Здравствуй, милая тюрьма. Здравствуй бунтарство и беззаботность. Да, я соскучилась по вас.
** ** **
Я осторожно захожу в дом, с первого взгляда подмечая удивленные взгляды прислуги. Да уж, наверняка им как-то объяснили мой отъезд – отъезд младшей дочери босса, к который дважды в год наведывался странный мужчина. Отец боялся, что будут ходит слухи, поэтому прислуга у нас менялась очень часто.
На верхней ступени появляется моя мать, и я, сама не понимая почему, улыбаюсь. Да, мне приятно видеть женщину, абсолютно ко мне безразличную.
- Диана, Дианочка, - всхлипывает мать, и я понимаю, что соскучилась по своему имени. У меня возникло ощущение, будто на некоторое время я потеряла право его слышать.
Она подбегает ко мне и крепко обнимает. В ее глазах стоят слезы, и хотя я не могу осветить тем же, во мне все же просыпаются давно забытые чувства к матери.
- Мои молитвы услышаны… ты жива… доченька родная, прости нас… Мы так боялись тебя полюбить…
Я вижу отца, в нерешительности стоящего совсем рядом. Я никогда не видела на его лице подобной робости, и это улыбка, кажется, компенсирует все мои страдания. Это улыбка говорит о том, о чем я так долго мечтала: он меня любит.
Я рассказываю им некоторые детали моего плана, сообщая, что мне нужна одежда и деньги. Конечно, Кайл дал много наличных, но мне страшно ехать в неизвестность, поэтому я прощу еще.
Отец открывает сейф и достает из него две крупные пачки. Он молчит, ведь относиться к моему выбору совершенно серьезно. Я прошу передать привет Наташе и Павлу, и он обещает исполнить просьбу в ближайшее время.
Собрав с сумку деньги и перепрятав документы, я оставляю в ней место для еще одной пары джинсов, белья и нескольких кофт. Я обуваюсь в теплые ботинки, хотя даже представить не могу, понадобятся ли они мне в моей следующей жизни.
А теперь последнее – мои духи. Я закрываюсь в своей комнате, оглядываю ее в последний раз и взбрызгиваю флакончик на волосы и тело. Кайл предупредил, что нужно подождать около двадцати минут, пока вещество полностью изменит мой запах. Пожалуй, без этой баночки я действительно не смогла бы даже выйти из дома без ведома Кристофа. Хорошо также то, что именно в этом доме так много моего запаха, и он – даже обладая прекрасным нюхом – не зафиксирует моего исчезновения.
Я жду. Я еще раз проверяю свои вещи и нахожу среди них дневник, подаренный Мойрой. Странно, но именно сейчас мне кажется, что записи будут очень кстати. Дневник заполнен не полностью, в нем свободно около ста страниц, но даже без них читать придется много. Я перелистываю страницы, сначала просто читая, но уже через несколько минут понимая, что прочитанное в этом дневнике полностью меняет мое мировоззрение.
Глава восьмая
« ** ** **
Мы снова ищем антидот, но никак не можем его найти. Мойра выживает, но если так будет продолжаться и дальше, то лучше сразу с этим покончить. Дженоб говорит, что нашел выход, но мы слишком долго его искали, и я уже не раз слышал эти слова. Мне кажется, что все впустую.
** ** **
Наши поиски увенчались успехом – найден носитель гена. Мы будем наблюдать за его родом, ведь когда-то ген проявиться в его детях. Я видел этого человека – типичный представитель человечества. Он соглашается обменять своего ребенка на ту власть, которую мы можем дать.
Дженоб просит, чтобы я уладил все неполадки на пути его бизнеса. Да, он будет обходить правила закона, я же обойду правила совершенно другого мира, намного более сложного – каждый делает то, в чем он лучший.
** ** **
Наконец! Свершилось! Родилась девочка, обладающая таким необходимым для нас составом крови. Дженоб говорит, что никак не может разобрать состав, да и я чувствую ее отличие от других людей, но главное то, что она поможет Мойре. Думаю, что возьму на себя обязанности ее охраны.
Кажется, ребенка назовут Дианой – очень красивое имя.
** ** **
У нее очень красивый голос и нежные руки, но это ей только вредит. Глупые Снеговы, пытаются не замечать собственной дочери; они заживо ее похоронили. Какие глупцы, не видят, что из-за их безразличия девчонка постоянно находиться в опасности. Из того ангела, каким она была в детстве, превратилась в скупщицу пивных бутылок – разве только дерется лучше.
Она меня очень боится, и это даже смешно. Как странно, Диана будто чувствует мое присутствие, даже оборачивается ко мне, когда подхожу слишком близко. Не знаю, зачем мне это надо? Хотя, я уже давно не интересовался жизнью людей, наверное соскучился-таки
** ** **
Я ведь мог дать девчонке эту отсрочку, но не сделал этого. Да, я специально пришел именно в этот день, хотелось видеть ее слезы. Меня начинает злить постоянный страх, который она испытывает ко мне.
Что я делаю! Я, считавший себя образцом терпимости, хочу отомстить маленькой оборванке, которая без нас жила бы на помойке.
