Всё это произошло в пару мгновений. Из дыры в полу показались здоровые руки, ухватившиеся за края, и массивная туша, вытягивающая себя из погреба. Тяжело дыша, я пошёл к дрожащей всем телом женщине, и проходя мимо дыры, где уже наполовину высунулось тело орка, мимоходом взмахнул рукой сверху вниз. Два копья, с небольшим запозданием, одно за другим, с громким чавканьем вонзились в зеленокожего, прошивая грудь и ключицу. Тело с грохотом рухнуло обратно в погреб.
— Эй, тише, тише, — присел я на корточки с рыдающей женщиной, стараясь говорить как можно мягче. Благо, я был одет в имперскую форму, что повышало градус доверия в мою сторону. Ну, это если не учитывать, что я только что грохнул трёх зеленокожих и спас их от неизбежной гибели.
— С-спасибо, — сквозь рыдания произнесла она.
— Ничего, сейчас вам ничего не угрожает, — я с трудом поднялся, чуть не застонав от боли. Удар об стену явно не добавил мне здоровья. Сердце колотилось от напряжения, пот заливал глаза, и хотелось спать. Так бывает при истощении организма. Выпил малое лечебное зелье, закинулся капсулами, и стало заметно легче.
— Идём, отведу вас к другим выжившим.
Мы протопали по лужам крови, переступая через огромные тела орков, и выбрались под свежий ночной ветер. Из дома вылетели два копья, тут же исчезнувшие в кольце. Подхватив себя и людей телекинезом, я взлетел и помчался к нашему импровизированному лагерю.
— Это ещё кто? — встретил меня в дверях Плющ.
— Спас по пути, сейчас полечу к дому бургомистра, позаботьтесь о них. — Уже уходя, я заметил Иллейв с Анжелой. Они почему-то держались вместе, хотя до этого особой любви друг к другу замечено не было. Иллейв ей что-то говорила, а та, поджав губы, кивала. А ещё бросила на меня странный, смущённый взгляд.
Так, Пабло, выкинь-ка ненужные размышления из головы. Соберись, не до бабских глупостей сейчас!
Встряхнувшись, снова взмыл в воздух.
Пока летел, видел немало ужасов, царящих внутри города подомной, но как бы ни было горько, какая бы ярость ни царила внутри, я летел дальше. Как бы ни хотел, но помочь всем мне всё равно не под силу. Город превратился в ловушку, и если мы не выберемся отсюда, то даже те немногие, кого я спасу сейчас, потратив драгоценное время, всё равно умрут, прихватив и нас с собой.
Наконец, вдалеке показалось большое здание с красивым фасадом и ступенями, ведущими к широким дверям. Подлетев к верхним окнам, я с удивлением обнаружил массу народу внутри. Выжившие, сумевшие добраться сюда, скрылись в здании. В одном из окон я увидел проходящее собрание: Генерал Макферсон стоял над какой-то картой, разложенной на столе, и общался с лощёными господами, рассевшимися вокруг.
Я постучал в окно. Внутри все дёрнулись, вглядываясь в ночную темень. Постучал ещё раз. Наконец, генерал решился и аккуратно приблизился. Вгляделся и, узнав форму своих солдат, распахнул ставни настежь. Я влез внутрь, представ во всей красе: потрёпанный, окровавленный и уставший.
— Пабло, — шокировано произнёс он, оглядывая меня удивлённым взглядом. — Третий раз мы записываем вас как вероятных покойников, и вы возвращаетесь в таком виде с новостями.
Он пригладил пышные усы, изучающе оглядывая моё тело.
— К сожалению, в этот раз новости не из хороших. Роб погиб, Вержинья, лейтенант Лопас, Иллейв, Плющ, Дмитрий и Ян укрылись в выделенном нам доме, но скоро орки найдут его, и нужно решать, что делать дальше.
— Жаль твоего друга, — сочувственно хлопнул он меня по плечу. — А что касается того, что делать дальше, то это мы прямо сейчас и решаем. Вот что, сынок: выбирайтесь оттуда и дуйте к нам. Город не отбить, подкрепления нет, и прибудет оно нескоро. Мы подождём до утра и будем выбираться. К западу есть небольшая деревенька, доберёмся до неё, и будем молить богов, дабы орки отступили.
— Да уж, ситуация, — протянул я и направился к выходу, то есть к окну.
— Совсем распоясались они у тебя, — услышал я тихий голос бургомистра, обращённый к генералу. — Ни капли уважения к господам!
Захотелось развернуться к этому высокомерному толстяку и хорошенько впечатать в стену, наслаждаясь страхом в маленьких свинячьих глазах. Но делать я этого, конечно, не стал, давя раздражение и выпрыгивая в окно. Ветер затрепетал чёрные волосы, тело охватило чувство полёта и свободы. Я понёсся, разрезая ночное небо над городом, быстро приближаясь к дому отряда.
Когда я зашёл, то обнаружил, что внутри все расселись за большим прямоугольным столом. По центру дымилась, источая ароматные запахи, свежесваренная каша, щедро политая мясной подливой.
— Ну наконец-то! — обрадованно выкрикнул Дмитрий и приглашающе замахал рукой.
Комната была погружена в полумрак, и лишь тусклый свет ламп над столом рассеивал его.
— Что выяснил? — спросила лейтенант, при этом как-то смущённо увела взгляд в сторону.
Не понял: это что тут такое?
