— И даже так я пошёл на риск, признавшись вам в своих намерениях, — подтвердил я.
— В таком случае мне будет полезнее сначала узнать о деталях вашей… «войны», а уже затем решить, что с вами делать, — после недолгого молчания выдал Карпов.
Суровый, честный и справедливый. Именно таким был Карпов.
А ещё мужчина был патриотом. И я надеялся сыграть на этом.
— Вы, как и я, отчётливо видите во что превратилась Империя, — произнёс я, — Борьба за трон ослабила нас, как никогда. И ничего хорошего из этого не выйдет. Ни второй, ни третий принцы не принесут блага нашей стране. По их приказу я, как и другие солдаты оказались заперты по ту сторону портала. Именно Воробьёв, верный пёс второго принца, закрыл портал, оставив нас на съедение монстрам.
— Я слышал о вашем исчезновении в Сибири, — кивнул Карпов, — Расскажите как вы оттуда сумели выбраться?
— Исключительно за счёт нашей удачи, адмирал, — вздохнул я, — Право слово, то, что произошло «там», лучше там и оставить. Сейчас же я хочу поговорить о делах наших.
— Конечно, продолжайте, — не стал настаивать Карпов.
— Трон нашей Империи шатается, словно табуретка на двух ножках. Ещё чуть-чуть и он опрокинется окончательно. Многие аристократы недовольны тем, как сложилась обстановка в государстве, — вздохнул я, — Романовы увязли в своей же игре чужими жизнями, как в чане со смолой. Им уже не выпутаться. Им уже не освободиться от чужого влияния. Восстание, поднятое моим отцом и дедом возвысили Имперский Клан на невиданную высоту. И обрекло тех на захирение, на убеждённость в том, что они непоколебимы. Но это не так.
— И вы желаете бросить им вызов во второй раз, — скорее, не спрашивал, а утверждал Карпов.
— Всё так, — честно заявил я, — Меня и мою сестру уже пытались убить только за сам факт рождения. Ливен нет места в новой Империи Романовых. Им нет места в Империи Императора или обоих принцев. Для них мы мозоль, от которой следует избавиться окончательно. И я буду сражаться за свою жизнь и жизни своих товарищей.
— Что и приводит вас к бунту. В который раз, — вздохнул Карпов, понимая, что с моей точки зрения иного выхода и не остаётся.
Что второй принц, что кто-то из верхов Канцелярии, а также ВЭБа желают меня уничтожить.
Вот только я не собираюсь сидеть смирно и принимать свою судьбу!
А потому… грядёт новый мятеж.
И во главе него встанет Мятежный князь.
— Я предупреждаю вас о будущем хаосе, потому что верю, что вы поставите интересы Империи выше чьих-либо, — встал я со своего места, нависшую над Карповым, — Я не могу утверждать, к чему приведёт моя война, но она не будет простой. Империи придётся пережить ещё один катаклизм, чтобы избавиться от гниющего элемента. И у меня получится создать все условия для этого, или же я умру в процессе.
— Вы крайне амбициозный молодой человек, господин Ливен, — устал и сам адмирал.
— Не без этого, — улыбнулся я мужчине, — Я прошу вас лишь защитить Восток. Пока Запад будет гореть, я не могу гарантировать, что Трон Дракона не осмелится на новый укус. «Амарант» окажет вас посильную помощь, можете не сомневаться, но я хочу, чтобы вы были готовы заранее. И были готовы вломить нашим общим врагам в момент нужды.
— Можете не беспокоить, юный князь. Это бы я сделал и без вашего визита, — заверил меня мужчина, — Но я скажу спасибо, за то… что дали мне время, чтобы подготовить к худшему.
— Так что, в кабинет ворвутся ваши солдатики, чтобы отвести меня в цепях к Императору? — ухмыльнулся я.
— Пожалуй, мы обойдемся без этого, — фыркнул Карпов, обходя стол, — Но я скажу так, Марк Ливен…
Адмирал застыл громадной тенью надо мной.
— Я не одобряю того, что ты планируешь сделать. Но я понимаю твою позицию. Она мне даже близка в каком-то плане. И всё, что я могу сделать, это пожелать тебе удачи. А также пообещать, что я буду удерживать Восток столько, сколько потребуется. Что бы ни случилось.
Адмирал Карпов протянул мне ладонь для рукопожатия.
— Что бы ни случилось, — произнёс я, протянув свою руку.
И мы улыбнулись друг другу, не как два чужих друг другу человека, но как два друга-заговорщика.
Коими мы, по сути, теперь и являлись.
Возвращение в Санкт-Петербург произошло тихо и спокойно.
Я зашёл в Портальную арку во Владивостоке, а вышел уже на юге столицы.
— Господин Марк? — на выходе меня уже встречал водитель с заготовленным бронированным седаном.
— Это я, — улыбнулся я.
И мы поехали по ночному городу. Столица практически не изменилась за два года. Всё те же здания, всё та же роскошь. Всё те же люди.
Но уже совершенно другой я и совершенно иные планы.
Ставки выросли, число союзников увеличилось в разы, а моя решимость покончить со всем была сильна как никогда.
И вот настал момент остановки.
Слуга открыл мне заднюю дверь, склонившись в поклоне.
