Вот он чертов манипулятор, о котором говорила Алиса и Константин Романовы! Та самая тварь, из-за которой пропал мой отец, по чьей вине я и Александра чуть ли не лишились своих жизней!
Именно Эон Равнояесия стоял за самой эскалацией борьбы Романовых за престол. Он буквально расколол Российскую Империю на куски! Вынудил всех втянуться в кровавую баню всех против всех. В точности, как это случилось в Европе!
Зачем? Так понятно зачем! Всё, чтобы «очистить» Землю от человечества!
— Стоит предположить, что и резня в Европе ваших рук дело, — прорычал я. Посланная мною эфировая стрела оказалась заблокирована непроницаемым барьером в нескольких сантиметрах от лица духа.
Эон с интересом перевёл взгляд на эфировую стрелу, когда та вспыхнула, точно маленькое солнце.
Раскалённый воздух ударил меня по щекам, оставляя ожоги, но хватка эона, к моему удивлению, ничуть не ослабла. Моё горло всё ещё было во власти противника.
— Всё так, — скрипучим голосом ответил Эон Равноыесия. Только дым рассеялся, как я увидел обезображенное лицо духа, которое прямо на глазах стало восстанавливать. Окровавленный череп стал зарастать мышечными волокнами, вытекший глаза вновь обрёл форму и смотрел на меня с деланным безразличием. Целые участки новой кожи обтягивали лицо, словно защитная плёнка с завода. Жуткое зрелище.
И ещё более жуткий смысл несли слова Эона Равновесия.
— Чем жарче горит пламя междоусобиц между вами, тем проще вас уничтожить, свести со свету, — признался дух, — Резня в Европе всех со всеми. Постепенное утранение самых могущественных магов по всему миру. Провокация войн, как гражданских, так и между странами. Всё это наш долг, как защитников мира. Ведь, чтобы спасти Землю, нужно избавиться от вас, как от вида. Не просто проредить. А уничтожить абсолютно всех. Всех до единого. Человек должен перестать существовать! Ведь вы — есть чума для нашего мира. Вы и есть первые предвестники хаоса!
Эон Равновесия замахнулся своей ладонью с намереваясь нанести обрушить ар меня свою последнюю атаку. Перед глазами же всё плыло. Кислорода критически начинало недоставать. Мои атаки эфиром не наносили духи никакого урона.
— Мы дадим Плеяде заполонить этот мир монстрами. Мы дадим проколам открыться по всему свету. И мы дадим человечествк погибнуть от поступи тварей. И только потом мы возьмемся за восстановление Земли, — заявил дух, — Только когда исчезнет первопричина её гибели!
Эон опустил свою ладонь. Я только и успевал, что выставить блок. Естественно, это не вряд ли сможет остановить древнего духа, но рефлексы — дело такое…
Вдруг, ладонь духа консулась неприметного браслета на моём запястье. Того самого, что мне передал отец, сделав наследником рода Ливен.
Вспыхнул яркий свет. Хватка на моей гортани резко ослабла. Раздался потусторонний вой.
Упав на колени, я только заметил, как Эон Равновесия отступил на несколько шагов держась за свою правую руку. В ней зияла сквозная дыра.
— Откуда⁈ — ревел эон, — Откуда у тебя этот браслет⁈ Я же уничтожил патриарха Ливен! Он не должен был передать его тебе!
Меж тем в голове прозвучал голос Надея.
«Замечена энергия эона. Насильная разблокировка всех уровней доступа. Насильное открытие запечатанной памяти. Активация записанного сообщения».
Я ощутил, как странная энергия окутала меня. Где-то в отделении прозвучал вопль Эона Равновесия.
А затем моё сознание провалилось в бездну.
Глава 17
— Где я? — задал я вопрос.
Ответи пришёл незамедлительно.
— В обрывке воспоминаний, оставленных первым патриархом рода Ливен, — отвтеил Надея.
Непроглядная пелена сошла на нет и я обнаружил себя на небольшом холме. Вниз по склону раскинулось небольшое поселение. По внешнему виду оно походило на какую-нибудь Тверь или любой другой город эпохи Русских Княжеств.
В небо тянулись десятки струек белесого дыма, может было различить гомон толпы на какой-то ярмарке. Глухо звучали молотки, ржали лошади. Город жил своей жизнью.
И за всем этим пейзажем наблюдал мужчина самой рядовой внешности. Тёмные волосы, короткая бородка, холщев рубаха и свободные штаны. На ногах крепкие и качественные сапоги.
Слева от меня появилось новое лицо. Это оказался Эон Равновесия. Его облик ничуть не изменился. Я уже было приготвилсч к новой битве, но Надея меня опередил.
— Это лишь воспоминание. Не более того.
Я с облегчением вздохнул, а Эон тем временем подошёл к сидящему на краю валуна мужчине.
— Я долго думал над твоим словами, — произнёс Ливен, даже не поворачивая головы к духу, — Не спал несколько ночей.
— И чего надумал? — полюбопытствовал Эон Равновесия.
— Любой яд может стать лекарством, так и наоборот, — заявил мужчина, — Если по твоим словам люди убивают наш сам мир, то, возможно, следует изменить подход?
— И как же? Оставить всё как есть? Это то же самое, что наблюдать за чумой, которая «съедает» больного. Авось пронесет? — фыркнул Эон.
