Рассвет еще только занимался, над травой висела туманная дымка, но вызолоченный солнцем край неба и безмятежная голубизна обещали погожий денек. Из белесой мглы поднимались шесть темных, геометрически правильных силуэтов. Шесть гигантских башен. Мрачные громады взлетали ввысь на милю, а то и больше.
Оглянувшись, Блейд обнаружил, что сидит у подножья седьмого колосса на краю огромного круга — добрых три мили в диаметре. В центре виднелась проплешина, ровная и голая, как плац. Это пространство было вымощено, и желтовато-белые плиты ослепительно искрились в лучах восходящего солнца. Взгляд странника побежал вверх по стене башни, нависавшей над ним чудовищной колонной. Стараясь добраться до верхушки, он едва шею не свернул; потом закружилась голова. Вместе с головокружением накатила странная фантазия: Блейду почудилось, что этот подпирающий небо столп сейчас рухнет, обвалится прямо на него и похоронит под обломками.
Башни, формой неотличимые друг от друга, рознились только цветом. Громадина, у подножия которой замер странник, темно-зеленым глянцем напоминала спелый плод авокадо. Слева от нее высилась оранжевая махина, а дальше по кругу — облитая синевой, золотисто-желтая, пламенеющая красным, матово-черная, как уголь, и сверкающая белизной. И все они, кроме черной, нестерпимо ярко сверкали в лучах солнца.
Но более всего Блейд изумлялся пропорциям башен. В основании всего пять сотен квадратных футов, а высота просто немыслимая. Миля! Он не был особенно сведущ в архитектуре, но и его скромных познаний хватало, чтобы понять: местные зодчие на столетие обогнали земных.
Туман почти рассеялся. Оглядев все вокруг, странник не обнаружил ни других строений, ни намека на то, что башни обитаемы.
Взгляд его снова обратился к зеленой башне и только теперь отыскал на высоте двух сотен футов двухъярусный балкон — весьма обширный выступ, который выдавался на добрых пятьдесят футов. Но не успел Блейд осмыслить свое открытие, как на него обрушилось новое: на балкон высыпали темные фигурки, казавшиеся крохотными с земли. Поначалу странника даже взяло сомнение — да люди ли это?
Тем временем одна из фигурок приблизилась к самому краю выступа и шагнула в воздух. Блейд чуть не задохнулся от ужаса и удивления. Сейчас это существо камнем рухнет на кустарник внизу! Да от него живого места не останется! Однако загадочное создание не падало словно камень — оно опускалось плавно, как мыльный пузырь. И теперь Блейд разобрал, что перед ним человек, с головы до пят облитый темно-зеленым глянцем, как и башня, из недр которой он явился. А еще странник приметил всполох стали — клинок у пояса летуна.
Любопытство в его душе боролось с тревогой. Не поискать ли убежища? У подножия башни было где спрятаться: нагромождения замшелых валунов, лохматые кусты, чахлые деревца, островки высокой травы, холмики и овражки опоясывали каменный столп. Это зеленое кольцо простиралось почти на милю, и такие же оазисы полудикой природы опоясывали все башни. Что это — место для прогулок или полоска невозделанной земли? Или, быть может, охотничий заповедник?
Между тем человек в зеленом пролетел уже сотню футов и неуклонно снижался. У пояса его и в самом деле поблескивало оружие — только не один клинок, а два. Над цилиндрическим шлемом поверх креста развевался зеленый плюмаж. Воин, вне всякого сомнения.
Странник наконец разгадал, что позволяет незнакомцу так плавно опускаться. Трапеция! Как у воздушных гимнастов. Правильный треугольник из толстых стержней. Воин стоял на основании из сверкающего зеленоватого металла и держался за ремни, прикрепленные к ребрам. Но где же веревки или канаты, на которых спускается эта штуковина? Неужели обитатели здешнего мира разгадали секрет тяготения? Собственно говоря, почему бы и нет? Чем они хуже тарниотов с их телепортационными установками?
Воспоминания и догадки, догадки и воспоминания… Не время для них сейчас, решил Блейд. Нужно прятаться! А может, нет? Слишком поздно… И потом, стоит ли отодвигать неизбежную встречу с обитателями башни? Разве не за тем все и затевалось? Если здешняя цивилизация обогнала земную, тут будет чем поживиться…
Пока Блейд мучился сомнениями, воин достиг земли. Точнее сказать, он остановил трапецию в восьми футах над поверхностью и спрыгнул вниз — с завидной ловкостью, как акробат. Трапеция опустилась рядом. Человек в зеленом подхватил ее и притянул к лицу вершину треугольника — где, несомненно, прятался микрофон. Впрочем, наверху этот гулкий вопль торжества могли услышать и без помощи электроники. По крайней мере, странник, затаившийся в сотне футов среди кустов, разобрал каждое слово:
— Я, Кир-Ноз, Воин Первого Ранга из Башни Змеи, объявляю, что первым ступил на Брошенные Земли в день войны против Башни Орла. Пусть это занесут в Книгу Чести!
Воин отбросил трапецию. Руки его метнулись к поясу и взлетели в стороны — уже с клинками. Два изогнутых лезвия, длинное и короткое, вспыхнули на солнце и тут же вернулись в ножны. Их обладатель похлопал по зеленым эмалевым рукоятям и направился прочь от башни, не сводя глаз с земли.
Он не прошагал и пятидесяти футов, когда Блейд возник из укрытия. Воин вытаращился на него, оцепенев от неожиданности, и только хватал ртом воздух, как умирающая рыба. Странник решился шагнуть вперед и вскинул обе руки в примирительном жесте:
— Приветствую тебя, отважный воин!
