– Пожалуй, ты прав, – что-то прикинув про себя, отозвался Иван. – К князю Вертынскому не больно охота сейчас лететь. Он же там официальную встречу затеет. А настроение… сам понимаешь.
– Располагайся тогда, – крикнул Лео, уже заходя в ванную комнату. – Чистое белье в комоде, запасная пижама в шкафу…
– Ага, разберусь, – отозвался Иван.
– Ваше Императорское Высочество… – начала было Анна.
– Иван. Просто Иван, и на «ты». Выканий и церемоний мне и в обычной жизни хватает, – поправил ее он.
– И-иван, – с трудом смогла перестроиться Анна. – А что вообще происходит? За что его в СИБ? И пытки же вроде запрещены?! Разве нет?
– Запрещены, – хмуро подтвердил Иван, тоже оценивший внешний вид… друга. – Но тут случай сложный…
– Объясните… Объяснишь? – поправилась девушка. – Или это тайна? Я пойму.
– Нет тут никакой тайны, – вздохнул Иван, усаживаясь за стол на кухне.
Анна автоматически начала тут же накрывать на этот стол, доставая печенье, чай. Потом всплеснула руками и кинулась готовить что-нибудь посущественнее. На скорую руку.
– Подруга у нас с Леней умерла два дня назад. Боевая.
– Боевая? – удивилась Анна, не забывая намывать куриные яйца для жарки.
– Воевали вместе. В Камбодже. Слышала, небось?
– Точно! – воскликнула девушка, вспомнив, что действительно что-то такое по новостям крутили.
– Мне просто подруга – товарищ боевой. Леньке – девушка его. Жили они вместе. Не знаю, насколько серьезно все у них было. Но что-то вроде обмолвился как-то, что с одного детдома они, и вроде как сох он по ней с детства самого.
– Вот как? – поразилась Анна, у которой комплекс неполноценности в голове, забитый туда Лео, постепенно начал уступать восхищению романтичностью истории: вроде как не игнорировал ее парень месяц, а мужественно держался, храня верность возлюбленной. – И что произошло?
– Пошли на это ваше местное «озеро» купаться. Уплыли двое. На берег вышел один. Ее потом водолазы со дна подняли.
– А пытки тут при чем? – помешивая на здоровенной сковородке соответствующую ей яичницу с кусками колбасы, спросила она.
– Не пытки, а допрос. Девушка-то непростая, а капитан СИБ, полевой агент, Герой Империи…
– Все равно не понимаю, – призналась Анна, в голове которой романтический образ приобретал все больше розовых тонов.
– Так следователи думают, что это он ее утопил, – вздохнул Иван, который и сам думал то же самое. Да вот предъявить действительно нечего: ни свидетелей, ни улик, ни признания.
– Да вы что!! Лео?! Да как им в голову такое пришло?! – возмутилась Анна.
– Да есть причины… – отвел взгляд в сторону Иван.
– Тайна?
– Нет, – уткнул взгляд в стол перед собой Иван.
– Нет никакой тайны, Ань, – сказал входящий на кухню, успевший вытереться и переодеться в свежее Лео. – После того, что я на Камбодже творил, они всем скопом меня в маньяки-мясники записали.
– Посмотрел бы я, что ты сам на моем месте подумал бы! В том же Меконге! Ты же двести тридцать человек за одно утро убил! Да не просто убил, а расчленил! Буквально! Их же потом, на следующий день, как пазл, по частям собирали, чтобы похоронить! И то: рука от этого, нога от того, голова вообще хрен его знает чья! На что у меня желудок крепкий, и то чуть не проблевался, когда в ту казарму сунулся сдуру! – вспылил Иван.
Его тоже эти дни напряжение не отпускало. Да еще и кошмары эти…
– Да, я убийца! Профессиональный убийца! Так вы же сами меня тренировали и натаскивали! Ваше гребаное государство!
– Мы натаскивали?!
– А кто же?! Не ваша гребаная Империя мне старлея контрразведки дала?! Или, скажешь, не знал?!
– Какого старлея?! Ты в своем уме?!
– Я-то в своем! А ты, похоже, до сих пор в облаках летаешь… – также быстро остыл, как и завелся, Лео. – Да, я убийца. Эффективный и тренированный. Но я люблю ее!
– Любил, – поправил Иван, тоже быстро потухший. Лео кивнул, принимая поправку.
– Завтра похороны, – встал со своего стула Лео. – Надо еще костюм заказать успеть.
– О чем вы? – когда за парнем закрылась дверь его комнаты, спросила Анна.
– Да так, о некоторых неприятных моментах свершившейся Камбоджийской революции, – снова опустил глаза в стол Иван, которому было стыдно за свою вспышку. Ведь понимал же умом, что не будь там с ними такого вот эффективного Лени, то там бы они все и остались. А он, Иван, сам вообще бы незнамо где служил предметом политического торга. Но наболело! Накопилось за все эти дни… – Он же нас всех там спас. И не по разу. Вообще, только благодаря ему мы домой вернулись, все шестьдесят с чем-то пассажиров лайнера.
– Лео? Да какой из него убийца, – улыбнулась Анна, ставя на стол сковороду с аппетитно пахнущим содержимым.
Иван не удержался и, даже несмотря на захлестывающие воспоминания неприятного толка, все же попробовал кусочек. Потом еще кусочек. И еще…
– Лео – талантливый скрипач. Мечтает актером стать…
– Не бери в голову, – закрыл тему Иван. – Я и сам бы не поверил, если бы он это не у меня на глазах делал.
