пермь?
Народ коми, живущий сегодня в этих местах по реке Каме, — не называет себя ни пермяками, ни зырянами! Оба эти названия, очевидно извлеченные из русских хроник, присвоены народу коми уже при Романовых. Как, кстати, и название города Пермь, который до 1781 года был, оказывается, просто селом. Называлось это село совсем не «Пермь», а Егошиха. Что общего нашли романовские чиновники между знаменитой Великой Пермью XIV–XVI веков, о которой столь много написано на страницах русских летописей, и селом Егошиха, возникшим, кстати, лишь в XVII веке? Зачем переименовали его в Пермь, а местных жителей — коми — назвали громкими именами — пермяки и зыряне? Куда исчезла знаменитая Пермская азбука, изобретенная Стефаном Пермским? Ведь до революции 1917 года, как утверждает энциклопедия, коми не имели своей письменности.
Итак, это — народность коми, играющая, по замыслу Романовых, роль летописных зырян. Другая народность коми, родственная первой, играла, по тому же романовскому замыслу, роль летописных пермяков. В обоих случаях местные жители (коми) так и не «выучили» данные им Романовыми новые названия. Так и называют себя до сих пор просто коми.
Сегодня нас убеждают, что присоединить коми-пермяков к Русскому государству было совсем непросто. В самом деле, читаем в БСЭ, лишь «с 15 века территория коми-пермяков (которая в русских источниках была известна под именем Перми Великой) вошла в состав Русского государства». То есть, согласно романовскому прочтению русских летописей, лишь в эпоху османского завоевания Руси-Орде удалось (по-видимому, с большим трудом) окончательно покорить упорно сопротивлявшихся коми-пермяков и присоединить их глухие в то время земли к Империи. После чего «пермская печать» в числе печатей 12 важнейших областей Империи была торжественно водружена на государственный герб. А титул «великого князя пермского» (будто бы из деревни Егошихи) перешел к владимирскому, московскому и новгородскому царю-хану. Хотя, впрочем, и деревни-то здесь ранее XVII века никакой не было.
Вот что известно о современном городе Пермь. «Город основан на месте деревни Егошихи, возникшей в начале 17 века. В 1723 был построен медеплавильный завод, поселок при котором в 1781 переименован в город Пермь и сделан центром пермского наместничества» (БСЭ).
После падения Романовых, название «пермяки» для коми не удержалось. Местные жители не забыли свое настоящее название — коми. В БСЭ говорится: «Пермяки — устаревшее название народности коми-пермяков».
Итак, местное население не признает название «пермяки» и называет себя коми. А город Пермь преобразован из деревни Егошиха лишь в конце XVIII века. Так почему же знаменитая летописная Великая Пермь отождествляется сегодня с землями коми? Скорее всего, это неправильно. Современным коми-пермякам Романовыми было предназначено играть роль совсем другого народа. Цель этой подмены очевидна: скрыть, что представляла собой настоящая Великая Пермь в XVI веке, входившая еще в XVI столетии в состав Русской Великой Империи.
Теперь мы можем представить нашу реконструкцию. Настоящая средневековая Великая Пермь (отразившаяся в летописях) — это, по-видимому, Южная Германия (без Пруссии), Австрия, Северная Италия. До сих пор в Северной Италии существует старинный город Парма, в названии которого явственно звучит наименование Пермь. А в столице Австрии — Вене — находится один из крупнейших в Европе собор Святого Стефана (Стефана Пермского?). Да и само название «Германия» — или ГРМ без огласовок, — возможно, является вариантом названия Bjrma (Бьярма), известного из средневековых скандинавских источников. Как мы уже говорили, Бьярма и Пермь, скорее всего, одно и то же. Напомним, что название «Германия» писалось в Средние века еще и так: Jermanie (см. книгу «Империя»). Поэтому B-Jarma (Бьярма) и Jerman (Германия), вероятно, являются вариантами одного и того же названия.
Тогда становится понятно, почему в романовской истории села Егошиха куда-то бесследно исчезла азбука святого Стефана. Не в том дело, что заволжские коми (названные потом пермяками) «не смогли» ее усвоить и сохранить. А в том, что святой Стефан учил этой азбуке совсем в других местах. А именно: в Австрии, Германии и Северной Италии. За что и удостоился благодарной памяти местного населения. В его честь построили великолепный собор в Вене. Таким образом, получается, что святой Стефан учил западноевропейцев своей новой азбуке в XIV веке, то есть действительно в глубокой древности (в нашей реконструкции). Отметим также, что он был, по-видимому, первым пермским епископом. Потому его и называли Стефаном Великопермским.
Обнаруженное нами отождествление летописной Великой Перми со средневековой Германией полностью проясняет, например, один казавшийся до того крайне странным рассказ Карамзина. Следуя старым источникам и, видимо, уже не совсем понимая, о чем идет речь, Карамзин, говоря о монгольском (то есть о «великом» русском) завоевании, упоминает поразительный факт: «Монголы более и более распространяли свои завоевания, и чрез Казанскую Болгарию дошли до самой Перми, откуда многие жители, ими утесненные, бежали в Норвегию». Даже беглого взгляда на карту достаточно, чтобы оценить всю фантастичность этой картины, если бы Великая Пермь действительно находилась там, куда ее поместили романовские историки, — на берегах Камы. Примерно с тем же успехом с берегов Камы можно было убежать и в Америку. А вот если Великая Пермь — это Германия, то картина становится совершенно понятной. Взгляд на карту показывает, что беженцы в Норвегии и Швеции могли появиться именно из Германии. Для этого им достаточно было переплыть проливы Каттегат или Скагеррак.
На русском гербе XVI века после Перми упомянута Вятка. При этом Югра, Пермь и Вятка, согласно русским летописям, — это близкие друг к другу области. Совсем не случайно романовские историки переместили их потом примерно в одни и те же глухие леса между Волгой и Уралом, когда старались всячески предать забвению следы великого = «монгольского» завоевания в Западной Европе. Поскольку мы отождествили Великую Пермь (летописную) с Австрией, Южной Германией и Северной Италией, то и летописная Вятка должна находиться где-то неподалеку. И это на самом деле так. Но, прежде чем показать это, посмотрим, на каком основании известный нам сегодня русский город Вятка (между Волгой и Уралом) был назван этим именем. И когда?