Слова чужого языка дались ему без усилия. Перемещение всякий раз загадочным образом воздействовало на речевые центры мозга, и с первых шагов в Измерении Икс Блейд мог свободно объясняться с аборигенами. Эта его способность крайне озадачивала лорда Лейтона, однако сам Блейд не пытался уразуметь природу непостижимого явления и принимал его как подарок судьбы. Или компьютера? Когда жизнь висит на волоске, не слишком удобно использовать язык жестов.
— Меня зовут Блейд, — продолжал странник, потому что воин еще не справился с замешательством. — Я прибыл с миром из далекой страны. Она называется Англией. Нельзя ли мне переговорить с теми, кто правит Башней Змеи?
Эти слова наконец вернули человека в зеленом к жизни.
— Так ты не из Мелнона? — процедил он сквозь зубы, хватаясь за рукоятки мечей.
— А что такое Мелнон? — осмелился уточнить Блейд. Кир-Ноз оторопел. Наверное, он удивился бы меньше, спроси незнакомец, что такое солнце или дождь.
— Мелнон — наш мир, — отрезал воин. — Ты сам разве не отсюда?
— Нет. Я из Англии. И прибыл с добрыми намерениями.
— Уж не хочешь ли ты сказать, что пришел из Внешнего Мира? — Палец Кир-Ноза ткнул в пространство, которое лежало за пределами круга, образованного каменными столпами.
— Да. Если ты называешь Внешним Миром все, что находится дальше башен Мелнона, — уклончиво ответил странник. Интересно, на каком тут счету обитатели Внешнего Мира? Кто они для Мелнона? Боги? Чудовища?
Однако все эти экивоки оказались совершенно бесполезным, по крайней мере, в общении с прямолинейным Кир-Нозом.
— Ты не мог прийти из Внешнего Мира, — отрубил воин. — Там нет людей. Там нет никого! Значит, ты — Низший. Наверное, сбежал из башни. Или ты — лазутчик тех, кто отрекся от Мудрости Войны. Предатели посылают своих людей сюда, на Брошенные Земли, убить первого, кто спустится вниз. — Кир-Ноз выхватил клинки и рассек ими воздух. — Мерзавцы, отрекшиеся от Мудрости Войны, заплатят за все — в свое время. А ты заплатишь немедля! — С этими словами он кинулся на Блейда.
Но странник ожидал нападения. Как только обнажились кривые лезвия, он отступил назад, чтобы принять боевую стойку, и, пока мелнонец выкрикивал угрозы, Блейд лихорадочно оглядывался в поисках камня. Ничего… Когда же воин в зеленом рванул с места, странник одним прыжком отлетел на пять футов в сторону. Кир-Ноз слишком разогнался, чтобы свернуть вбок — его клинки вспороли воздух. Ярость, вложенная в удар, могла испугать, не окажись она бесполезной. Воин замер, неповоротливый и злобный, как носорог.
Наконец он узрел врага и снова ринулся в атаку. Блейд еще раз отпрыгнул, уклонившись от удара. Когда же странник с легкостью ушел от выпада в третий раз, в душу его закралось насмешливое удивление. Что происходит? Этот малый или дурак, или слепец! Неужели его не научили следить за противником во время боя? Хороша же тогда Мудрость Войны!
Неуклюжесть Кир-Ноза играла на руку Блейду. Страннику определенно не хотелось убивать недотепу. Будь этот олух немножко посмышленей, Блейд хлебнул бы лиха — безоружный против двух мечей. Однако до сих пор яростные наскоки воина не причинили ему вреда. Эту нехитрую игру он мог бы вести часами. Но зачем?
Мало-помалу Блейд увлекал за собой воина прочь от башни, травяных зарослей и каменных груд. Пусть люди наверху полюбуются на беспомощность лучшего из своих бойцов! Когда незадачливый воитель уже раз в девятый повторил свой примитивный маневр, противники оказались в доброй сотне ярдов от столпа, между высоких травяных кочек. Отпрянув в сторону, странник пригнулся и3 набрал полные пригоршни земли.
— Эй, Кир-Ноз! — крикнул он, вскакивая. — Я тут, приятель! Ты меня не потерял?
— Убью! — взревел мелнонец, наливаясь кровью. — Я убью тебя, Блей-Ид! Голову отрежу! И кину к ногам Мир-Казы. Королева отошлет ее врагам. Этим ублюдкам, которые растоптали Мудрость Войны. Пусть знают, как подсылать к нам жабу вроде тебя. Только и умеешь, что квакать да скакать по грязи!
— Ну-ну, мой храбрец! — поддразнил Блейд. — Не надувайся так — лопнешь! Лучше убей меня! Покажи, чего стоит хваленая Мудрость Войны! Иди же ко мне! А то машешь мечами без толку! Тебя что, мухи одолели?
Кир-Ноз онемел от ярости, а потом с диким звериным ревом бросился на обидчика. И тотчас же в лицо ему полетели комья земли. Однако на сей раз странник просчитался. В мгновение ока два клинка взмыли в воздух и дважды скрестились, разметав бурые комья в пыль и травяную труху.
Блейд не ожидал от неприятеля такого проворства, но и сам не жаловался на замедленные рефлексы. Прежде чем пыль осела вниз, он метнулся навстречу врагу. Поворот на левой ноге — и правая вылетела вперед быстрее молнии. Она вонзилась тараном в живот Кир-Ноза, пока тот вскидывал клинки для удара. Вояка сложился пополам, как перочинный ножик, но оружия из рук не выпустил, а только попятился. Странник подскочил к нему и проворно рубанул ребром ладони по левому запястью, чтобы разжать кисть. Короткий меч вывалился из руки, и Блейд подхватил оружие на лету.