— Ничего, — махнул я рукой. — Мне предъявили, что я мало того, что необучаем, так еще бессовестный плагиатор, который не может принять тот факт, что меня буквально застали за списыванием с поличным.
— То есть?
— То есть я списал и не хочу в этом признаться.
— Ты же не списывал, ведь так? — нахмурил брови Дилан.
— Естественно. Стал бы я так гордиться собой. Если бы я хотел списать, я бы списал у тебя. Проверенный способ, — усмехнулся я. — И знаешь, что обиднее всего? Я понятия не имею, кто мне так удружил, а Бретт не призналась.
— Я, кажется, знаю, кто мог бы это сделать. Студент с Первого факультета перед занятием хвастался, что сделал домашку без каких-либо проблем. Впервые, между прочим, он получил отлично, а ведь раньше выше тройки подняться не мог. Я не знаю студентов с Первого, но могу описать, как он выглядел. Такой высокий, полноватый с черными длинными волосами.
— Соул, — я прищурился. — Ты точно в этом уверен?
— Я не знаю, — несколько смутился Рейн. — Я просто не исключаю этой возможности.
— Значит надо проверить, — прошептал я и уверенным шагом направился в гостиную своего факультета, оставив Рейна задумчиво смотреть мне вслед.
Меня снова начало трясти от тихой ярости. Я практически вбежал в гостиную. Увидев причину моего бешенства, я, не говоря ни слова, подошел к Соулу и продемонстрировал отличный хук слева. Удар был настолько сильный, что мой обидчик упал со стула, на котором сидел и, как мне показалось, его слегка «повело». Я с нескрываемым злорадством смотрел, как кровь хлещет из разбитого носа, похоже, я его сломал.
— Нейман! Что происходит? — заорал Регган и подбежал ко мне, резко развернув в свою сторону. — Ты что творишь, а?
В гостиной стояла тишина. Дефоссе молча привел парня в чувство и усадил на свой любимый диван.
— Ничего, — спокойно ответил я. — Восстанавливаю справедливость единственным доступным мне способом.
— Избивая сокурсника? — приподнял бровь Гволхмэй.
— Ну, по-другому он бы не признался, — прошипел я и направился в сторону потерпевшего. — Ну что, говорить-то сейчас будешь? Или пойдешь молча накатаешь докладную директору? У тебя молча все делать очень хорошо получается.
— Я не понимаю, что ты от меня хочешь? — испуганно прогнусавил он, прижимая окровавленный платок к своему носу.
— Не понимаешь? А я тебе сейчас объясню. Ты в курсе, что в некоторых странах до сих пор существует смертная казнь за воровство? Скажи спасибо, что так легко отделался. Но это только пока, — свет начал мигать так же, как в кабинете нашего куратора незадолго до этого момента, но я не обратил на этот феномен никакого внимания, продолжая пристально рассматривать сокурсника.
— Деймос, прекрати, — спокойно сказал Рег. — Хватит. Объясни мне, что происходит, а потом дальше можешь избивать своего оппонента.
— Ничего такого. Просто меня сейчас отчитали, как нашкодившего щенка в кабинете Бретт! — взорвался я. — И знаешь за что? За то, что я списал у этого урода домашнюю работу!
— Ну это не повод его убивать, — усмехнулся Регган. Наигранная веселость, и стальной блеск светлых глаз. Он был очень серьезен. Слишком серьезен. И в таком состоянии очень опасен, как мне показалось. Глядя на него, я решил снизить количество децибел и все объяснить.
— Не знаю, Рег. Я впервые осознал, что пора прекращать вести себя, как полный кретин. Я осознал, что пора браться за ум и начинать учиться, чтобы не застрять в этой школе навечно. Я сделал все задания, с особой тщательностью, я сегодня, как никогда, хотел доказать, что я не такой умственно отсталый, каким вы все меня представляете. И что сделал он? Он просто нагло и подло украл мои работы и представил как свои. Меня так никто никогда не унижал, Регган, как сегодня Бретт в своем кабинете. Она не поверила ни единому моему слову. Ей было проще поверить, что у этого дегенерата проснулся зачаток разума, в отличие от меня, — я опустил голову. — Я попытался, понимаешь? Теперь все, баста, я пытаться больше не буду. — Я замолчал, не отрывая взгляда от Гволхмэя. На Дефоссе я вообще старался не смотреть.
— Это правда? — обратился Лео к Соулу, который продолжал вжиматься в спинку дивана под пристальным взглядом всего факультета.
— Нет, не правда! — завопил он. — Вы что ему поверили? Да он чуть меня не убил!
— А ну цыц! — прикрикнул на него Рег. — Расскажи теперь свою версию происходящего, не срываясь на крики и обвинения. А потом мы проводим тебя в медпункт.
— Я ничего ни у кого не крал, — всхлипнул Соул. — Я увидел, что на столе в гостиной лежат листы с набросками домашней работы. Я не знал, что так получится!
— То есть ты, не спросив разрешения, не поинтересовавшись даже, кто владелец, просто списал и оставил все как есть? Что это, если не воровство? Если хочешь что-то сделать не совсем законное, нужно делать это так, чтобы никто не узнал. Я думаю, свою порцию наказания ты уже получил. Кто-нибудь уберите его с глаз долой, желательно в направлении медпункта, — проговорив это, Регган вновь обратился ко мне.
— Ну что, герой уличных боев, успокоился?
— Нет, — я отвернулся от него и теперь рассматривал стену.