— Как мы и предполагали, выжившие собрались у бургомистра. Нам велено прибыть к ним до утра, с рассветом все они отчаливают из этого города, — ответил ей, занимая место за столом и с подозрением поглядывая на рыжеволосую женщину.
— Значит, нужно выдвигаться, — кивнул Плющ, усиленно уплетая кашу.
— Ты сможешь нас по воздуху перекинуть?
— Думаю, да, — ответил я, прикидывая остаток капсул. — Но скорость будет низкая, так что выдвигаться нужно впотьмах.
— Хорошо, тогда подкрепимся и выдвигаемся, — кивнула Анжела.
Каша вышла на славу. Сразу видно, что готовили одарённые для одарённых. Максимально жирная, с толстыми кусками мяса и сала, тело прямо ликовало от активно пополняющейся энергии.
Быстрые сборы, проверка снаряжения, и вот весь отряд проносится над ночным городом. Мне пришлось закинуться двумя горстями капсул для осуществления такого манёвра.
Впереди показалось большое центральное здание, только в отличие от прошлого раза оно было осаждено толпами орков. Они стояли такой плотной толпой, что буквально вся площадь и близлежащие примыкающие улицы осветились множеством ярких огоньков факелов.
Под нами царил настоящий гвалт голосов и шум мощных ударов топоров о голубоватый купол, окруживший всё здание.
Ночная мгла хорошо скрывала нас, зависших над головами атакующих. К счастью, никто из орков не рассматривал звёзды в этот момент, иначе дело могло бы обернуться трагедией.
— Великое небо! — проговорил Дмитрий, рассматривая открывшуюся картину.
— Поторопись, Пабло, нужно успеть проникнуть под купол! — Взволнованная Анжела тронула меня за плечо.
— Ты хочешь, чтобы я пробил его? — я указал пальцем на голубоватое марево с серебряными прожилками.
— Нет. Я знакома с этим артефактом. У него есть встроенная система распознавания. Я внесена в список допущенных, и все, кто будут рядом, тоже пройдут без проблем, — ответила она скороговоркой, не желая терять ни секунды.
— Что же, это хорошо, всё равно я не уверен, что смог бы сейчас пробить его, — проговорил я, уже набирая скорость по направлению к зданию.
Мы опустились возле массивных дверей центрального входа. Те ожидаемо оказались закрыты.
Волны силы проникли сквозь деревянную преграду и ощупали пространство.
— Засов, — сказал я команде, — сейчас открою.
Тяжёлая деревянная балка слетела со стальных скоб, и двери со скрипом распахнулись.
Внутри здания царила суета, отчаянием, казалось, пропитался сам воздух. Сейчас тут собрались по большей части не воины, а выжившие мирные жители. Много детей, женщин и стариков. Дети плакали, матери с влажными глазами пытались их утешить, хоть и сами были полны ужаса, ощущая приближающуюся кончину.
Забаррикадировав обратно вход, я взмахнул рукой, заставляя ящики, мебель и прочее дополнительно укрепить двери здания.
— Вы вовремя, — генерал Макферсон с опухшими от недосыпа глазами поспешил к нашему отряду. — Мы уже начали эвакуацию, большая часть уже в туннелях. Идём, идём скорее!
Генерал развернулся и быстрым шагом направился в известном только ему направлении.
Преодолев несколько комнат и по винтовой лестнице спустившись на нижние ярусы здания, стало понятно, куда тянется вереница граждан Пограничного.
Путь наш окончился стеной, в которой была пробита каменная кладка, а за ней начиналась широкая кишка подземного перехода.
Немногочисленные солдаты шли последними, подгоняя мирных жителей. Хотя, казалось, куда быстрее? Люди и так были на грани, чтобы не устроить массовую давку.
Наш отряд был замыкающим, генерал давно скрылся в толпе людей. Как известно, начальство эвакуируется одним из первых.
Яркое солнце бликовало мириадами золотых бриллиантов на спокойной морской глади. Капитан Габриэль стоял на носу своего корабля, любуясь просторами и вдыхая запахи, доносимые бьющим в лицо свежим морским ветром.
— Капитан! — его умиротворение было прервано подбежавшим офицером, вставшим в военную стойку и ударившим кулаком себя в грудь. — В нижних каютах обнаружился неизвестный, он убил двух бойцов, не знаем, как тут оказался, но наши его пытаются сдержать.
Речь явно разволновавшегося офицера была сбивчива, а взгляд бегающий.
— Это ещё что за новости? — немного обалдел от услышанного мужчина. — Так задержите его!
— Пытаемся, но он одарённый, причём весьма сильный.
— Так врубите глушилку, вам что, протокол неизвестен⁈ — от возмущения капитан стукнул кулаком по бортику корабля.
— Пытались, но артефакт выведен из строя. До этого момента ему вообще как-то удавалось оставаться незамеченным, и если бы не внезапная агрессия с его стороны, то мы бы и дальше не знали о незваном пассажире!
Умиротворённое настроение капитана смылось так же резко, как и нахлынуло до этого при взгляде на морские красоты. Выхватив массивный пистоль из-за пояса, он метнулся за спешащим перед ним лейтенантом.
Уже подходя к трюму, они услышали звуки борьбы, доносившиеся снизу. Из-под щелей под ногами вырывались клубы дыма.
«Только пожара нам тут не хватало!» — яростно думал про себя капитан.