Воздух был смертельно разреженным, но не исчез; мои легкие наверняка думали, что они глотают вакуум. Но кровь не кипела, и, осознавая это, я все-таки задыхался и продолжал задыхаться. Моего внимания хватало только на это, тем не менее, я увидел Аусфаллера. Он влетел на ракетном ранце, оглядываясь в поисках цели для своего оружия, и, описав огненную петлю, начал тормозить.
Сначала он освободил Карлоса, помог ему забраться в прозрачный спасательный мешок. У моего друга из носа и ушей текла кровь, он едва мог двигаться. Затем Аусфаллер затолкал меня в этот же мешок и застегнул его. Вокруг нас зашипел, затекая в мешок, воздух. Я гадал, что будет дальше. Зигмунд выстрелил в купол, проделал в нем зияющую дыру и вынес нас на своем ракетном ранце.
«Хобо Келли» был пришвартован поблизости. Но спасательный мешок не пролезет и в воздушный шлюз... и Аусфаллер подтвердил мои опасения. Он дал нам сигнал, широко раскрыв рот, затем раздвинул молнию на спасательном мешке и затащил нас в шлюз.
Карлос прошептал:
— Пожалуйста, никогда так больше не делай.
— Больше и не понадобится, — улыбнулся Аусфаллер. — Что бы вы там ни сделали, у вас славно получилось. На борту «Хобо Келли» два отлично оборудованных автодоктора, чтобы вас починить. А пока вы будете исцеляться, я займусь поиском укрытых на астероиде сокровищ.
Карлос поднял руку, но не произнес ни звука. Он выглядел как воскресший из мертвых: кровь текла из носа и ушей, рот был широко раскрыт, слабая рука боролась с гравитацией.
— Вот что, — отрывисто произнес Аусфаллер, — там много мертвых, но я не видел живых. Много их тут было? Встречу ли я сопротивление в ходе поисков?
— Забудь об этом, — прохрипел Карлос. — Давай убираться отсюда сейчас же.
Аусфаллер нахмурился.
— Но...
— Времени нет.
Лицо Зигмунда скривилось.
— Хорошо. Только сначала — автодоктора. — Он повернулся, но Карлос жестом остановил его.
— Черт, нет. Я хочу это увидеть.
И снова Аусфаллер сдался. Он направился в отсек управления, поддерживая Карлоса. Я плелся за обоими, вытирая кровь под носом, и почти догадывался, какое зрелище нас ждет, — и не хотел его пропустить.
Мы пристегнулись, и Аусфаллер врубил главный двигатель. Астероид ринулся прочь от нас.
— Вот так достаточно далеко, — прошептал Карлос. — Разверни нас кругом.
— Чего мы ждем?
— Узнаешь.
— Карлос, я правильно сделал, что сжег буксиры?
— О да.
— А то я беспокоился. Значит, это Форвард был пожирателем кораблей?
— Да.
— Я его не видел, когда прибыл за вами. Где он?
Зигмунд в очередной раз сделал кислую мину, когда рассмеялся Карлос, и окончательно проглотил лимон, когда рассмеялся я.
— И все же он спас нам жизнь, — сказал я. — Наверное, включил давление воздуха перед тем как прыгнул. Зачем он это сделал, интересно?
— Хотел, чтобы его запомнили, — ответил Карлос. — Ахх...
Я взглянул на экран как раз тогда, когда часть астероида осела, оставив глубокий кратер.
— Он движется медленнее на апогее, собирает материю, — сказал Карлос.
— О чем вы говорите?
— Позже, Зигмунд. Когда у меня горло поправится.
— У Форварда была дырка в кармане, — пояснил я. — Он...
Разрушилась и вторая сторона астероида, полыхнув напоследок молнией. Все, что осталось, напоминало небрежно слепленный грязный снежок, который уменьшался на глазах.
А вот это нам сейчас не помешает...
— Зигмунд, у корабля есть автоматические солнечные ширмы?
— Ну, конечно, у нас есть...
Ослепительная вспышка сменилась чернотой экрана. Спустя несколько минут на нем опять появились звезды.