Когда Диана плакала, я был уверен в том, что уйду, сделаю для нее эту уступку, но когда она подняла заплаканные глаза, я увидел в них ненависть. Девчонка, даже умоляя о снисхождении, в душе не хотела этого принять. Глупая мятежница, твой удел поклоняться, и очень скоро ты это поймешь. Пусть только твоя кровь созреет, и не придется тебе купаться в роскоши.
** ** **
Я наблюдаю за ней каждый день, и мне осточертело видеть то, чего видеть не хочется. Скотина, спит с первым попавшимся под руку. Не поняла таки, что нельзя, тогда пусть ответит за последствия.
** ** **
Сегодня прекрасный день, точнее вечер. И главное, мне не нужно ни за кем следить, ведь Диана в больнице и, судя по нанесенным мною ударам, пробудет там еще долго. Мне даже жаль того несчастного, но она просто не понимает, что предназначена для других.
** ** **
Кому принадлежит Диана?
** ** **
Я познакомился с одной из ее подруг, хорошо осведомленной о жизни девчонки. Странно слышать о том, как эта подруга восхваляет меня как только можно (а временем, пожалуй, и нельзя) а Диана мило закатывает глаза, выражая свою зависть.
Она завидует подруге, у которой есть я, но не догадывается об этом. Да, эта мысль мне приятна, даже очень. Пожалуй, придется подольше побыть с подругой, так легче ничего не упустить.
Кстати, у этой подруги приятно пахнет кровь. Надо будет устроить ее отъезд за границу, чтоб у Дианы не возникало ненужных вопросов, например, куда исчезла лучшая подруга.
** ** **
Она очень красива и при этом обладает сильным характером. Она даже научилась маскировать свой страх и мне это нравиться. Временами, когда она послушно идет впереди и ложиться на кровать, у меня возникают совершенно ненужные мысли… впрочем, не впервые. Да, соблазн велик, ведь она и так не будет ничего помнить, но я хочу, чтобы она привыкла к мысли обо мне. Теперь я подолгу на нее смотрю, иногда во время сна, но чаще просто подольше удерживаю ее в трансе. После этого она чувствует себя не очень бодрой, но я, кажется, начинаю зависеть от ее лица.
Ее кровь уже почти обрела нужный состав (в ее теле происходят изменения, которые не происходят в теле других людей) но я не собираюсь сообщать об этом Дженобу. Мы ждали много лет – подождем несколько месяцев.
** ** **
Мне хотелось увидеть ее лицо в этот день. Я знал, что девушка ждала на это праздник очень долго, но ее родители снова все испортили. Даже обидно – улыбка померкла, губы сжались плотнее. Она не заплачет (насколько я помню, в последний раз она плакала тогда, когда мать оставила ее умирать – ведь тогда она и вправду умирала духовно, это чувствовалось даже на расстояние).
Парень начал шептать ей на ухо слова не литературного предназначения, и на ее румяном лице вспыхнуло мое удовольствие. Да, это был один из самых приятный моментов того дня.
Хотя нет, еще было интересно прижимать девушку к себе, когда она была без сознания. Я занес ее дом и оскалился, когда Снегов попытался отобрать у меня свою дочку. Они будут молчать – я так хочу. Пусть мучается вопросом, кто уложил ее в постель, кто переодел, и кто что помнит. Страхом или убеждением, но я всех заставлю забыть – пусть у нее не будет доказательств, только ощущения. Скоро я заберу ее к себе… это для меня стало важным, я жду момента, когда смогу показать свой дом, даже если она об этом не догадывается. До поры, до времени, так будет лучше.
Глупая, она думала, что я позволю ей утонуть. Я хочу, чтоб она жила, и так будет до тех пор, пока мне это нужно.
** ** **
Я специально выделил эй эту коморку, а не ту комнату, которую выбрал Дженоб. Через несколько дней я переселю ее обратно, а еще лучше, пусть живет в моей комнате. Дженоб смеется и никак не может понять, зачем я заставляю ее работать, но я даже себе не могу ответить на этот вопрос. Может быть, хотелось показать свою власть и ее ничтожность (по крайней мере, у меня хватает смелости это признать) а может для того чтоб сломать. Но правда в том, что именно благодаря своему духу она меня и заинтересовала.
** ** **
Я убеждал себя в том, что мне плевать на ее мнение. Идя к ней, я знал, что усну, обвив рукой ее талию, и наконец обрету покой. От одного только прикасания к ней я шалею как мальчишка, но она этого даже не понимает. В ее глазах было то, чего я упорно не желаю видеть – страх, потерянность и… надежда. Она просила не прикасаться к ней, но она никогда не поймет, чего мне стоило воздержаться. Ведь я могу зайти к ней даже сейчас, когда она находится так близко, но я этого не делаю. Почему?
** ** **
Она видела, как я целовал человеческую девушку, влюбленную по уши. А еще она почти сразу выделила среди людей моих настоящих знакомых, а не обстановку. Мудрая девочка, и смотрела с испугом… но без ревности. Ничего, моя милая, никуда ты от меня не денешься, у меня в запасе вечность.