[61].
Противнику были нанесены потери в личном составе. Советская артиллерия вела огонь достаточно точно. Например, более 46 % снарядов разорвались в зоне действительного поражения, то есть на расстоянии, которое обеспечивало поражение орудий и живой силы врага. Количество снарядов, разорвавшихся в зоне сплошного поражения, то есть в радиусе до 20 м от цели, составило свыше 21 %. В результате из 130 батарей врага, ранее отмеченных советской разведкой в полосе 13-й армии, только 58 батарей открыли огонь во время артиллерийской подготовки[62].
В результате проведенной артиллерийской контрподготовки план наступательных действий противника был нарушен. Вместе с тем планирование контрподготовки в деталях штабами артиллерии отработано не было, и артиллерия вела огонь не по уточненным целям, а по площадям. Кроме того, как полагали военачальники уже после войны, ее эффективность была бы выше, если бы она началась позже, когда противник вышел из укрытий непосредственно перед атакой. В итоге враг избежал массовых потерь.
Артиллерийская подготовка противника, вместо ранее намеченных 2 часа 30 минут началась лишь в 4 часа 30 минут. Но и в этом случае вражеская артиллерия не достигла своих целей, так как в полосе 13-й армии была проведена повторная контрподготовка. В результате огонь противника начался неорганизованно. Одновременно с огнем артиллерии враг предпринял интенсивную бомбардировку с воздуха силами до 300 самолетов, которые группами по 50—100 машин бомбили войска и артиллерию 13-й армии, расположенные во второй полосе обороны на глубине до 10–12 км[63].
Благодаря тому что система командных и наблюдательных пунктов противника была частично нарушена и управление артиллерией и авиацией ослаблено, ему не удалось нанести сколько-нибудь значительных потерь войскам 13-й армии, хорошо укрытым в траншеях, окопах и других убежищах.
Как уже отмечалось, захваченные в районе Белгорода пленные показали, что германское командование готовит мощный удар в направлении Курска с юга.
Известно, что оборонительное сражение на Воронежском фронте завязалось за взводные опорные пункты боевого охранения 6-й гвардейской армии гвардии генерал-лейтенанта И.М. Чистякова еще во второй половине дня 4 июля. Около 16 часов 75 бомбардировщиков Ю-87 и Ю-88 люфтваффе в сопровождении 27 истребителей подвергли сильным ударам боевое охранение 22-го гвардейского стрелкового корпуса (генерал-майор Н.Б. Ибянский) в районе Бутово, Герцовки, Бубны. Бомбардировка велась с нарастающей силой. Так, за 10 минут на фронте в 1 км, занимаемом боевым охранением 67-й гвардейской стрелковой дивизии (полковник А.И. Баксов), было сброшено до 2,5 тыс. авиабомб. Вместе с фугасными бомбами сбрасывались «чемоданы» с мелкими снарядами, рассчитанными на поражение личного состава. В это время под прикрытием сильного артиллерийского и минометного огня враг силами 48-го танкового корпуса (генерал танковых войск О. Кнобельсдорф) перешел в наступление: до пяти пехотных батальонов с 30 танками наступали в направлении Герцовки, до двух пехотных полков с 30 танками – в направлении Бутово и до пехотного полка – в направлении Триречное[64]. Завязались также ожесточенные бои превосходящих сил противника с боевым охранением 71, 67 и 52-й гвардейских стрелковых дивизий.
К исходу дня врагу удалось сбить боевое охранение в районе разъезд Герцовка, Бутово, 230.8 и выйти здесь к переднему краю главной полосы обороны[65]. Но попытки воинских частей противника потеснить боевое охранение на участке Драгунское, Стрелецкое, Березов оказались безуспешными.
В течение 4 июля в полосе 7-й гвардейской армии гвардии генерал-лейтенанта М.С. Шумилова враг вел разведку боем мелкими группами и на некоторых участках пытался переправиться на восточный берег р. Северский Донец[66].
Во второй половине дня на основании показаний пленных командование Воронежского фронта пришло к выводу о необходимости проведения артиллерийской контрподготовки. В 19.00 войскам были отданы необходимые распоряжения. В соответствии с решением командующего армией штаб артиллерии 7-й гвардейской армии во главе с гвардии полковником З.М. Санфировым спланировал поражение противника во время контрподготовки массированным огнем в семи районах. Например, «артиллерийский огонь планировался по участкам леса, где возможно было установить в лесу огневые точки противника»[67].
Всего для подавления намечалось 98 участков вероятного сосредоточения пехоты и танков противника, то есть 77 % всех объектов и целей, 17 наблюдательных пунктов (14 %) и 12 артиллерийских и минометных батарей (9 %)[68]. По плану к участию в контрподготовке привлекалось в общей сложности до 700 орудий, минометов и боевых машин РА – около 40 % всей артиллерии армии.
