— В смысле?
— В прямом. Я такой же Темный маг, как и ты. Если ты не пользуешься этим преимуществом, то это твои проблемы. Ответь мне, Дей, что я тогда получу взамен? — он наклонился ко мне.
— Я безропотно поеду на летнюю практику, и даже не буду возражать? — неуверенно спросил я.
— На какую практику? — практически искренне удивился он.
— О которой все говорят. — Я пожал плечами. — Море слухов и никакой конкретики.
— И что о ней такого говорят, если даже мы пока не знаем, как это будет происходить?
— Да ничего особенного, подробности я у тебя как раз и хотел узнать. Но если ты ничего об этом не знаешь, в чем я сомневаюсь, то больше нечего обсуждать, — я сполз вместе с подушкой, принял горизонтальное положение и закрыл глаза.
— Знаешь, ты неисправим. — Директор встал и поставил стул на свое законное место. — Ладно, я разрешу тебе держать твою собаку в гостиной, но сразу скажи: в чем подвох. Я же тебя знаю.
— Это оборотень, — я сразу поднял руку, не давая крестному разразиться тирадой праведного возмущения. — Это неудачный эксперимент моих давно почивших предков. Он в неполной трансформации. Просто волк. Сразу скажу, что нашел его на болоте, после того неудачного собеседования, а про него мне рассказал болотник. Сколько он живет, не имею ни малейшего представления. Но это просто волк, очень похожий на собаку.
Если бы я мог испепелиться на месте, то взгляд, которым меня обжег Алекс, сделал бы это за считанную секунду. Он молчал долго, смотрел на меня не мигая. На лице играли желваки, но в итоге он произнес:
— Ладно, допустим. Но учти, если все выйдет из-под контроля, именно ты будешь отвечать перед законом. Ни я, ни твоя собака, или оборотень. Именно ты. И я ни в чем не смогу тебе помочь. Мало кто в этой школе сможет понять его истинную природу, но это произойдет, если начнутся изменения, особенно, если изменения начнутся у кого-нибудь, кого твой песик покусает. Именно поэтому ты мне обо всем сразу рассказал? — я утвердительно кивнул.
— Почему ты разрешил?
— Потому что ты все равно притащил бы его в школу и убедил всех, что это миролюбивая болонка, которая любит только колбасу. Зато все проблемы решены заранее. Из гостиной его не выпускай, только в твоем личном сопровождении. Понятно?
— Спасибо, — я закрыл глаза. Действие эликсиров начало немного проходить и боль в сломанной руке вновь начала давать о себе знать.
— Свершилось невозможное. Деймос Нейман научился говорить: «Спасибо», — засмеялся крестный и направился к выходу. Возле двери он остановился. — Не забудь, завтра медитация. И аккуратнее в следующий раз. Что бы ты ни думал, но мы о тебе волнуемся.
— И что, даже не запретишь мои внеклассные уроки? — почему-то промелькнула мысль о том, что директор все-таки знает не обо всем, что творится в его школе. Например, он ничего не знает о древних лабораториях Фолтов.
— И ты вот так просто взял бы и послушался? — крестный усмехнулся. — Заметь, я и Дилану не запрещаю с тобой заниматься. — Полюбовавшись на мой открытый рот, он негромко засмеялся и вышел из палаты.
Я же снова закрыл глаза, волнуются они, как же. На этой мысли я просто отключился до утра.
Утром доктор Морис меня выпустила, предварительно проверив, что перелом сращивается как надо. Выглядел я очень интересно, с рукой в лангете, которую Морис уложила в специальную косынку, повешенную на шею.
— Деймос, что с тобой случилось? Ты подрался? — когда я зашел в столовую, чтобы позавтракать, ко мне подбежала Лиза. Сочувствия я в ее глазах не обнаружил, но вот любопытства было — завались.
— Ага, подрался, — я не стал разочаровывать девчонку. — Какой-то старшекурсник нелицеприятно высказался о тебе, а я как раз мимо проходил. Ну я ему, р-р-раз, левой, а потом правой, а он мне как двинет, кулаком, я закрыться попытался, руку подставил, а она как хрустнет. Этот тролль испугался и убежал, а я вот… — и я приподнял руку в лубке.
— Что правда? — у Лизы слегка округлились и загорелись глаза, и она повисла на моей левой руке. Внезапно я почувствовал чей-то взгляд. Оглянувшись, я увидел, что на меня смотрит с нескрываемой ненавистью Дин Хиттинг.
— Нет, не правда, — я усмехнулся. — Я просто неудачно упал.
— О-о, — только и смогла произнести Лиза, однако руку мою не выпустила. Так мы и дошли до незанятого стола. Нести поднос с тарелками, и тащить за собой приклеившуюся ко мне девчонку было неудобно, особенно, учитывая, что поднос был наполнен тарелками для двоих, но я справился.
Как только мы устроились за столом, к нам пробился Рейн.
— Директор Сандер просил сегодня не расходиться после завтрака, он хочет сделать небольшое объявление, — сообщил вместо приветствия мой друг, неодобрительно покосившись на свою кузину.
— Значит, не будем расходиться и послушаем, какие проблемы-то? — я пожал плечами и приступил к завтраку.