— Если люди губят мир, потому что не понимают принцип равновесия, то может следует их этому научить? — выдал мужчина, — Показать им то, что они разрушают. Заставить открыть глаза?
— И как это сделать? — вздохнул дух, — Словами не описать то, что можно только потрогать, и ими же нельзя полноценно передать вкус, запах, чувства, что мы испытываем. Эоны и люди также относятся к разным мирам. Вы видите лишь то, что находится перед вашими глазами. Эоны же видят саму суть вещей.
— Так давай изменим это! — воскликнул мужчина, — Нельзя ставить крест на целом виде! Ты сам сказал, что мир поддерживает равновесие. Отсутствие людей — тоже своего рода разрушение того порядка!
— Ты не можешь быть в этом уверен, — вздохнул Эон, — Но я готов попробовать, человек. Честно признаться, я никогда не думал с такой точки зрения. Открыть людям глаза? Быть может, это и верный путь! Но как мы это сделаем?
— Как-как⁈ — расхохотался Ливен, — С помощью магии!
Пейзаж резко померк. Теперь я очутился в просторной избе.
Первый патриарх рода Ливен и Эон Равновесия склонились над столом, заваленным хаотично разбросанными листами пергамента.
— Возможно, для того чтобы прозреть — магу понадобится особый подход, особое упражнение, — размышлял вслух мужчина. Его борода заметно острова. Волосы первый патриарх также теперь собирал в кому на затылке.
— Люди не способны понять концепт равновесия, — вздохнул дух, — Вы познаете мир вокруг себя через ману. Мы жес эоны, в этом от вас отличаемся.
— Вот как? И как же? — спросил Ливен.
— Мы пользуемся первородной энергией. Энергией жизни и смерти. Порядка и хаоса, — провозгласил Эон, — Мы называем ее эфиром.
— А если человек научится пользоваться эфиром? Он увидит мир вашими глазами? — поинтересовался человек.
— Я этого не знаю, — честно ответил Эон, покачав головой, — Но что я знаю так это, что эфир ядовит для людей. Иначе вы бы давно поняли ту бездну, к которой вы стремитесь.
— Используя ту же внутреннюю магию, маг способен заново перестроить свое тело, — рассуждал первый Ливен, — Так быть может именно благодаря этой школе мы и сумеем примирить эфир с человеком? Только представь — каких возможностей тогда получится достичь! Как далеко шагнет человечество, если сумеет найти общий язык с самим миром! Если услышит голос эонов!
— Это было бы великолепно, — не смог сдержать улыбки Эон Равновесия, — Откровенное говоря, ты единственный человек, который сумел копнуть так глубоко в вопрос сходства эонов и человеческих магов. Возможно с что у тебя даже что-то и получится…
— У нас, мой древний друг! Если и получится, то у нас двоих! — расхохотался Ливен.
— Муж мой, тебя Ванька всё дозваться не может! — крикнули откуда-то снаружи избы, — Успокой отпрыска своего! Нет на него управы никакой!
— Пойдём! — махнул рукой человек, — На сегодня можно сделать и перерыв. Тем более у моего сына именины. Негоже, такой день пропускать!
— Вот поживёшь с моё, человек, и поймёшь, что день твоего появления на свет ни чем не отличается от всех прочих, — проворчал Эон.
Но всё равно зашагал следом за своим… другом?
От мирного некогда городка осталось лишь одно пепелище. Тут и там лежали тела защитников поселения. Река окрасилась в бардовый от пролитой крови. С неба падал снег и пепел.
Мирные жители, те, что пережили налёт, собирали свой небогатый скарб и готовились покинуть этот некогда чудесный край.
Патриарх Ливен сидел на валуне, укутавшись в толстый плащ, сделанный из шкуры медведя. На его лице, испещеренном сетками морщин, особенно в уголках глаз, ещё можно было увидеть следы засохшей крови, грязи и пыли.
Его седая голова была опущена, а кисти рук, полные шрамов и трещин, сжимали рукоять одноручного меча.
— Они пришли за нашей работой, — прорычал Эон Равновесия, появившись сбоку от старика, — Все годы трудов псу под хвост! Мы были так близки к открытию! Мы были так близки к… триумфу!
— Не повезло, — вздохнул патриарх Ливен, — Кто-то из торговцев рассказал о совершенно новом магическом искусстве, создаваемом родом Ливен. Было бы странно, не заинтересуй эти слухи Князя Тверского.
— Вот поэтому я и говорил, что человечество — это чума! — гремел голос духа, начавшего расхаживать взад и вперёд, — Вы не знаете желаости даже к самим себе! Вам плевать на всех, кроме себя! Вот и сейчас — единственная надежда на сосуществование с эонами и то окончилась полным провалом!
— Мы можем начать всё сначала, — прошептал старик.
— Не смеши меня, человек! — ответил тому Эон, — Тебе осталось совсем немного! Твой сын не обладает и толикой твоего таланта! Ему не хватит даже всей жизни, чтобы восстановить то, что мы сегодня утратили.
— Возможно, ему этого и не удастся, — признал Ливен, — Но вот его сыну, или внуку, или правнуку…
— Предлагаешь следовать за членами твоей родословной, словно призрак в надежде, что хоть кто-то окажется достаточно талантливым? — фыркнул Эон Равновесия.