В 22 часа 30 минут в полосе 6-й гвардейской армии гвардии генерал-лейтенанта И.М. Чистякова был проведен 5-минутный артиллерийский налет по ранее намеченным целям. Огневому воздействию подверглись 17 основных пунктов сосредоточения танков и пехоты врага, 12 артиллерийских батарей, 17 наблюдательных пунктов и ряд других[69].
5 июля в 3 часа утра, согласно ранее разработанному плану, артиллерийская контрподготовка была проведена в полном объеме. Сначала – пятиминутный огневой налет орудий и минометов по участкам и отдельным целям. Одновременно с артиллерией открыла огонь из всех видов оружия пехота, находившаяся в первой и второй траншеях. Затем последовал 15-минутный методический огонь. Артиллерийская контрподготовка завершилась мощным 10-минутным огневым налетом. При этом обстрелу подверглись в основном те же цели, что и накануне.
Огонь вели две пушечные артиллерийские бригады, один армейский артиллерийский полк, два минометных полка, четыре гвардейских полка РС, а также артиллерия и минометы четырех дивизий первого эшелона. Орудия, предназначенные для борьбы с танками огнем прямой наводкой, в контрподготовке не участвовали. Всего на контрподготовку артиллерия 6-й гвардейской армии израсходовала в среднем до половины боекомплекта. Огневому поражению подверглись 9 районов сосредоточения войск – ур. Королевский, Бутово, Раково, Заготскот, Бл. Ивановский, Ячнев Колодезь, лес северо-западнее Покровки, северная окраина Белгорода, ур. Сухой Верхн. Как доложила разведка, враг понес большие потери: было подавлено 10 артиллерийских батарей, уничтожено 14 наблюдательных пунктов, подбито до 50 танков, убито и ранено до 4 тыс. человек. При этом, как отмечал военный историк Л.Н. Лопуховский, командование в своих докладах об уроне противнику никогда не утруждало себя доказательствами[70]. Далее военный историк предполагал, с налетом сарказма, что если суммировать цифры соответствующих сводок, то война должна была закончиться уже в 1943 г. В целом же, как и на северном фасе выступа, артиллерийская контрподготовка не смогла сорвать наступление противника, хотя намеченный им срок начала артиллерийской подготовки атаки был перенесен на более поздний срок[71].
Схема 6. Схема огня и боевого порядка артиллерии 6-й гвардейской армии в контрподготовку 4 и 5 июля 1943 г.
В своих воспоминаниях бывший командующий армией генерал-полковник И.М. Чистяков отмечает: «Я считаю, что наша артиллерийская контрподготовка дала неплохой результат. Мы правильно сделали, что провели контрартподготовку по путям, идущим к переднему краю. В результате, как нам рассказывали потом жители Томаровки, гитлеровцы всю ночь возили раненых и убитых. И действительно, мы сами впоследствии видели в Томаровке большие кладбища с березовыми крестами… Она нанесла войскам противника большой не только материальный, но и моральный ущерб. Фашистское командование убедилось, что его расчет на внезапность удара по нашей обороне сорван»[72].
Разведчики 7-й гвардейской армии также донесли, что германское командование готовит наступление с утра 5 июля. Гвардии генерал-лейтенант М.С. Шумилов принял решение провести артиллерийскую контрподготовку по вариантам 3, 5 и 6, согласно ранее разработанному плану штабом артиллерии[73]. Первый пятиминутный огневой налет прошел без помех. Так же прошел и 15-минутный методический огонь. В контрподготовке участвовало примерно 696 орудий и минометов и 47 установок РА, что составляло почти половину общего количества артиллерии армии. Плотность артиллерии на отдельных участках достигала 45–68 орудий и минометов на 1 км фронта[74].
Перед началом последнего, 10-минутного огневого налета в 3 часа 20 минут со стороны врага началась артиллерийская подготовка атаки. Однако она нисколько не отразилась на выполнении огневого налета гвардейцев.
Войсковая разведка доносила, что контрподготовка в полосе 7-й гвардейской армии деморализовала врага и ослабила его наступательный порыв. Противник отказался от наступления у Белгорода в районе Михайловки, где сосредоточились 6-я и 19-я танковые дивизии, и вынужден был начать свой удар южнее, против 78-й гвардейской стрелковой дивизии (гвардии генерал-майор А.В. Скворцов). Командир 19-й танковой дивизии генерал-лейтенант Г. Шмидт в своем докладе отмечал: «Для наведения моста для танков был использован предмостный плацдарм у Белгорода. За несколько недель здесь было уже все готово, и прежде всего 60-тонные мосты для «тигров». В это время русские начинают проявлять внимание и открывают хорошо ложащийся беспокоящий огонь артиллерии, минометов и фланкирующих пулеметов по переправам. Несмотря на темноту, огонь был очень точным… Саперы тотчас же понесли серьезные потери. О продолжении наведения моста для «тигров» не могло уже быть и речи»