Больше мы не произнесли ни слова, занятые поглощением пищи: овсяной каши, свежайшим хлебом с тонким слоем ароматного масла, парой яиц, сваренных вкрутую, и сладким крепким чаем. Только сейчас я заострил внимание на том, что рацион Первого и Второго факультетов не отличался между собой. Когда мы наелись, Рейн пожалел меня и сам оттащил грязную посуду к пункту приема. Потом вернулся и сел на свое место, при этом не сводя взгляда с кузины.
— Ты зачем так настойчиво к нам лезешь? — спросил он Лизу в лоб.
— Рейн, а тебе не кажется, что это не твое дело?
— Нет, не кажется. Деймос мой друг и я не хочу подвергать его ненужным разочарованиям.
— А ты не думал, что гораздо больше разочарований он получит, общаясь с тобой?
— Ребята, — я попробовал вклиниться в их разговор, но меня дружно проигнорировали.
— Лизок, а зачем тебе вообще Дей? Ты же мечтаешь с самого соплячества о принце на белой лошадке, с гордой посадкой и огромным бриллиантом на кольце, который он вручит тебе, упав на колено. Прости, но Деймос немного не вписывается в твой идеал хотя бы тем, что весь этот внешний антураж ему слегка безразличен.
— Да кто бы говорил, — Лиза прищурилась. — Ты настолько слабый маг, что никакие усилия не помогут тебе выбраться из своего свинарника. Или ты надеешься на то, что Деймос сможет тебе через своих родственников устроить протекцию?
— Конечно, что еще я могу ждать от человека, которого другом называю, — зло выплюнул Рейн. — Ты же всех по себе привыкла судить, не так ли?
— Да хватит вам собачиться! — Я не выдержал и слегка хлопнул ладонью здоровой руки по столу. — Если хотите промыть друг другу кости, используя меня вместо мочалки, то прошу делать это подальше от меня.
Они еще некоторое время злобно смотрели друг на друга, но хотя бы делали это молча. Когда я уже открыл рот, чтобы спросить про муху, которая укусила Рейна, вошел директор. Он остановился в центре столовой и сделал едва уловимый жест рукой. Когда он начал говорить, я понял, что он усилил голос заклинанием.
— Уважаемые студенты, я прошу минутку вашего внимания, — в столовой наступила полная тишина. Ну еще бы, это же не хрен с горы, а сам директор Сандер рот открыл. — Я попросил вас всех здесь остаться, чтобы сообщить о практике, и развеять слухи, которые не дают многим особо впечатлительным личностям спать. Поступил приказ о том, что с конца этого учебного года практика вводится официально, и прохождение ее строго обязательно для всех, независимо от того, какое место в обществе занимает ваш Род, семья или вы сами. Проходить она будет следующим образом: вас всех поделят на тройки. Распределение будет случайным, путем жребия. Распределение будет проходить исключительно в пределах своего курса…
— Простите, господин директор, — подняв руку и перебив при этом директора, выступил Лео. — Вы сказали, что распределение будет вестись внутри курса, а не внутри факультета?
— Вы абсолютно правильно все расслышали, мистер Дефоссе. Факультетская принадлежность значения иметь не будет, и это решение принято исключительно в нашей школе. Принято оно на уровне Парламента в качестве пилотного проекта. Разумеется, обжалованию оно не подлежит. — По столовой пошел гул недовольных голосов. — Тройки будут создаваться один раз и до окончания школы. Как распорядится случай в первый раз, так и будет. Применение магии, своих способностей, действия артефактов во время жеребьевки будет пресекаться и наказываться. Условия, еще раз повторяю, будут одинаковые абсолютно для всех студентов школы. Задания также будут распределяться случайным образом, также путем жребия. Опять-таки сложность будет зависеть только от курса. Ни успеваемость, ни академические успехи участников троек, ни резерв маны, на задание не влияет. Есть повод задуматься и вплотную начать заниматься, чтобы вернуться с практики живыми, целыми и невредимыми. Шутка, конечно. — Он усмехнулся и обвел взглядом притихших студентов. Ага, шутка. Это пускай остальные тебе верят, крестный. Темные не умеют шутить на такие темы. Для крестного — это скорее развлечение, смотреть, как на практике будут за свою жизнь сражаться бедные ничего не умеющие студенты. Мне стало грустно и опять немного себя жалко. — Еще раз повторю: количество распределений будет четко учитываться, и распределяться по степени сложности в зависимости от курса, — гул голосов начал усиливаться, но директор, еще больше усилив голос, продолжал. — Браслеты противодействия на время практики будут сниматься. Когда вы вернетесь с отчетами, браслеты снова украсят ваши руки. За каждой тройкой будет закреплен куратор, с которым у старшего группы будет возможность экстренной связи в случае непредвиденных ситуаций. Также в период самой практики на местах будет ответственный маг — куратор, или не маг, который будет следить за вами и координировать ваши действия. На этом все. Подробности вы узнаете после сдачи годовых экзаменов.
Не дожидаясь, пока на него накинутся недовольные студенты, директор вышел из столовой.
Пока все вокруг возмущались, я думал о том, что надо бы написать письмо домой. Проблема заключалась в том, что пока рука не восстановится, писать я не смогу. Меня даже от занятий на время освободили, кроме медитации и телекинеза. Там ничего писать не надо, и при практическом усвоении материала руки не нужны.