Какое-то время помолчали. Минут через десять вернулся и Лео. Он тоже присоединился к уничтожению произведения кулинарного искусства «на скорую руку».
День был тяжелый, так что ни о чем серьезном больше не говорили. А минут через сорок и вовсе отправились спать.
Анна проснулась на плече у Ивана. Голая. На голом плече голого Ивана в своей кровати, в своей комнате. С приятными воспоминаниями, легкой истомой в теле и несколько болезненными ощущениями внизу живота.
Иван снова проснулся от кошмаров посреди ночи. Пошел в ванную умыться и сполоснуть голову. А следуя обратно для продолжения прерванного сна, перепутал двери.
Дальше все получилось как-то само собой, просто и естественно, а раз естественно, то не без оргазма…
Анна накинула халат и вышла из комнаты. Лео уже не спал. Более того, он уже был одет и готов к выходу.
Черный траурный костюм смотрелся на нем непривычно, но сидел как влитой. Леонид повернулся на звук ее шагов. И глаза Анны сами собой округлились: на левой стороне груди молодого человека красовались две Звезды Героя Империи.
– С добрым утром, Ань, – поприветствовал он ее с улыбкой.
Вот только была эта улыбка бледная и вымученная, а глаза, раньше всегда гревшие и лучившиеся солнечным светом, были тусклыми и потухшими.
– Привет, Лео, – отозвалась она. – Ты?..
– Ну, я же говорил тебе про пенсию, – пожал плечами он. – Вот, за Ваньку вторую дали. Теперь две пенсии получать буду…
– А первая за что?
– За то, что он Новопитер спас от сброса на него орбитальной станции четыре года назад, – сказал Иван, как раз выходящий в этот момент из комнаты.
– Орбитальной станции? – ужаснулась девушка. – Это же…
– Планетарная катастрофа? Да. Если бы он дал ей упасть, – подтвердил Иван. – За то и удостоился Золотой Звезды. Так что твой друг – настоящий Герой.
– Что? И не добавишь, что я там пятьдесят три человека убил? Шесть из которых ножом, а двоих голыми руками? – совсем невесело улыбнулся Лео.
– Нет. Потому что в деле этого нет, – ответил Иван. – Там есть только то, что ты сел в истребитель, поднял его и с разгону пошел на таран. А террористов убивал Кашим.
– Которого видел я один. – Улыбка Лео окончательно стала ухмылкой. – Такой себе классический «выдуманный друг».
– Выдуманный, не выдуманный, а в деле записан, – пожал плечами Иван.
– Одевайся. Церемония прощания через час начнется. Где, кстати? Ты мне так и не сказал, – не стал углубляться в спор Лео.
– В Новопитерском Большом драматическом театре, – ответил Иван.
– Не слишком ли? – нахмурился Лео. – Для простой детдомовской девчонки? Пусть и капитан СИБ, но… Не хочу, чтобы ее память очерняли пересудами. Может, лучше было бы скромную закрытую церемонию?
– Она – Герой Империи, спасшая жизнь наследнику императорского престола. Она достойна всего по высшему разряду! – также хмуро ответил Иван.
– Как скажешь, – отвернувшись, не стал спорить Лео.
На церемонии было много людей. Большинство – официальные лица. Съемка не велась. Меры безопасности обеспечивались на высшем уровне. Ведь тут присутствовал весь выпуск Академии СИБ этого года, сама региональный координатор, кураторы выпускников. А их лица не должны оказаться на каких-либо записях, особенно всех вместе, дабы избежать риска в будущем.
Также тут были и все детдомовцы, близко или далеко знакомые с Гонцовой.
Была тут и Настя Каменских с Пашей Вересовым, да и вся их остальная компания.
– Лень, не знал, что ты орденоносец, – пожал руку Леониду Паша. – У вас с Ленкой и правда все серьезно было?
Леонид не стал отвечать на этот вопрос. Только поднял свой тяжелый взгляд, и Паша сам все понял.
– Как хоть все случилось-то? Слухов много, толком ничего не известно, – спросил он.
– Утонула. В озере Нево. Судмедэксперты говорят, судорога… Свело ноги, и… и все. Мстить некому.
– Судьба, значит, такая… А она что, правда капитан СИБа была? – спросил Злобин.
– Да.
– Блин, а я ей про вас с Одноглазым языком трепал. Мол, авторитет, район держит, все дела… – почесал он пятерней в затылке.
– Не меньжуй, Щербатый, – серьезно ответил Леонид. – Ленка своих не сдавала.
– Ты-то откуда знаешь? – хмыкнул Злобин.
– Знаю, – просто ответил тот.
Сегодня он был без своих обычных очков и оттого на Вежливого Кролика не тянул совершенно. Скорее уж на давящую глыбу. Спорить с ним не хотелось.
– Ты тоже из СИБа? Оттуда и блестяшки? – кивнул он на Золотые Звезды, висящие на груди Леонида.
– Нет, – ответил он. – Я из контрразведки.
– Знала я, что очкарик непрост, знала. А все равно неожиданно, – сказала Настя, подошедшая к их компании. – Дважды Герой?
– Долгая история, – не стал вдаваться в подробности он.
– А она?
– Принцу Ивану жизнь спасла на Камбодже, – кратко пояснил Леонид.