а потому что у волос нет меня.
—Джейсон Стетхем
Наконец, спустя пару дней пешего перехода, уставший отряд увидел на горизонте цель своего пути. Вдалеке, развивая красные знамена, гордо возвышаясь над степью, стояли белые шатры.
— Наконец-то! — радостно выкрикнул Роб, откупоривая флягу и делая большой глоток эля. — Топливо совсем закончилось, а без него я долго не пройду.
Словно в подтверждение, Роб даже потряс своей пустой флягой.
— Кто о чём, а свинья всё о грязи, — недовольно ответила Иллейв.
— Вот не будь ты женой Пабло… — прорычал наёмник, у которого заканчивались силы терпеть нападки девушки.
— А ну-ка прекратили! — разъярился Плющ, не в силах больше выслушивать регулярные ругательства между этими двумя. — Давайте уже спокойно доберёмся до лагеря, а там делайте что хотите!
Спорить с командиром отряда никто не стал, и они молча продолжили путь.
— Зря она на тебя зуб точит, — тихо сказал Дмитрий, идущий вместе с Робом позади отряда.
— Да совсем осмелела, другой бы уже давно голову открутил, а этой всё с рук сходит, — зло произнёс Роб. — Ну, пью я, и что? Ей какое до того дело?
— Не знаю, дружище, может, приглянулся ты ей? — Дмитрий засмеялся в голос, отчего даже заработал короткие взгляды от членов отряда, которые оборачивались и смотрели, чего это он.
— Да я лучше со змеёй дружбу водить буду, чем с этой, — не оценил шутку Роб, продолжая мечтать о лагере, бане и пополнении запаса браги в своей фляге.
Тем временем отряд приблизился к первым палаткам. Увидевшие их часовые засуетились, и парочка убежала вглубь лагеря.
Когда отряд одарённых дошёл до первых постов, к ним навстречу быстрым шагом направился Джордж Макферсон — генерал имперской армии, вышедший из глубин лагеря в сопровождении убежавших ранее часовых.
Подойдя ближе к замершему уставшему отряду, он с беспокойством осмотрел всех и недовольно нахмурился.
— Где ещё двое? Неужто случилось чего? — обеспокоенно произнёс он, смотря в глаза измученного командира отряда.
— Мы узнали важные новости, грядёт великая орда, их там под три тысячи, и прибывает пополнение, — устало ответил ему Плющ, переходя к самому важному.
Тут же раздались тревожные шепотки, пронёсшиеся по рядам часовых. Люди встревоженно переглядывались, бледные лица пытались найти какие-то ответы в точно таких же лицах своих товарищей.
— Дрянные новости, — глухо проскрипел генерал, протирая враз вспотевший лоб. — И всё же, где остальные твои бойцы?
— В процессе выяснения данных сведений нам пришлось схлестнуться с несколькими малыми отрядами орков. Вержинью захватили, Пабло экстренно вынес нас из гущи событий, я направился в лагерь с важными сведениями, а Пабло решил вернуться за Вержиньей, что с ними теперь, нам не ведомо, — Плющ с горечью даже рукой махнул.
— Если кто и способен вылезти из этой передряги, так это мой муж, так что уверенна, всё будет в порядке, — попыталась всех успокоить Иллейв, но у самой сердце было не на месте от переполнявших её переживаний.
— Так, хорошо. Будем надеяться на лучшее. Сейчас же нам нужно подготовиться. К сожалению, нам придётся прибегнуть к плану «Орда», благо мы готовились всё это время.
Видно было, что старик нервничает, хоть и пытается скрыть переживание за хмурой миной, вон даже на нервные откровения пробило.
Генерал убежал, отряд отправился отдыхать и восстанавливать силы, а в лагере тем временем нарастало нервное беспокойство, слухи летели от шатра к шатру с невероятной скоростью, и вскоре все знали о том, что грядёт. И если поначалу многие относились к услышанному со скепсисом, то вскоре, когда началось массовое движение в лагере и подготовка, даже у самых неверующих отпали всякие сомнения — орки близко, и их много. Чертовски много.
— Я больше не могу, — к концу шестого дня Вержинья, тяжело дыша, упала на траву и раскинула руки.
— Ничего, давай отдохнём, — я сел рядом с ней, стараясь контролировать округу. Благо степь была ровная и чистая, лишённая высоких холмов и ущелий, могущих предоставить нам неприятные сюрпризы.
Мы отрезали девушке её длинное платье, оставив его чуть выше колен, но даже так, в таком одеянии было сложно продолжать длительный поход, и тем не менее Вержинья держалась, стараясь сохранять равный мне темп.
— Я уже ненавижу эту степь, — пробурчала она, откупоривая фляжку и жадно глотая воду.
— Не переживай, осталось совсем немного, ещё чуть-чуть, и мы увидим очертания шатров, — поддержал я её, крепко сжав плечо.
— Спасибо, без тебя бы я точно тут с ума сошла, — весело ответила она мне.
— Странно только, что орки даже маленькую погоню не пустили по нашему следу, — задумчиво сказал я, доставая из кольца провизию и разводя костёр. — Всё же идём мы довольно долго, и погоней даже не пахнет, так что подкрепиться будет самое то.