Меня приветствовал новый особняк рода Ливен.
— Добро пожаловать домой, патриарх, — произнёс слуга.
— Да здравствует Ливен! Клан Ливен! — громогласно рявкнули солдатам построившись в две стройные линии по сторонам.
Снаряженные в экзоскелеты, удерживая под углом новый стяг клана Ливен, окровавленный клинок на чёрном фоне.
Символ предстоящих перемен и всех тех жертвы, что мы уже принесли.
У входа в поместье опустили головы главы вассальных родов, все те, что когда-то пошли за Ливен и Багратионами, и которые готовы были сделать это вновь. Здесь же стоял и Азамат Гжатский, отец Василия.
Мелькали среди них и новые лица. Это были люди, которых я приблизил и которые были мне обязаны по тем или иным причинам.
Владимир Краснов, Михаил Менделеев, Ксения Райзе, Сергей и Дарий, как командиры ЧВК «Рев» и Скорпионы.
Все они согнули спину в жесте приветствия.
— Да здравствует патриарх Ливен! Да здравствует клан Ливен! Клан Ливен!
— Ливен! Ливен! Ливен! — повторяли солдаты и я не мог улыбнуться.
Хоть ещё и неофициально, но я сделал тот шаг, о котором так мечтал отец. Как и мечтал старик Багратион.
Что ж, да начнётся веселье!
Глава 10
Несмотря на всю торжественность ситуации, сегодня мы собрались для того, чтобы отдохнуть после всех событий во Владивостоке, а также осмотреть новый особняк.
Он был отстроен на средства «Амаранта», как одна из множества резервных баз.
С моим же возвращением Менделеев снарядил группы рабочих, чтобы они привели поместье и прилегающую территорию в надлежащий вид.
И теперь в моих руках находился трёхэтажное поместье, ничем не уступающее таковому у тех же Чёрных или другие влиятельных родов.
В главном зале моего нового дома был устроен настоящий банкет, за время которого я по-новой знакомился с вассальными родами, а также принимал от них клятвы в верности и обещания встать под один стяг.
Мой стяг.
Среди клятвенников появился и Азамат Гжатский.
Он без слов преклонил колено, приветствуя меня.
— Род Гжатских приветствует патриарха Ливен — продекламировал он.
— Встаньте, Азамат, в нашу прошлую встречу вы были куда менее официозны, — усмехнулся я.
— В прошлый раз вы были просто наследником рода Ливен, да и даже после становления патриархом ни о каком возрождении клана и речи не могло идти. Сейчас же всё иначе, — признал мужчина.
— Однако, я надеюсь, что ваш род и дальше будет верно служить Ливен, — заявил я.
— И мы будем служить, даю слово, — сурово заявил Гжатский, — Вы спасли моего сына, вытащив его из такой дыры, о которой и думать страшно. За это, пока я буду на своём посту патриарха, Гжатские останутся вам преданы до последнего вздоха.
— Я принимаю ваше обещание и буду счастлив иметь такого союзника, — пожал я руку мужчине.
За два года действительно много чего изменилось.
Если раньше на Ливен и висело клеймо предателей, то с моей «смертью» оно отошло на задний план. Вперёд же вышли все те поступки, что я успел совершить.
Доблестное участие в обороне от террористов в подземелье Куба, помощь в спасение гражданских в войне с триадой, участие в экспедиции. И, конечно же, спасение Владивостока, как и всего Востока Империи, в целом.
Мои достижения уже нельзя было проигнорировать. Неуверенные рода всё больше склонялись к тому, чтобы встать под нашу руку.
Те, кто были недовольны происходящей игрой за власть, а также те, кто остался не удел.
Оппозиция, забытая и оплеванная не одну сотню раз с момента провалившегося восстания практически двадцать лет назад.
Багратион, Ливен, Гжатские, Ольховы, Юркины, Медовые, Усуповы, Ферловские…
Перечислять можно много и долго.
Всё же немало родов поучаствовало в авантюре моего деда.
И они же решили поставить на «черное» во второй раз. Не потому что они так уж верили в наш успех. Но потому что у них не оставалось иного выбора.
Что второй, что третий принцы дали чётко и ясно понять, что для них оппозиция — это грязь, от которой следует избавиться.
Стоит им обрести всю полноту власти и остаткам бунтовщиков не поздоровится. По большей сути, Романовы уже начали вводить свод политику по избавлению от всех неугодных, медленно, но верно усиливая давление на утратившие ядро рода.
Ядро, которым являлся я сам, как наследник Ливен и вполне себе крепкий маг.
Теперь же я ещё и национальный герой, хоть и неясно, как Романовы решат меня «наградить». Формально, я очистил своё имя, приняв участие в экспедиции.
Даже «героически пожертвовал собой», как заявлял Воробьёв. Ха-ха, второй принц выстрелил себе же в ногу обставив всё в таком ключе.
Он даже и представить себе не мог, что я вернусь. И вернусь спустя два года, когда все подуспокоится.
Теперь же после своего столь феерического возвращения, я автоматически стал сердцем новой оппозиции — всех тех аристо, что уже успели опустить руки и смириться со своей незавидной участью.
Я — их последняя надежда. Их щит, который должен сберечь от грозной кары Императорского Клана.