- Что ты со мной сделал, проклятый инкуб? - глухо выдохнула она, со странным выражением глядя на его окровавленную шею. Казалось, с трудом сдерживается, чтобы не броситься останавливать кровь и хлопотать над ним, как курица-наседка. Видно было, что подобные эмоции для этой женщины совершенно несвойственны.
- И что же, по-твоему, я сделал? - притворился идиотом Зепар, ощущая, как пощипывает кожу от начавшейся регенерации.
- Я не могу выбросить тебя из головы! Это как наваждение. Пыталась даже совсем не видеть, думала, что это пройдет. Но стало только хуже!
- И решила убить, чтобы окончательно избавиться от соблазна? - усмехнулся он. - За этим ты сейчас пришла?
По полыхнувшим злостью глазам сам прочел ответ и пожал плечами.
- И что же тебя остановило?
- Не смогла это сделать, - ее лицо судорожно дернулось, она с видимым усилием отвернулась от него.
Тяжело дыша, уставилась на собственные дрожащие руки, удерживающие нож в каком-то судорожном захвате. Внутри ее всю выкручивало от притяжения к этому существу, сейчас находящемуся так близко, что потребность коснуться его становилась неодолимой. Раньше у Сардалы никогда не возникало проблем с тем, чтобы убить кого-то. Даже если испытывала к этому существу притяжение или подобие симпатии. Каргонка на первый план всегда ставила собственные интересы и могла пожертвовать ради них многим. Что касается чувств, то они никогда не мешали ей в жизни. Даже сыновей она не любила настолько, чтобы при случае не пожертвовать ими, возникни такая необходимость. Но теперь…
Сардала вспомнила, как целый день не находила себе места, не в силах отвлечься ни на что. Даже тренировочные поединки, обычно великолепно помогающие привести в порядок эмоции, в этот раз не возымели эффекта. Перед глазами снова и снова вставало прекрасное лицо с синими, как сапфиры, глазами. Чувственные губы улыбались ей, маня прикоснуться к ним, насладиться их вкусом. Каргонка испытывала такое дикое возбуждение при мысли об этом мужчине, что не могла сосредоточиться на чем-то еще. Противникам по тренировочным боям даже несколько раз удалось уложить ее на лопатки, чего раньше никогда не случалось.
И вместе с тем безошибочное чутье хищницы подсказывало, что если она поддастся наваждению и утолит голод плоти, все станет только хуже. Проклиная все на свете, Сардала не выдержала и отправилась в комнату, откуда велось наблюдение за различными помещениями дворца. Велела всем выйти и долго, как одержимая, просматривала записи из камеры Зепара. Пальцы просто кололо от желания коснуться изображения на экране. В который раз отдернув дрожащую руку, помимо воли очерчивающую контуры фигуры пленника, она взвыла от ярости. Да что с ней происходит?! Это нужно остановить любой ценой! И пусть будет жаль такой великолепный экземпляр, но лучше убить его, чем продолжить эту пытку!
Приняв решение, Сардала немного успокоилась. Дождавшись, пока изображение на экране показало, что Зепар уснул, неслышной тенью выскользнула из помещения и двинулась в комнату пленника. Она знала, что делать. То, что не раз уже делала, когда кто-то стоял на пути.
Все так просто. Одно лишь уверенное движение - и проблемы нет. Но уже держа нож у горла Зепара, каргонка поняла, что в этот раз легко не будет. Она не могла заставить себя надавить на лезвие. Одна мысль о том, чтобы проткнуть эту гладкую атласную кожу, причинить боль существу, вызывающему какой-то благоговейный трепет, становилось дурно. Тело тряслось, словно в ознобе. А наваждение от близости Зепара настолько усилилось, что контролировать себя становилось с каждой секундой все труднее.
Когда он сам дернулся, напарываясь на лезвие, ощутила что-то вроде облегчения. Но лишь на мгновение. А потом ее саму словно полоснуло по сердцу. Причем боль была куда сильнее той, что она невольно причинила Зепару. По его же прекрасным загадочным глазам каргонка видела, что он прекрасно знает о том, что с ней происходит. Упивается своим торжеством, своей победой над ней.
Но нет! Победу праздновать рано! В конце концов, она может приказать кому-то из своих воинов сделать то, чего не смогла она. Эта мысль немного отрезвила и Сардала с окаменевшим лицом спрятала нож в гиперкарман на браслете. И опять Зепар будто почувствовал, что с ней происходит. Отреагировал мгновенно. Тонкие длинные пальцы коснулись руки, слегка провели по ней, обжигая мириадами искорок, разнесших по телу еще большее возбуждение. Сардала не сдержала прерывистого вздоха и не смогла удержаться от того, чтобы взглянуть на мужчину.
- Думаешь, если убьешь меня, что-то изменится? - чувственные губы изогнулись в улыбке, от которой внизу живота все скрутило в тугую пружину.
- Прекрати это! - она хотела крикнуть, но получился надсадный сип.
- Прекращу, если сделаешь то, чего хочу я.
- И чего же ты хочешь?
- Отпусти видящую. Верни ее в демонские миры, - спокойно откликнулся Зепар.
- Удивлена, что не просишь отпустить и тебя, - ее губы тронула кривая усмешка.