Свиная тушка, появившаяся из кольца, уже маринованная и обильно смазанная ароматными травами, была насажена на вертел и мягко затрещала под лёгким пламенем. Благо, как мне удалось выяснить опытным путём, продукты совершенно не портились, находясь внутри артефакта, словно время совершенно не действовало внутри кольца: горячее оставалось горячим, а холодное — холодным.
— Думаю, им просто лень, — пожала плечами Вержинья, наблюдая за моими приготовлениями.
— Объяснишь свою мысль? — заинтересовался я её точкой зрения.
— Ну, смотри. Вот кто я была для них? Просто очередная зверушка, приговорённая к вечернему столу. Да, деликатес, может быть, чрезвычайно вкусный и ценный деликатес, учитывая, что орки постоянно идут на нас войной, а набрав достаточное количество человечьего мяса, вновь уходят в степи, хотя недостатка местной пищи я как-то не наблюдаю. Но всё равно, у них там целая великая орда, и они явно планируют массовый забой на наших территориях, и какой смысл им гнаться по степям за какой-то одной маленькой зверушкой, если вскоре они рассчитывают добыть тысячи? — она так распереживалась от собственных рассуждений, что её горло пересохло, и она вновь прильнула к фляге. — Ну и вторая возможная мотивация для погони — это месть за убитых тобой орков, но ты вспомни, они же так и не потрудились убрать трупы своих товарищей под тем холмом, так что отношение к сородичам у зелёных гадов такое себе, так что и вторая мотивация отпадает.
— Если так подумать, то сказанное тобой имеет смысл, — крутя вертел, не давая мясу подгореть, я знатно так загрузился. — Что же это получается? Столько смертей в течение стольких веков, а причина всему то, что мы для них не больше чем… свинина⁈ — я перевёл ошарашенный взгляд на румянящегося поросёнка. — Только если ты права, то выводы у меня формируются совсем уж жуткие.
— И я даже знаю, о чём ты думаешь. Все об этом думают на протяжении столетий и приходят к тому же самому заключению. Не думаешь же ты, что я сама придумала все эти факты за одно мгновение. Нет, это столетия наблюдений за их действиями и размышлений над ними.
— Гадство, — только и смог вымолвить я. Настроение рухнуло ниже некуда, и дальше я молча занимался своим делом, попутно думая горькую думу. Перед лицом всплывали сцены с уже случившимися событиями. Я вновь видел, как орки не могли устоять и прямо посреди боя слизывали человечью кровь со своих секир, при этом явно получая какое-то особое вкусовое наслаждение.
Поросёнок уже полностью зарумянился, жир, обильно капая на угли, весело шипел и стрелял в разные стороны. По округе разнеслись яркие мясные ароматы, а Вержинья уже в нетерпении кружила вокруг вертела, давясь слюной и моляще смотря в мою сторону.
— Уже почти, — усмехнулся я, ножом надризая тушку и оценивая мясо.
Через пять минут мясо было готово, и я протянул девушке один из ножей.
— Кушать подано, наслаждайся.
Показывая пример, я отрезал немалый ломоть мяса, с наслаждением впившись в него зубами.
Яркие вкусы жирненького мяса, крепко приправленного множеством ароматных трав, разлились по телу истинным наслаждением. Вержинья даже застонала, ловя эйфорию с первым кусочком, попавшим ей в рот.
— Ууу, Пабло, это невероятно вкусно, — зажмурившись, она не удержалась от восклицания похвалы.
А мне и приятно. А мне и хорошо, мужчине всегда приносит удовольствие, когда его хвалит девушка, причём не столь важно, кто она и в каком статусе находится.
Кабанчик улетел бешеными темпами, сказывалось особое устройство тел одарённых: еда словно растворялась, даже не успевая добраться до желудка, так что кабанчик закончился как-то слишком быстро, на углях остались валяться обглоданные кости, вертел я убрал обратно в кольцо, и мы, отдохнувшие и довольные, сделали последний рывок на пути к границе с империей.
Приятно было увидеть оживление, видимое даже при подходе к лагерю. Суетившиеся солдаты копали ямы и вкапывали заточенные колья. Все активно вооружались, и атмосфера стояла настолько боевая, что казалось, даже воздух пах иначе. Странное ощущение.
Часовые, узнавшие нас, пропустили без задержек, а внутри нас радостно уже встречала вся команда.
— Пабло! — Иллейв радостно запрыгнула на шею, крепко обнимая и страстно целуя. Переживала девочка.
Искоса взглянул на Вержинью, но та никак не отреагировала. Скромно улыбнулась всем, с пониманием ловя ошарашенные взгляды людей, гадавших о причинах её странного внешнего вида.
— Это что же с вами такое приключилось? — поражённо спросил генерал, выглядящий искренне радостным нашему возвращению.
Вержинья в грязном, подранном платье, некогда выглядевшем невероятно дорогим и симпатичным, смотрелась весьма комично. Если ещё учесть, что её длинные, крепкие ножки, притягивающие взгляды мужской части лагеря, выглядывали из-за оторванной почти под корень нижней части наряда. Прямо оборванка. Да и я выглядел не лучше. Броня красовалась множеством дырок, оставленных на память орками, вся залитая кровью и грязью. Такую только на выброс, вообще этот контракт высасывает деньги просто какими-то ударными темпами.