— Ладно, Нейман, я сейчас схожу и поговорю с профессором Бретт. — Наконец взял слово Лео. — А еще лучше, вынесу это на педсовет, который будет проходить сегодня.
— Не надо, — буркнул я.
— В смысле? — хором воскликнули Рег и Лео.
— Не надо ни с кем говорить. Я понял, какое отношение ко мне абсолютно всех за очень малым исключением в этой проклятой школе. Хоть говори, хоть не говори ничего от этого не изменится. Извините меня, но больше я не приложу ни грамма усилий, чтобы кому-то угодить. — Не глядя ни на кого, я быстро поднялся к себе в комнату и закрыл дверь на ключ. Затем разделся и забрался под одеяло. Надоело все. Уже засыпая, я вспомнил, что обещал позаниматься вместе с Рейном.
Резко распахнув глаза, я целых пять секунд смотрел в потолок, а затем подорвался с кровати и принялся одеваться.
Собрался я быстро и за рекордное время домчался до пустого класса, который мы облюбовали для совместных занятий. Кинув на стол толстенные книги, которые вручил мне Фолт, перед опешившим Рейном, я некоторое время стоял, пытаясь справиться с одышкой.
— Я думал, ты уже не придешь, — глядя на книги, тихо сказал он.
— Еще чего, — усмехнулся я. — Я просто немного заигрался в детектива, выводя преступника на чистую воду, и не обратил внимания на время.
— Все-таки Соул? — Рейн оторвал взгляд от книг и внимательно посмотрел на меня.
— Конечно, ты же у нас эриль — ты не мог ошибиться, — похлопал его по плечу я и уселся рядом с ним за парту.
Рейн продолжал молча меня разглядывать, мне даже стало как-то не по себе под его пристальным проницательным взглядом. Наконец я не выдержал и повернулся к другу лицом.
— Что?
— Дей, а ты всегда так одеваешься в неформальной обстановке? — я увидел, как Рейн прикусил губу, чтобы не заржать, а в его светлых глазах замелькали веселые искорки.
Я очень медленно посмотрел на себя и, не удержавшись, грязно выругался. Когда я одевался в очень быстром темпе, я в общем-то хотел надеть свою старую рубашку в крупную клетку, потому что в этом проклятом замке холодно, а моя рубашечка такая мягонькая, такая тепленькая… Но кто-нибудь мне объяснит, за каким грибом я напялил ее на голое тело, а поверх набросил не застегивая белоснежную шелковую рубашку, доставшуюся мне от Реггана?
Продолжая ругаться сквозь зубы, я принялся переодеваться. Рейн деликатно отвернулся, открыл первую книгу и приступил к изучению ромашек, или что он там хотел изучить. Интересно, а его порядочность — это вообще нормально?
Покачав головой, я застегнул последнюю пуговицу и снова сел рядом с другом. Минуту молчал, собираясь духом, а затем набрал в грудь побольше воздуха и скороговоркой спросил о том, о чем думал с раннего утра:
— Скажи мне, Рейн, ты считаешь меня своим другом? Ты хотел бы быть моим другом?
— Я и так твой друг, нет? — он оторвался от чтения и удивленно посмотрел на меня. — Или ты…
— Ты просто меня не так понял. Понимаешь, у меня никогда не было настоящих друзей. Тех, кому я мог бы доверять, тех, кто поддержит меня в любой ситуации. Я очень хочу, чтобы у меня появился самый настоящий друг, а не просто приятель, который со мной возится на взаимовыгодных условиях, — пробормотал я, вспомнив так некстати давно почившего Быка.
— Так в чем проблема? — он широко улыбнулся и пожал плечами. — Я и так считаю тебя своим единственным другом. И не только в этой школе, чтоб ты знал.
— Просто между нами очень много недомолвок, которые, как бы это сказать, несколько мешают нам с тобой понять друг друга до конца, — я вздохнул. — Поэтому я хочу рассказать тебе немного про себя. Ты же не против?
— Нет, но если ты не хочешь об этом говорить, то я не настаиваю. Если ты решишь чем-то поделиться, то ты все равно поделишься этим, рано или поздно.
— Ну вот, я и делюсь, — я нервно прикусил ноготь на указательном пальце и ненадолго замолчал, затем оглянулся и прислушался: вроде тихо, чужого присутствия не заметно. Я прикрыл глаза вслушиваясь в тишину. Не знаю как насчет полноценной ментальной магии, когда можно влезть в чужие воспоминания, в чужие образы, собранные в голове, у меня пока это не получается делать, а вот настроение собеседника, отголоски чувств, я чувствую очень хорошо с самого раннего детства. Так что чужих эмоций, говорящих о том, что где-то поблизости кто-то шатается, я не услышал, но, тем не менее, я подвинулся к Дилану ближе и практически зашептал. — Скажи мне, что ты знаешь о Темных магах?
— Только то, что и все. — Он снова пожал плечами. — Маги. Использовали силу Смерти. Некогда великие и могущественные, которых в свое время истребили за их силу. Ну, это общеизвестный факт. Больше про них и не скажет никто. Так что могу с уверенностью сказать одно, они когда-то были.
— А что ты знаешь о Фолтах?
— Тоже не слишком много. Информации по Империи практически не сохранилось, а про Фолтов вообще словно специально все крохи уничтожили. В тех источниках, что все же дошли до наших дней говорится, что они были сильнейшими из Темных магов. Императорами. Как и все остальные Темные маги, давно вымерли, скорее всего, были уничтожены любящими подданн