- Потому что знаю, что ты этого не сделаешь. Я нанес тебе оскорбление. Именно так ты воспринимаешь все это. А ты из тех, кто привык смывать оскорбление кровью. Даже если одержимость уйдет, в живых ты меня не оставишь.
- И ты не боишься смерти? - удивилась она.
- Я готов к ней.
Зепар старался, чтобы голос даже не дрогнул. Она должна поверить ему, выполнить то, чего он хочет. Когда Огонек окажется в безопасности, это развяжет ему руки. О нет, Зепар не собирался умирать от руки этой стервы! А если и придется, то утянет ее за собой. Уж на это у него сил хватит! Умереть на своих условиях, а не повинуясь воле ненавистной твари, возомнившей себя хозяйкой его жизни.
- А что мне помешает просто пригрозить тебе ее жизнью и вынудить сделать то, что нужно? - глаза каргонки сузились.
- Знание того, что ты ее убьешь в любом случае, - стараясь ничем не выдать вспыхнувшей тревоги, сказал Зепар.
- Ты настолько любишь эту девку, что готов на все ради нее? - впервые Сардала испытывала нечто похожее на ревность, и это новое подтверждение того, насколько инкуб околдовал ее, вызывало внутри бешенство, смешанное со страстью.
- Просто не привык оставлять на произвол судьбы своих женщин, - ровным тоном проговорил Зепар, надеясь, что она поверит. Нельзя, чтобы Сардала начала воспринимать Огонька в качестве соперницы. При такой одержимости это опасно. Эмоции могут взять верх над здравым смыслом.
- Теперь единственной твоей женщиной буду я, - прошипела она. - Столько, сколько захочу сама! - Каргонка грубо схватила его за волосы, оттягивая назад голову, и сделала то, чего весь этот день так страстно желала - впилась в чувственные губы, такие пьяняще-сладкие, что у нее голова пошла кругом.
В этот раз Зепар не противился, позволяя целовать себя и продумывая следующие действия. То, что он переключил ее мысли в другое русло, подальше от Огонька, бесспорно хорошо. И переспать с этой тварью было бы лучшим вариантом. Это еще крепче привяжет ее к нему. Даже если после этого Зепар уберет воздействие, она не сможет в полной мере избавиться от чувства к нему. А значит, не убьет даже после того, как он это сделает. Но сама мысль о близости с каргонкой претила.
И все же оттолкнуть ее сейчас - слишком опасно. В таком взвинченном состоянии она способна на что угодно. Что ж, есть иной способ удовлетворить ее желание, не доведя дело до конца. Зепар мысленно усмехнулся и перенял инициативу, увлекая каргонку на подушки. Она напряглась, словно ожидая нападения, но расслабилась, когда он стал ласкать ее тело, освобождая от одежды. Чуть царапнул кожу, исторгая из груди женщины сладостно-болезненный стон. Похоже, она и правда любит жесткие игры, хотя и предпочитает сама причинять боль. Зепар усмехнулся, находя на ее теле точку, при стимуляции которой можно получить одновременно боль и наслаждение. Для такой извращенки, как Сардала, самое то. И не ошибся. Сардала вскрикнула ему в рот и выгнулась всем телом, широко распахнув глаза.
- Еще! - хрипло выдохнула, чуть отстраняясь от его губ.
- Как пожелаешь, - с легкой иронией проговорил Зепар, находя новый участок тела и посылая заряд чувственного воздействия такой силы, что у нее совершенно крышу снесло.
Каргонка кончила бурно и продолжительно, судорожно впиваясь ногтями в его плечи и раздирая до крови. Зепар поморщился, но стерпел, с легкой усмешкой глядя в восторженное лицо женщины.
- Ты и впрямь силен в этом! Мне редко кто мог доставить такое удовольствие. И тебе потребовалось для этого всего пара прикосновений, - хрипло выдохнула она. - Нет уж, можешь быть уверен, убивать тебя не стану. Такая игрушка дорогого стоит!
Он внутренне передернулся от сравнения с игрушкой, но скрыл недовольство, опускаясь к ее груди и зажимая между зубами темно-коричневый сосок. Сжал с такой силой, что выступила кровь, и опять послал в тело женщины заряд воздействия. Она издала какое-то утробное рычание. Новый оргазм сотряс тело, на некоторое время заставляя отрешиться от происходящего. Сардала упивалась такими мощными, дикими ощущениями, что весь окружающий мир исчез и осталось лишь ничем незамутненное наслаждение, смешанное с болью. Упоительная смесь, от которой у нее снесло крышу.
Она и не подозревала, что такое может быть. Зепар еще несколько раз вынуждал ее испытывать оргазм за оргазмом, каждый еще более сильный, чем предыдущий. Сардала совершенно потеряла голову, превратившись в сплошной комок чувствительной плоти, реагирующей на каждое прикосновение так, как и представить не могла.
Когда вновь обрела способность соображать, уставилась в красивое лицо удивительного существа, доставившего ей незабываемое удовольствие. Поняла, что перегрызет глотку любому, кто попытается отнять его. И ей больше не хотелось противиться тем чувствам, что Зепар вызывал. Никогда еще жизнь не казалась такой полной, такой яркой!
Собственническим жестом Сардала притянула его к себе и впилась в губы. Потом отстранилась и тихо, но четко сказала: