В стратегическом плане обе стороны пытались уйти от позиционной войны и перейти к широким маневренным наступательным действиям, но не преуспели в этом. Стратегический прорыв фронта не удался ни одной из сторон. После некоторого, иногда глубокого тактического успеха и вдавливания фронта (германцы в Пикардии весной продвинулись на 60 км) наступающие останавливались из-за недостатка сил или согласно ранее принятым планам. Тем не менее и германцы, и союзники искали победы именно в наступлении.
Германцы проводили наступательные операции с большими паузами между ними, часто меняя стратегический замысел. Это позволяло армиям союзников приводить себя в порядок, подтягивать резервы и изготавливаться к следующему удару. У германцев просто не хватало достаточных резервов для наращивания успешного наступления. Союзники тоже проводили последовательные наступательные операции, но они следовали практически непрерывно, одна за другой, порой уже на следующий день. Им тоже не удался стратегический прорыв, не удалось провести ни одной операции по сходящимся направлениям с целью отрезать германскую армию от путей снабжения или окружения. Все операции союзников приводили лишь к фронтальному вытеснению противника, а не к его уничтожению.
Большое значение уделялось всестороннему обеспечению операций материальными средствами и внезапности для достижения успеха. Одним из условий достижения внезапности стал отказ в 1918 году от продолжительных, многосуточных артиллерийских подготовок. Германцы успешно применяли свою методику огня без предварительной пристрелки при высочайшей плотности огня. Союзники, особенно англичане, успешно атаковали зачастую вообще без заблаговременной артиллерийской подготовки, но при поддержке пехоты большим количеством танков.
Привлечение большого количества артиллерии, использование авиации, химических средств, танков потребовало непосредственного вмешательства высшего командования не только в стратегическую, но и оперативно-тактическую обстановку. Высшие штабы, с начала войны находившиеся глубоко в тылу и отдававшие общие директивы, в 1918 году переместились в полосу действия войск для непосредственного управления боем.
Продолжает усовершенствоваться тактика наступательных операций и боев. Пехота из волнового порядка окончательно переходит к групповому боевому порядку. Увеличивается глубина боевого порядка всех частей и соединений. От батальона до корпуса они теперь наступают в два эшелона. Изменился и порядок обороны, который теперь включает обязательный маневр силами в тактической полосе, с отводом их с передовых позиций, оставляя оборону предполья на опорные огневые пункты и группы. Главным же оперативно-тактическим новшеством кампании 1918 года является совместное применение в бою различных родов войск. Наступление пехоты и оборона теперь обязательно поддерживаются артиллерией, танками, авиацией, саперами. ОБЩЕВОЙСКОВОЙ характер боя определяет отныне всякое действие на полях сражений.
Наряду с изменением тактики пехоты продолжала совершенствоваться и тактика родов войск. Резко увеличивается число орудий большой мощности и использование химических боеприпасов (до 60 % от общего числа). Артиллерия впервые получает механические средства тяги. Совершенствуется система управления огнем, применением огневого вала, маневром в боевых рядах пехоты. Танки получили полноправное место в бою. С августа месяца и до конца войны постоянно в действии находилось только английских танков более 2 тысяч, которые сводятся в отдельные танковые соединения для решения различных задач. Правда, тактико-технические характеристики танков пока не позволяли использовать их с высокой эффективностью. Это вынудило изыскивать новые средства борьбы с танками, и особое развитие получают противотанковые средства. К концу года – это противотанковая артиллерия, мины, станковые пулеметы с бронебойными патронами. В германской армии появились 13-мм противотанковые ружья.
Кампания 1918 года характеризуется массовыми действиями авиации. Германский историк Г. Арндт отмечает: «Стаи неприятельской авиации, сопровождавшие наступление противника, становились все более густыми». Авиация сводится в мощные авиационные группы по 200–500 самолетов для выполнения задач завоевания господства в воздухе и непосредственной поддержке войск бомбардировками и штурмовками как объектов тыла, так и боевых порядков противника на поле боя. О масштабности применения авиации говорят хотя бы такие цифры. В 1918 году только англичане сбросили 5800 тонн авиабомб, французы сбили огнем с земли 220 германских самолетов, а истребители – около 700. Германцы сбили с земли 748 самолетов, а в воздушных боях более 1000. Германская авиация бомбила Париж и Лондон, правда, из 485 бомбардировщиков, летавших в 1918 году на Париж, до цели добрались и сбросили бомбы всего 37, но начало зарождения стратегической авиации было положено.
Продолжает развиваться химическое оружие и противохимическая оборона, выделенные в отдельный род войск, как и войска ПВО, получившие на вооружение специальные зенитные орудия, пулеметы и средства обнаружения самолетов – акустические и радио. Связь все больше переходит на быстродействующие системы, особенно радио. Но еще очень эффективно применяются голуби. Анахронизм, к которому можно относить и остатки кавалерийских частей и соединений, которые в конце войны перестали применяться даже для преследования противника. Зато исключительное значение в 1918 году приобретает автомобильный транспорт, особенно для перевозки войск и грузов. В течение 1918 года только французы перевезли на автомобилях более 4 млн человек. Автомобилей для перевозки личного состава у союзников на фронте к концу войны насчитывалось более 200 тысяч против 40 тысяч германских, и это стало одним из важнейших факторов для достижения победы.
Можно было бы еще долго и более подробно говорить об особенностях кампании 1918 года, но главной ее особенностью стало окончание боевых действий Первой мировой войны! Что касается русских героев, то их в 1918 году не было. Герои, как писал поэт, «рубили и в Мать и Христа» друг друга на полях Гражданской войны к концу 1918 года, полыхавшей по всем просторам бывшей Российской империи.
Итоги
Прежде чем подвести и проанализировать итоги Первой мировой войны, позволю себе остановиться на двух моментах. Прежде всего, хотелось бы ввести в анализ сравнительные характеристики Второй мировой войны не в конце, как делалось прежде, а по ходу повествования. Что, на мой взгляд, позволит более четко и наглядно показать, насколько это были разные войны практически по всем критериям оценки. Перед подведением итогов просто необходимо дать хотя бы краткий обзор событий, происходивших со дня начала перемирия 11 ноября 1918 года до подписания последнего мирного договора между воюющими сторонами, которые юридически оформляли окончание войны. Ибо условия этих мирных договоров во многом и определили сами итоги войны.
Итак, огонь прекратился по всей линии Западного фронта 11 ноября 1918 года. На других театрах военных действий еще раньше. Фактически это означало поражение стран Четверного союза в Первой мировой войне. Заключалось перемирие на всех фронтах на определенных условиях. На основании этих условий и вырабатывались статьи будущих мирных договоров. А вырабатывались они, мягко говоря, довольно долго – от полугода до года и более. И тому были причины.
К ним можно отнести новизну проблемы, появление новых и исчезновение старых субъектов договорного поля, распадение Австро-Венгрии, России и Турции на целый ряд государств, выведение России вообще из субъектов правового поля. Но главной причиной все-таки стали острейшие противоречия, возникшие задолго до подписания договоров в стане союзников, в Антанте. Еще грохотали пушки, а Париж, Лондон, Рим, Брюссель, Вашингтон, Токио и далее по списку начали нелицеприятный дележ победных трофеев и борьбу за собственное понимание послевоенного устройства мира. Я уже говорил, с каким скепсисом отнеслись в свое время к «14 пунктам Вильсона» в Лондоне и Париже. Говорил и о маневрах американского правительства, задерживавших не только начало перемирия, но и нежелании американцев до времени извещать союзников о своих контактах с германским руководством.
Все это вылилось в то, что в лагере Антанты обнаружились серьезные разногласия по условиям перемирия с Германией. Французы предпочитали и стали добиваться полного уничтожения политической, экономической и военной мощи Германии. Американцы и особенно англичане не желали чрезмерного усиления Франции в Европе после краха Германии и пытались сохранить и даже укрепить поверженную Германию в противовес Франции, прикрываясь «угрозой большевизма». Хотя в 1918 году они сами такую опасность всерьез не принимали и вели с большевиками приватные, секретные переговоры вполне мирным тоном. Любой заинтересованный читатель может познакомиться с этими документами хотя бы в изданной еще в середине прошлого века многотомной серии «Документы советской дипломатии». Однако на публику давалась другая информация. Американский военный представитель в Верховном военном совете Антанты писал 28 октября 1918 года, что английский военный министр лорд Мильнер возражает против возможной демобилизации германской армии, «полагая, что Германии, возможно, придется быть оплотом против русского большевизма». В Вашингтоне Мильнера сразу же поддержали.
С другой стороны, Лондон и Париж начали открыто, нелицеприятно выступать против некоторых статей, содержавшихся в «14 пунктах Вильсона», особенно с требованием открытых морей, по сути означавшим утверждение будущего господства США на море. Американцы предлагали взыскать с Германии убытки только за разоренные районы Франции и Бельгии. Лондон и Париж требовали компенсации всех расходов и потерь. Дело дошло до того, что американцы начали угрожать заключением сепаратного мира с Германией. После Брестского договора России и Германии это было бы уже слишком. А тут еще начали заявлять свои права, едва успев объявить о своей государственности, Польша, Чехословакия, Финляндия, страны Прибалтики и Балкан. Все они тут же начали делить между собой обретенные территории и границы. Польша вступила в спор с Чехословакией, Венгрией, Румынией и Литвой. Достаточно отметить только один пример – отчуждение военной силой от Литвы значительной территории вместе с древней литовской столицей Вильнюсом. Большой кусок оттяпали поляки и у Чехословакии на Западной Украине вместе с городом Львовом. Что-то об этом сейчас помалкивают и в Варшаве, и в Вильнюсе, и в Праге. Видимо, потому, что советские «оккупанты и людоеды» восстановили-таки историческую справедливость.